Секретарь демона, или Брак заключается в аду - Марина Комарова

– В смысле физиологического плана или приятного?

Ванцепуп Птолемеевич озадаченно взглянул на меня:

– Можно детальнее?

Тут, как положено каждой приличной девушке, я потупила взор и заскользила пальчиком по крышке стола.

– Про тех, с кем состоялся контакт, или же про тех, с кем было хорошо и состоялся контакт?

Он закатил глаза:

– Адочка, я не Меф, давай, милая, сухие цифры.

Я скромно озвучила. Ванцепуп Птолемеевич присвистнул, потом закашлялся. Я уперла руки в бока.

– Вот только не надо! – грозно начала я. – Вы сами спросили и…

– Всего пять? – перебил он меня.

Мой гнев тут же сменился ступором:

– Всего?

Он отловил барахтавшегося на ковре бесю и усадил его к себе на колени, потом покачал головой. Медленно снял с себя кристалл и вложил мне в ладонь.

– Сожми пальцы, – велел докторским тоном.

Я подчинилась. Кристалл оказался теплым и удивительно гладким. Через пару секунд меня что-то кольнуло, я ойкнула. Нежно-сиреневое сияние обволокло мою руку. Ванцепуп Птолемеевич осторожно забрал кристалл. Хмуро начал в него всматриваться. Тут же шлепнул по лапкам бесю, который решил сцапать красивый камушек.

– Значит, так, Адочка, – со вздохом сказал он и перевел взгляд на меня. – Теперь все понятно. То, что норма у вас там, в вашем мире, не норма для этого. Поэтому Меф на тебя так отреагировал. А он живет исключительно законами нашего Одассоса.

Я даже забыла, как дышать. Кое о чем начала уже догадываться, но… нет, пусть он сам скажет.

Беся тем временем выполз на стол и полез к папкам. Я ухватила его двумя руками и притянула к себе. Меня одарили крайне возмущенным взглядом, но, увидев, что шутить я не собираюсь, бесенок склонил голову с рожками.

– Адочка, ты физически абсолютно здорова. То ли аномалия повлияла на тебя при переносе в этот мир, то ли наследственное. Нервная система крепкая, разум вменяемый, тело соблазнительное.

Я хмыкнула и погладила бесю по спинке. Тот несколько секунд посидел с прикрытыми глазами, а потом нагло развалился у меня на коленях и подставил пузико. Я намек поняла и погладила мягкое мохнатенькое пузико личного беса-искусителя.

– Но есть деталь, Адочка, – продолжил Ванцепуп Птолемеевич, снова вешая кристалл на шею. – В нашем мире много женщин. Но мужчин – больше. Собственно, поэтому сюда женщины падают почаще. Видимо, мироздание как-то учитывает потребность в прекрасном поле.

– Так что за деталь? – поторопила я, чувствуя, что сейчас от нетерпения все же укушу бесю за хвост. Неэстетично и негигиенично, но нервы не железные!

– Деталь в том, что пять мужчин… – Он укоризненно посмотрел на меня. – Тут никто не считает такими цифрами. Так что ты, можно сказать, нетронутая девушка.

Повисла тишина. Я соображала. Беся замер и, кажется, тоже переваривал информацию.

– Но… там… тут… у нас, – путаясь, начала я, – после первого раза уже не девушка!

Ванцепуп Птолемеевич побледнел, потом вздохнул:

– Какой жестокий мир, Адочка. Какой жестокий!

Мне сказать было нечего. Ему тоже. Со двора раздался шум мотора подъехавшего автомобиля. Наверное, Меф.

– То есть… – шепотом, потому что голос вдруг куда-то пропал, произнесла я, – я – девственница?

– Немножко, – тоже прошептал Ванцепуп Птолемеевич.

Снова тишина. Мысли, много мыслей. Как бы их все собрать в кучу.

– А это опасно тут? – наконец-то сформулировала я вопрос.

– Для жизни – нет, – успокоил он. – Но отбоя от противоположного пола не будет. Поэтому будь осторожна. Для демонов аромат невинности – самый сладкий на свете. А они все же мужчины красивые, поэтому устоять практически невозможно.

Неожиданная весть начала приобретать соблазнительные формы. Может, если не у себя, так в этом мире наконец-то налажу личную жизнь?

– Адочка, мне что-то не нравится твое выражение лица, – поделился наблюдениями Ванцепуп Птолемеевич.

Но меня уже было не сбить с пути истинного.