Месть прошлого - Екатерина Гичко

Убедить Мариша переночевать в его доме Юдришу не удалось. Пришлось идти за покачивающимся другом, больше следя за тем, чтобы он не упал, и переживая за девочку: мороз на улице стоял отменный. Впрочем, юная госпожа совсем не мёрзла. Казалось, даже наоборот. Щёки её пылали горячим здоровым румянцем, какой возникает обычно из-за чрезмерного тепла, но никак не из-за его отсутствия.

Дом семейства Бодый встретил их тишиной. Стражи на воротах не было, слуги не спешили отпирать двери, а в холле царила такая же стынь, как и на улице.

– Кто? – из коридора пугливо выглянул огонёк, а следом за ним и дюжий лакей – крепкий белобрысый парень, за спиной которого угадывался дрожащий женский силуэт.

Мариш встал посреди холла, обвёл помещение мрачным недовольным взглядом и раздражённо шевельнул ноздрями.

– Какого Хрибного тут творится? – глухо проворчал оборотень.

Лакей испуганно ахнул, узнав дворецкого, и едва не сбежал.

– Почему дом выстужен? Что за беспорядок? Где Орид, Тёмные бы его задрали?!

– Г-господин, простите, – перепуганный парень робко вышел из коридора. – Господина Орида забрал с собой сарен ещё тогда… ну, когда стена развалилась. И вообще почти всех забрал. А остальных слуг забрала с собой сарена. Она изволила уехать к своим достопочтенным родителям. Здесь сейчас только я, Илия, – парень с неуверенной нежностью посмотрел через плечо, – и старик Момий.

– Момий! – рявкнул Мариш, и пару секунд спустя со стороны кухни донеслось не очень довольное:

– Мариш, ты?

Раздалось шарканье, и в холле показался коренастый широкоплечий оборотень с лысой головой, бородой лопатой и серьгой в ухе.

– Добыл-таки, – обалдел он, увидев завёрнутую в мех ношу дворецкого.

– Какого хрена я возвращаюсь, а дома беспорядок? – сквозь зубы прорычал Мариш. – Я тебя для этого оставил?

– Не скалься. Чего зря дрова переводить, коли никто не живёт? Комнаты госпожи протоплены, неси её туда, а мы сейчас и с остальным управимся. Ребят мне только своих оставь. Илия, иди помоги госпоже.

Из темноты выступила полненькая хорошенькая девушка с золотистой косой и едва ли не убежала обратно под разъярённым взглядом дворецкого, но вместо этого шмыгнула на лестницу и уже оттуда пропищала:

– Несите её в комнату, господин.

Рявкнув на Момия, Мариш всё же последовал наверх в сопровождении пары оборотней. Юдриш остался внизу, чтобы расставить стражу и определить помощников Момию. Старик Момий, на старика нисколько не похожий, уголком губ едва слышно спросил:

– Лекаря звать?

Юдриш мотнул головой.

– Целая.

– Брешешь? – не поверил Момий.

– Сам не поверил. Ты совсем ошалеешь, когда узнаешь, что тот отбиток, что её стащил, сам её и вернул. Причём с наказом, чтоб смотрели лучше.

– Эк она его воспитала! – восхитился госпожой Момий.

– Господин, а откуда госпожа? – рискнул поинтересоваться парень-лакей.

Юдриш косо посмотрел на него. Слугам об истинной причине переполоха не говорили. Это уж ему Момий с посыльным передал. Сарен распорядился объявить, что, мол, юная госпожа вместе с сареной отбыла к сиятельным родственникам. Кто рискнёт оставлять своего ребёнка в доме, в котором взорвалась стена? А затем ещё и слух пустил, что дочь подхватила сильнейшую простуду.

– От госпожи и господина Арии, – улыбнулся Юдриш. – Ей наконец-то стало лучше, и она горячо пожелала вернуться домой. И никто не посчитал нужным отказать ей в исполнении столь малого каприза. А тут такой беспорядок…

– Мы сейчас всё исправим! – рьяно заявил парень и бросился на кухню.

Юдриш проводил его насмешливым взором. Пусть Мариш сам разбирается, кому и что говорить.

– Что тут без нас было?

– Да ничего, – поморщился Момий. – Сарен раз в два дня объявляется: в порядок себя приведёт, во дворец с визитом смотается и опять со всеми город прочёсывать. Коронованной птичке он, похоже, правду так и не сказал, да и всеми силами пытается уберечь семью от позора, но по городу-то слухи ходят… Они ж на пару с Маришем всех на уши подняли. Аж харен интерес проявил. Его парни приходили справиться о госпоже, да я отбрехался. Мариш-то как? Выглядит препаршиво…

– Ты к нему сейчас не лезь. Помнишь дракониху, у которой твои глупые подопечные весь выводок перебили? – лицо Момия перекосилось так, словно он силился, но не мог что-то раскусить. – Так вот, он как та дракониха. Пусть всласть наворкуется над своей пропажей, успокоится, а там уж…

– Эх, помню, как внучка моя загулялась в лесу. Вроде взрослая бабища, за сто лет. Пару дитяток успела родить, а всё равно ж для меня сама как дитя. Ух, и расстройство я тогда словил…

– Я помню, – Юдриш хохотнул. – Ты тогда её мужу едва хребет не выгрыз, за что от неё же и огрёб.

Момий смущённо кашлянул в бороду, а затем вдруг напрягся и развернулся к двери. Юдриш последовал его примеру и бросил взгляд в окно. На стёклах заиграли блики огней, явнее послышались голоса, а затем и шаги. Хлопнула дверь, и в холл в сопровождении двух оборотней вошёл сарен Триий.

– Юдриш? – сарен с изумлением воззрился на оборотня и сразу же сообразил, почему тот мог быть дома. – Он нашёл её! Где она?!