Паладин развивает территорию - Greever

Рыцарь не был способен оценить красоту и живописность этой местности, но будь он художником, обязательно заметил, насколько тут красиво.

Река лёгкими изгибами, уходящая на север и вдалеке исчезающая за одним из холмов, с одной стороны, и крутые холмы, покрытые ярко-зелёной травой с другой, были невероятным зрелищем.

Виктор также не был большим ценителем искусства, но даже он заметил, насколько красочно это место и двигаясь в карете с основными силами, у него было время, чтобы оценить всё вокруг.

Он даже покидал карету несколько раз, чтобы подойти к реке и посмотреть на воду, так как издалека было видно, насколько она чистая и прозрачная.

При всей своей ширине река была глубиной не больше двух метров и такие вылазки навели его на мысль о том, что где-то может быть отмель, создавшая брод через эту реку, и чтобы не попасть впросак, он приказал нескольким солдатам, двигаться вдоль реки измеряя глубину, длинным шестом.

Идея того, что кто-то может обойти их вброд и закрыть им пути к отступлению подал ему миф о трёхстах спартанцах, которые погибли из-за предательства, и он точно не мог допустить такой глупости, зная эту историю.

Хоть он и не показывал этого, но боялся войны. В этом было слишком много случайностей, а он был всего лишь обычным человеком, который в этом мире всего чуть больше полугода.

Но именно поэтому он хотел быть здесь. Ведь ему нужно перестать бояться и стать сильнее.

До сих пор он был созидателем, тем, кто строит новое и внедряет то, что сделает жизнь людей лучше, а ему позволит жить более комфортной жизнью в этом мире.

Цель Виктора не менялась с самого первого дня и не изменилась теперь: получить от жизни максимум удовольствия и комфорта, продлить свою жизнь как можно больше и изучить секреты мира.

Всё остальное было сопутствующим. Сила, армия и власть, интересовали его только, как инструменты на пути к своим приземлённым желаниям.

И теперь оказавшись здесь, он был чрезвычайно бдителен и не хотел оплошностей, а для этого готов был применять опыт, полученный из любого источника, будь то, фильмы, книги или история его мира.

***

В то время пока Виктор искал пути к выживанию и увеличению своей силы, в его владениях всё также продолжалась мирная жизнь и оставленные им указания выполнялись безукоризненно, в силу возможностей людей, живших в его владениях.

Картофель должен был взойти через месяц и, если верить описаниям лорда, то посевы уже набирались силой судя по крупным, зелёным листам на возделанной земле.

Крестьяне в отличие от прошлого, теперь ходили в поле каждый день, а некоторые проводили там всё время, ухаживая за каждым листком, причём те, кто не пробовал картофель, были более бережными, чем те, кто пробовал.

Это был ещё один эффект слухов в этом мире. Слухи единственный способ получения информации и считался самым правдивым. Если раньше все верили в смертельную опасность картошки, то теперь ей приписывали чудодейственные эффекты, которыми, разумеется, она не обладала.

Особняк лорда также отслеживал всё, что происходили во владениях Балтес, но прямо сейчас Сильвия сидела в кабинете Виктора и слушала мужчину, стоящего на колене перед ней.

— Госпожа, мы нашли виновника нападения на солеварню, — произнёс мужчина в маске — виконт Креота, второй сын графа Парфо.

Услышав информацию, девушка задумалась, потому что граф Парфо был не простой личностью, являясь одним из шести графов. А его сын, получивший титул виконта, при том, что был полным кретином и невероятно амбициозным человеком, считался его любимчиком.

Территория Креота находилась на востоке от владений Шерманин и граничила на северо-востоке с Корстадом.

Справится с Креота не сложно, но вот Парфо очень хитрый и умный человек, тут требовалась аккуратность.

— Как они это сделали? — спросила девушка.

— По нашим данным, они использовали речные корабли, которые купили у Корстада для транспортировки грузов, — ответил мужчина и спросил в ответ — нам убить его?

Девушка хотела ответить, но в комнате подул ветер и раздался шёпот.

— Да Сильвия, скажи им, стоит ли убивать виконта? — после эти слов открылась дверь и в комнату вошла Клиосса.

Девушка, как ни в чём не бывало, встала из-за стола и поклоном поприветствовала графиню.

— Маленькая жена хочет отомстить за то, что кто-то обидел её мужа? — с усмешкой спросила женщина, идя к креслу, стоявшему в углу слева от входа.

Сильвия не пыталась соврать этой женщине и даже своих подчинённых никогда не пыталась спрятать. Невозможно спрятать от рыцаря такого уровня человека в её собственным домом, и она была уверена, что Клиосса всегда знала, что за ней везде следуют «мертвецы».

— Я просто хотела помочь мужу, чтобы такого больше не повторилось, как-никак я теперь хозяйка этих земель — ответила девушка и спокойно направилась в сторону графини.

Только почти всё это было неправдой. Ей было плевать на все владения Виктора и даже на всё это графство. Являясь наследницей герцогства, она мыслила в, куда больших масштабах, но девушка действительно делала это для Виктора, чтобы наладить с ним нормальные отношения.

Сильвия просто следовала совету Клиоссы и старалась сделать свою жизнь более предсказуемой, чтобы её муж не мешал ей в будущем и с ним можно было вести дела, как равные партнёры.

Графиня села в кресло и позвонила в колокольчик, который стоял на кофейном столике рядом с креслом в углу.

Виктор всё-таки сделал колокольчики для особняка, чтобы почувствовать себя эдаким ленивым аристократом, который будет валяться в кресле и звоня в него, вызывать слуг.

Как-то думая о своём будущем, он хотел сменить одному из слуг имя на Захар и неохотно звать его по имени, чтобы тот выполнял его абсурдные приказы. Ему казалось это смешным, но он так и не успел воспользоваться колокольчиком до похода и тем более найти такого слугу.

— Ну так что, убьёшь виконта? — повторила свой вопрос женщина.

Сильвия уселась в кресло напротив графини и задумалась, в то время как мужчина продолжал стоять на колене перед рабочим столом Виктора.

— Думаю да, ведь такое нельзя оставлять безнаказанно — спокойно ответила девушка и посмотрела на Лулу, которая пришла в ответ на звон колокольчик.

Клиосса и Сильвия попросили принести чай с мёдом и фрукты, после чего они вернулись к разговору.

— И ты уверена, что Виктор хотел бы этого? — спросила графиня, вглядываясь в глаза девушки.

— Я не знаю, но разве это плохо? — наконец спросила она.

— Виктор — мужчина, а как мужчина он может