Трон Знания. Книга 5 - Такаббир Эль Кебади

– Иштар, – произнёс Адэр и повторил: – Мой враг Иштар. Когда Зерван исчез, егодруг, хазир Ракшады, взял с правителей соседних стран обещание не присваивать земли Грасс-дэ-мора. Затем обещания дали потомки правителей. Великий тоже дал, и вдруг нанёс оскорбление династии Гарпи. В Ракшаде узаконена кровная месть.

– Была узаконена, – вставил Трой. – Иштар внёс в закон существенные изменения.

Адэр пожал плечами:

– Ну и что? Механизм уже запущен. У Иштара есть опасный документ, которым онпродолжает шантажировать Лекьюра. Лекьюр пудрит мозги моему отцу изаставляет Луанну лгать. Я попался в сети. Момент они подобрали, конечно, удачный. Иштар спит и видит, когда Луанна станет королевой Тезара. – Адэр потёр лоб. – Не могу придумать, что будет дальше. Переворот она не устроит – не те права и не та власть. Систему безопасности страны разработали вы, и я уверен: она на высоте. Что Луанна будет делать? Шпионить за мной? Но это смешно.

– Вы ошибаетесь. Это не Иштар.

– Это он! Чутьё ещё ни разу меня не подводило.

Трой похлопал его по колену:

– Сейчас ты похож на Могана.

Адэр вскочил, прошёлся по кабинету. Обернувшись, проговорил со злостью:

– Своего ребёнка надо любить с первого дня. Ребёнка надо любить, когда онпроказничает и ошибается. Надо любить, когда он поступает не так, как хочешь ты. Любить за то, что он есть. Не осуждать, не унижать, не отталкивать, надо простобыть рядом. В ребёнка надо верить и терпеливо ждать, когда он оправдает твоё доверие. Я не виню Могана. Я сам виноват. Он наказывает меня за прошлое. Моя самая большая мечта – не быть таким, как он. Мой идеал отца – это Суан Бархат. Только не надо о нём. И о Виларе не надо. Мне очень больно.

Усевшись за стол, придвинул к себе документы:

– Вам сообщат, когда приедет Луанна.

Трой поводил пальцами по кожаной обивке. Сбил щелчком ворсинку с рукава, подтянул манжету рубашки.

– У меня много работы, – сказал Адэр. – Вы мне мешаете.

– Когда умер мой сын... я молчал почти год, – вздохнул Трой. – Сидел дома, смотрел в окно и молчал. Благо мой врач придумал какой-то диагноз, и меня не вызывали во дворец. Моя жена умоляла поговорить с ней или поговорить с Богом. А я хотел поговорить с сыном. Я ни разу не сказал ему, что люблю его, и ни разу не поговорил с ним по душам. Я считал своим долгом держать его в строгости и не понимал, что гну его и ломаю. Он проявил характер и сбежал из дома. Вернулся через одиннадцать лет: измученный, разбитый. Я посмотрел на него и ушёл в спальню. В глубине души я злорадствовал: добегался, допрыгался, я же говорил... Той же ночью он умер.

Адэр свёл брови:

– Я не знал, что ваш сын умер. Мои соболезнования.

– Об этом знает узкий круг преданных людей: мои слуги, врач, священник, кладбищенский смотритель. Моган до сих пор спрашивает: что пишет твой сын? Я отвечаю: он счастлив. И я не вру. Он счастлив, потому что рядом с ним нет меня. Теперь смотрю на вас с Моганом и вижу себя с сыном. Я очень боюсь, что ты сбежишь.

– Не сбегу, хотя мне очень хочется.

Трой улыбнулся:

– Можно тебе помочь? Одна голова хорошо, две лучше.

Получив разрешение, перебрался к столу.

С раннего утра придворные заняли позиции в холле. Трой вновь разместился задеревцем. Прежде он встречал только королей и старших советников и не собирался изменять принципам ради женщины, которая сорвала его планы позахвату банковской системы Залтаны. Накануне масштабной трагедии, на открытиигорода развлечений, наследный принц Толан и Леесса объявили о помолвке. Наместе Толана мог оказаться Адэр. Следующая достойная претендентка на его руку и сердце – единственная дочь короля Бен-Фáмар. Но ей всего двенадцать: четыре года до возраста согласия.

Адэр почувствовал вкус власти. Повеса и разгильдяй превратился в превосходногоуправленца. Трою стоило просмотреть документы и послушать телефонные разговоры, чтобы понять: через год-другой Моган не сможет противостоять сыну.

От мыслей отвлекло появление Адэра на балконе. Значит, ему сообщили, чтоЛуанна приближается к замку. Караульные вытянулись. Придворные выстроились. В холле воцарилась тишина. Сбоку еле слышно скрипнуло сиденье. Трой повернул голову. В соседнем кресле сидела дама, лет тридцать – тридцать пять. Какие у неё глаза! Янтарные, с золотистым отливом, прозрачные, тёплые. Трой никогда не видел таких глаз. И сейчас не видел ничего, кроме глаз.

– Вы здесь живёте?

– Нет. Я приехала в гости, – ответила дама. – Пришла посмотреть на будущую королеву Грасс-дэ-мора.

Голос мягкий, обволакивающий. Трой вдруг вспомнил себя, молодого, когда в жилах бурлила кровь и от всплеска эмоций сбивалось дыхание.

– Я замужем, – улыбнулась незнакомка и посмотрела вперёд. – Почему с ней обращаются, как с больной?

Трой проследил за её взглядом. Луанна поднималась по ступеням, опираясь наруку Адэра. С другого бока принцессу поддерживал личный врач Лекьюра. Этоплохо. Это очень плохо. Маркиза Яриса Ларе к Луанне не подпустят.

– Она беременна.

– Нет, – сказала незнакомка.

Трой сел к ней вполоборота:

– Не беременна?

– Нет.

– Вы знакомы с принцессой Луанной?

Незнакомка повела плечами:

– Нет.

Трой ослабил узел галстука. Да что ж это такое? Восьмой десяток, а сердце бьётся, как у подростка, впервые испытавшего тягу к женщине.

– Простите, я не представилась. Меня зовут Наиль. Я жрица морун. Мы, моруны, знаем о беременности женщины чуть ли не с первых минут зачатия. Как бы вамобъяснить… мы просто чувствуем.

Трой ощутил, как от лица отхлынула кровь. Моруны порабощают мужчин, это не глупые выдумки. Это правда. Если его околдовали только голос и глаза жрицы – что говорить… об Адэре?

– Вы приехали к Его Величеству?

– И да, и нет, – улыбнулась Наиль. – Не смотрите на меня так, не надо. Я не кусаюсь.

Трой прочистил горло:

– Я думал, Луанна носит ребёнка. Вы меня удивили.

И прикрыл ладонью рот. Боже… До возраста согласия принцессы Бен-Фáмар четыре года. Надо срочно подыскивать другие варианты. Скоро Моган лишится власти над Адэром, если уже не лишился. И Луанна не беременна. Почему она не беременна? Кто разрешил?

Прозвучал тихий смех.

Трой взглянул на моруну:

– Я пойду.

Потоптался возле лестницы, ожидая Адэра. Взгляд жрицы сверлил затылок. Казалось, мозг превратился в книгу. Зашелестели страницы, выдавая все тайны. Поспине побежала струйка пота. Трой передёрнул плечами. Пот? Откуда? Он не умеетпотеть. Наконец Адэр спустился в холл. Страницы в голове затихли, книгазахлопнулась.