Секретарь для дракона. Книга 2 - Евгения Мэйз

Дверь распахнулась, на улицу повалили клубы теплого воздуха.

— Вэлианэ! Ар Хелл!

Вэл кивнула гноме, коротко обнявшись с ней, вновь взглянув на Сфайрата, который уже закончил лобызать смущенной гноме руки.

— Но это ведь не наверняка?

Сфайрат пропустил ее вперед, кажется, даже затолкнул ее в дом. Помогая ей снять меховую накидку, Фэйт наклонился к ней и вполголоса произнес:

— Вряд ли он мучается угрызениями совести и другого объяснения, почему ангелы остались в Эландиле я придумать не могу.

* * *

Я стала чаще бывать дома, в основном в обед, избегая компании Сфайрата. За это стоит сказать спасибо отцу, потому что именно он отчитал дракона, как когда-то меня при закрытых дверях кабинета.

* * *

— Ар Хелл, располагайтесь, — слышала я голос отца, пока дверь в его кабинет чересчур медленно закрывалась, пряча в своих недрах двух дорогих моему сердцу мужчин. — Я хочу напомнить вам, что я и покойный король выдали Вэлиан замуж…”

— Да, я не забыл об этом.”

Два голоса: один закипающий, другой преувеличенно спокойный заставили меня поежиться и сделать шаг назад. Как хорошо, что я не рядом с этими двумя. Как хорошо, что мне не надо принимать чью-либо сторону. Дверь неожиданно резко хлопнула, заставив меня подпрыгнуть от неожиданности, словно кто-то вдруг взял и нажал на нее рукой или оперся всем своим весом. Голоса еще были слышны, но уже гораздо тише и глуше:

— Тогда может в потрудитесь объяснить мне почему выставляете мою дочь, как неизвестно…”

Как бы ни было велико мое желание подслушать все то, что они скажут друг другу я отступила и заставила себя уйти в другую комнату, а потом и вовсе на улицу. Винита занимала разговорами драконицу, Веспе хлопотала на кухне. Маар занимался уборкой двора.

Я оказалась предоставленной самой себе и это было невероятно круто! Нет в эльфийском слова подобного слову “круто”, есть словосочетание “вэнейне ола”, что означает “эмоции бьют через край”, но эмоции могут быть разными. Разве сравнится оно с коротким и емким человеческим аналогом?

— Все обойдется, — Минаре присоединилась ко мне в моих раздумьях, спустя какое-то время.

Я на самом деле не знала, сколько я пробыла на улице, меря шагами зимний двор в сопровождении псов. Мои молчаливые спутники никак не нарушали мой покой, в противовес мне демонстрируя вселенское спокойствие и равновесие. Кажется, что собаки прониклись моим беспокойством и попытались успокоить меня своим примером.

— Я знаю, просто это непривычно.

Минаре долго молчала, глядя на мои метания по расхаживания по двору.

— Вэлиан — это плата. Это плата за то, что мы кого-то любим, а этот кто-то любит нас. Сейчас, я говорю не о своем сыне, но в целом это касается и его, и тебя, и меня и каждого кому довелось быть любимым. Мы рано или поздно принимаем решения, руководствуясь лучшими побуждениями, будь то поступки или слова.

Я кивнула, но все равно продолжала ощущать себя престранно: я никогда не просила покровительства Рихаррда, но сегодня оно потребовалось мне, как никогда раньше. Сегодня, мне нужен был кто-то кто представлял бы мои интересы и прижал дракона к ногтю.

— Позволь твоему опекуну позаботиться о тебе и побыть отцом больше, чем когда бы то ни было. Сфайрату будет полезно увидеть себя со стороны.

Она помдигнула мне. Хм. Не драконица ли приложила лапу к тому, чтобы этот разговор состоялся? Я кивнула ей, благодарно улыбнувшись, и пообещала себе расспросить ее чуть позже о деталях этого разговора.

— Непривычно, что кто-то заступается за меня. Я привыкла решать свои проблемы самостоятельно.

— Значит пришло время перемен, — откликнулась она на это.

Кто еще должен был представлять мои интересы перед Сфайратом, как не Рихаррдлейн? Я представляю, что отец сейчас может наговорить ему. Озвученное мною раннее предложение отказаться от меня и вернуть дракону золото может показаться Сфайрату милыми цветочками. Рихаррдлейн — не девица одолеваемая чувствами с полными глазами невыплаканных слез.

— Не к Кайшеру же идти за этим? — предложила миролюбиво Минаре, угадав мои мысли.

Я покачала головой. Нет, к нему бы я ни за что не пошла — они со Сфайратом из одного теста слеплены и все это время учитель поддерживал его затею.

Престарелый гад.

Как не странно, о Минаре я плохо не думала и гадиной ее не называла. После сегодняшнего дня тем более не стану.

— Надо полистать ваши законы.

Минаре нахмурилась, не понимая к чему я веду.

— Кажется, что красть кого-то, похищать, приносить в свои владения и сбрасывать в комнатах, как куль с мукой у вас не просто разрешено, а закреплено на юридическом уровне.

Минаре засмеялась, кивая.

— Надо посмотреть, отчего-то мне кажется, что в них можно найти лазейку.

Минаре пошла к центру пустыря, на который когда-то приземлялся Сфайрат. Она отдалялась на безопасное от меня расстояние, не предлагая присоединиться к себе и оставляя на снегу едва заметные следы от сапог. Через какое-то время на поляне стояла, расправляя сложенные крылья, зеленая драконица. Она выгнула тонкую длинную шею, приподнимая голову, отдаляя ее от земли.

— Но зачем это теперь? — размышляла я вслух.

Все так изменилось с того момента, как мы сидели с Фэйтом в кабинете и выторговывали наиболее выгодные друг для друга условия.

— Знания — они никогда не помешают хрупким женщинам, правда?

Правда. Не знаю можно ли назвать Минаре — хрупкой, особенно теперь, когда она занимала большую часть двора? Я ведь раньше не видела ее драконом так близко, не могла попросить ее обернуться, только любопытства ради.

— Считай, что я этого никогда не говорила тебе, но…

Драконица и сама рассматривала меня так как будто видела впервые.

— …в твоем случае, для тебя и в самом деле есть лазейка.

Она была чуть меньше Сфайрата или Рэндалла, того же Наомхана. Не знаю смогла бы я и раньше перепутать ее с драконом-мужчиной, не теперь так точно.

— Что значит в моем случае?

Она помимо размеров, выглядела изящней: в ней было больше плавных линий и совсем другие крылья, такие фигурные, чем напоминающие крылья фей и бабочек. Острые шипы и наросты располагались сверху, вдоль длинной шеи и под подбородком заканчиваясь на груди, так, чтобы никто не смог схватить ее ни за шею, ни под грудь — за самые уязвимые места в ее облике, кроме крыльев конечно. Они почему-то показались мне миниатюрными.

— Ты ведь не дракон, а похищенная дева.

Ее зеленая чешуя ближе к телу уходит в дымчато-черный, а на хвосте и лапах было исключительно черной. Я наконец оторвала от нее взгляд, улыбаясь.