Ходок - 16 - Александр Львович Тув

По прибытию, у старшего помощника немедленно зарябило в глазах от снующих людей и лошадей. Сами собой всплыли в памяти бессмертные строки Михаила Юрьевича Лермонтова:

Смешались в кучу кони, люди,

И залпы тысячи орудий

Слились в протяжный вой…

Скажем честно — залпов не было и воя, пожалуй, тоже, но гул стоял неимоверный, а к гулу еще добавлялась весьма интенсивная вонь. Впрочем немудрено — к суете, шуму, гаму и мягко говоря — запахам, которые присутствуют на обычных рынках, добавлялся весьма значительный вклад, вносимый четвероногими участниками действа, которые шумно пускали ветры, мочились, как из брандспойта и испражнялись, азартно размахивая хвостами, визуализируя мем: "набрасывать говно на вентилятор".

Вполне естественно, что и двуногие участники тусовки, угодившие, скажем так — под раздачу, вносили свою лепту в общий хаос, поскольку не скрывали своего сугубо отрицательного отношения к попаданию на их одежду и лица продуктов конской жизнедеятельности и пытались донести свое мнение до хозяев животных всеми доступными им средствами.

Ну, а те, в свою очередь, тоже не стеснялись огрызаться и отмахиваться, чем под руку попадется, начиная с кулаков и дубинок и заканчивая нагайками. Холодным оружием, как и магией никто не пользовался — таким действием можно было привлечь ненужное внимание стражи и пришлось бы сильно раскошелиться, а лишних денег не было ни у пострадавших от жидкого помета, ни у владельцев генераторов конского дерьма.

Финальный штрих в это вавилонское столпотворение вносили многочисленные повозки, следующие на вход и на выход и дело было даже не в их количестве, хотя их было очень немало, а в полном отсутствии правил дорожного движения на территории базара и таком же полном отсутствии чувства взаимного уважения между участниками движения — каждый пер, как ему хотелось и как ему было удобно. Поэтому немудрено, что конфликты разной степени интенсивности вспыхивали повсюду и повсеместно.

Ну и последнее — очевидно, что такая локация, где на относительно небольшой территории сконцентрирована большая масса народа, имеющая денежные средства, не могла остаться без внимания разнообразного криминального элемента, начиная с карманников и заканчивая конокрадами и ворами на доверии, продававшими несуществующих лошадей огромными табунами. Вот в такую клоаку и погрузился старший помощник с головой.

Какое-то время суровый имидж Дениса ограждал его от контактов с соцработниками, занимавшимися перераспределением финансовых средств между гражданами, их имеющими и гражданами, желающими их получить. Причем получить безвозмездно — то есть даром. Ничего похожего на классическую схему: "товар-деньги-товар" не предусматривалось.

Все хорошее в нашей жизни имеет неприятное свойство заканчиваться. Рано, или поздно, но обязательно. Все плохое — тоже, но далеко не всегда окончание плохого является чем-то хорошим, к сожалению. В этом противоположности сходятся — зачастую и хорошее и плохое заканчиваются плохим. Вот такая вот диалектика… Закончился и "дипломатический иммунитет" старшего помощника — он почувствовал чужую руку, подбирающуюся к кошелю, висящему у него на поясе.

Небесный Волк, заранее проинструктированный на такой случай, немедленно сдавил горло незадачливого воришки, а так как никаких защитных артефактов тот не имел, то немедленно с ужасающим хрипом схватился за горло и начал на глазах синеть.

"Отпусти!" — распорядился Денис и принялся вершить правосудие самостоятельно. Старший помощник схватил за грудки и вздернул до уровня своих глаз худосочного пацана лет четырнадцати, грязного, обшарпанного, с мелкими, какими-то лисьими чертами лица, глаза которого, словно два уголька, горели злобой и страхом.

— Ты на кого батон крошишь, плесень? — зловещим шепотом осведомился старший помощник, отчего количество злобы в глазах невезучего карманника уменьшилось, а количество страха увеличилось, что еще раз подтверждает незыблемость закона сохранения: ежели бюджет муниципального образования нецелевым образом уменьшился, то городской голова проведет очередной отпуск не в Анапе, а в Абу-Даби, ну-у… или в Дубае. — Рамсы попутал, падла!?! — продолжил нагнетать Денис, еще больше увеличивая диспропорцию между злостью и страхом в глазах менеджера низшего звена местного криминалитета.

Довести воспитательную работу до конца старший помощник не сумел, потому что, словно из-под земли, перед ним выросли два коренастых паренька, с самым недвусмысленным видом похлопывающих короткими дубинками по ладоням. Третий чел с дубинкой появился за спиной о чем просигналили мелиферы и доложил Небесный Волк.

"Придуши немножко заднего!" — распорядился Денис.

"Слушаюсь, Господин!" — браво отрапортовал Волк и сзади послышался приглушенный хрип.

— Пошто мальчонку тиранишь?! — несколько обескуражено осведомился один из коренастых.

Его недоумение было вполне объяснимо — оппонент уже должен был получить сзади удар дубинкой по голове, расслабиться и предоставить возможность беспрепятственно позаимствовать кошелек, оружие и прочие материальные ценности, буде они при нем обнаружены, а вместо этого неприятный тип со шрамом крепко стоял на ногах и нагло рассматривал представителей менеджеров среднего звена местного криминалитета, обеспечивающих безопасность работы менеджеров низшего звена.

Вступать в какие-либо переговоры с коренастыми старший помощник посчитал ниже своего достоинства. Вместо этого он разжал ладони, позволив карманнику рухнуть на землю, а сам, перешагнув через него, нанес два быстрых удара в нос каждому из игрунов с дубинками. Результатом этого действа стало то, что их внимание полностью переключилось с внешнего мира на свои внутренние ощущения, которые, надо честно признать, были не очень приятными, а если называть вещи своими именами — очень неприятными.

К большому сожалению для них, на этом злоключения менеджеров среднего звена не закончились. В следующий миг они почувствовали нестерпимую боль уже в другом месте своего организма, а именно в промежности, ну а финальным аккордом для них стало соприкосновение их лиц с коленом мужика со шрамом, коее и отправило этих менеджеров в глубокий нокаут. Конечно, порядка ради, надо было бы открыть счет, но рефери под рукой не оказалось, так что нокаут был определен на глазок.

Разобравшись с фронтальной парой, Денис развернулся к владельцу дубинки, которого, чтобы тот никуда не делся, придержал за его спиной Небесный Волк, и проделал все вышеописанные операции уже с ним, а то получилось бы несправедливо — одним все, другим ничего, а так никто не ушел обиженным. В смысле — никто не смог уйти, потому что остался лежать на земле.

Инцидент не остался без внимания пары стражников, которые заметив