Эрагон. Брисингр - Кристофер Паолини

Этим варденам Роран сказал:

— Слушайте меня внимательно. Как только я дам команду, те, кто на крышах, начнут обстрел. И сразу после этого мы выскочим отсюда и попытаемся выручить капитана Эдрика и его людей. Если не сумеем дать этим красноперым отведать вкуса холодной стали, плохо нам придется. Надеюсь, наши лучники внесут достаточную сумятицу в их ряды и мы успеем до них добраться, прежде чем они снова возьмутся за арбалеты. Всем все понятно?

— Да, командир!

— Тогда, лучники, к бою!

Издав громкий боевой клич, лучники разом поднялись над коньками крыш и разрядили свои луки в стоящих внизу солдат. Туча стрел со свистом пронзила воздух, точно стая кровожадных коршунов, устремившихся к загнанной добыче.

А еще через мгновение под вопли раненых солдат Роран сказал:

— Теперь наша очередь! — и пришпорил Сноуфайра. Они на такой скорости вылетели из-за дома, что едва удержались в седлах. Надеясь лишь на быстроту своих коней и меткость лучников, прикрывающих их атаку, конники Рорана обошли ошалевших от неожиданности солдат с арбалетами, столпившихся посреди улицы в полном беспорядке, и помчались туда, где столь прискорбно завершилась неудачная атака Эдрика. Земля там, казалось, была скользкой от крови; пространство между домами было усеяно мертвыми телами; там пало немало отличных воинов и боевых коней. Остатки отряда Эдрика еще продолжали драться с врагом врукопашную, и сам Эдрик, к большому удивлению Рорана, оказался жив и храбро сражался вместе с пятью своими воинами, прикрывавшими ему спину.

— Все за мной! — крикнул Роран, и его отряд ринулся в бой.

Сноуфайр, выбросив вперед копыта, сшиб двоих солдат, мощным ударом переломав им руки и ребра. Похвалив жеребца, Роран поднял молот и, рыча от ярости, принялся укладывать одного солдата за другим. Похоже, никто в эти минуты не смог бы противостоять силе его ударов.

— Ко мне! — крикнул он, добравшись до Эдрика и остатков его группы. — Все ко мне!

А стрелы между тем все продолжали сыпаться с крыш на сбившихся в кучу арбалетчиков, не давая им возможности стрелять и заставляя прикрываться щитами от ударов мечей и копий упорно наседавших на них варденов.

Когда Рорану и его конникам удалось окружить остатки отряда Эдрика, Роран крикнул:

— Отступаем! Все назад! К домам! В укрытие! Отступая осторожно, шаг за шагом, им удалось вывести всех пеших варденов из-под ударов неприятеля, и они бегом бросились к ближайшему дому. По пути, правда, трое из них пали, сраженные арбалетными болтами.

Когда все оказались в укрытии, Эдрик привалился к стене дома, хватая ртом воздух. Когда он вновь обрел способность говорить, то, устало махнув рукой в сторону людей Рорана, сказал:

— Очень вовремя вы появились, Молотобоец! Только почему вы вылетели с этой стороны, а не прорвались сквозь строй солдат, как тебе было приказано?

Роран объяснил ему, как развивался бой, и указал на лучников, засевших на крышах.

Эдрик мрачно хмурился, слушая его разъяснения. Но бранить за ослушание не стал, а сказал только:

— Снимай людей с крыш. Пусть все соберутся здесь. Они уже внесли в ряды солдат достаточно сумятицы. Теперь нам придется довести дело до конца, полагаясь уже на наши благородные клинки.

— Но нас слишком мало, чтобы атаковать их в лоб! — запротестовал Роран. — Их раза в три больше!

— Мужество даст нам то, чего не дает численность! — прорычал в ответ Эдрик. — Мне говорили, что ты смелый воин, Молотобоец, но, видимо, эти слухи были сильно преувеличены. Похоже, ты больше похож на трусливого кролика. Выполняй приказ! И не задавай лишних вопросов! — Капитан махнул одному из воинов Рорана. — Эй, давай-ка сюда своего коня! — И когда тот спешился, Эдрик вскочил в седло и приказал: — Половина тех, что на конях, за мной! Поспешим на выручку Санду! Остальные остаются с Рораном!

И, дав коню шпоры, Эдрик погнал его галопом между домами; те, кто получил приказ следовать за ним, не отставали от него ни на шаг. Им удалось обойти с фланга солдат, по-прежнему нелепо толпившихся посреди деревенской улицы, и броситься в ту сторону, где Санд со своими людьми вел бой.

Провожая их взглядом, Роран дрожал от ярости. Никогда прежде он не позволял высказывать сомнения в его смелости и отваге! На подобные оскорбления он всегда отвечал словами или кулаками. Но сейчас, пока бой еще не кончен, ругаться с Эдриком было совершенно неуместно. «Ну, ладно, — решил Роран. — Сейчас я покажу этому Эдрику, что такое настоящая смелость, которой мне якобы не хватает. Но людей своих я на растерзание не отдам. И лучников посылать в рукопашный бой не стану, от них гораздо больше проку на крышах. Да там и безопаснее».

Роран повернулся и оглядел тех воинов, которых оставил ему Эдрик. Среди тех, кого они выручили, он с радостью увидел Карна; колдун был исцарапан и весь в крови, но, в общем, не особенно пострадал. Он с улыбкой кивнул Рорану, и тот сказал, обращаясь ко всем:

— Вы слышали, что приказал Эдрик. Но я с его приказом не согласен. Если сделать так, как он хочет, то все мы весьма быстро превратимся в гору трупов, хотя этот бой еще вполне можно выиграть. Просто не нужно совать собственную голову в пасть более сильному противнику. Раз мы не можем превзойти его численностью, постараемся воспользоваться умом и хитростью. Все вы знаете, как я пришел к варденам. Знаете, что перед этим нам пришлось драться с солдатами Гальбаторикса в своей родной деревне, такой же, как эта, и мы их победили! Клянусь вам, это вполне можно сделать! Но в одиночку мне с такой задачей, конечно, не справиться. Итак, готовы ли вы последовать за мной? Подумайте хорошенько. Ответственность за неисполнение приказа я, разумеется, беру на себя, однако впоследствии Эдрик и Насуада вполне могут наказать за это всех, а не только меня.

— Ну и поступят весьма глупо! — проворчал Карн. — Разве лучше, если нас всех тут положат? Вряд ли. В общем, можешь на меня рассчитывать, Роран.

После заявления Карна, как заметил Роран, и остальные воины распрямили плечи и гордо подняли головы; глаза у них зажглись решимостью, и он понял, что они готовы доверить ему свою судьбу хотя бы потому, что не хотят лишаться единственного среди них колдуна. Многие вардены были обязаны жизнью кому-то из членов Дю Врангр Гата, и все, с кем Роран уже имел дело раньше, готовы были скорее лишиться глаза, чем идти в бой, не имея рядом ни одного заклинателя.

— Правильно! — сказал Харалд. — На нас ты тоже можешь рассчитывать, Молотобоец.

— Тогда — за мной! — скомандовал Роран. Он нагнулся, подхватил Карна и посадил его на Сноуфайра позади себя и поехал во главе своего маленького отряда снова туда, где лучники продолжали с крыш обстреливать неприятеля. Прячась за домами, они то и дело слышали жужжание тяжелых арбалетных стрел — казалось, мимо пролетает рой каких-то злобных гигантских насекомых. Один такой болт даже вонзился в щит Харалда, почти пробив его.

Когда они наконец оказались в относительной безопасности, Роран велел всем, кто еще оставался верхом, передать свои луки и стрелы пешим воинам, которых тоже отправил на крыши, на подмогу уже сидевшим там лучникам. Затем он подозвал к себе Карна — тот спрыгнул со спины Сноуфайра, как только они остановились, — и тихо сказал ему: