Давший клятву - Брендон Сандерсон

– Башин, втиснуться рядом с тобой было бы куда легче, если бы твое брюхо не простиралось до следующей недели.

– Светлорд, я всего лишь пытаюсь исполнить свой долг.

– Долг?

– Светлоглазым нужно, чтобы люди им подчинялись, верно? Я позаботился о том, чтобы служащие вам имели вес – по крайней мере, в стоунах.

Далинар взял кружку, но не выпил. Огненный мох делал свое дело. Его струйка дыма в этой тускло освещенной каменной комнате была не единственной.

Гавилар ненавидел это зелье. Впрочем, брату-то нравилась его новая жизнь.

В центре тусклой комнаты два паршуна отодвинули столы и начали раскладывать бриллиантовые фишки на полу. Все попятились, освобождая место для большого светящегося круга. Сквозь толпу протолкались двое голых по пояс мужчин. Общая атмосфера нескладных бесед уступила место ревущему волнению.

– Мы будем делать ставки? – поинтересовался Хавар.

– Конечно, – ответил Башин. – Я поставлю три гранатовые марки на того, который ниже ростом.

– Принимаю ставку, – сказал Хавар, – но не денежную. Если я выиграю, хочу твою шляпу.

– Заметано! Ха! Так ты наконец-то признаешь, насколько она лихая?

– Лихая? Башин, клянусь бурей. Я окажу тебе услугу и сожгу эту дрянь.

Далинар откинулся на спинку скамьи, отупев от огненного мха.

– Сожжешь мою шляпу? – переспросил Башин. – Да что за буря. Это жестоко. Ты просто завидуешь моему мужественному виду.

– Она вынуждает женщин лихо удирать от тебя, только и всего.

– Она экзотичная! С запада! Все знают, что мода приходит с запада.

– Ну да – из Лиафора и Йезира. А эту шляпу ты где приобрел?

– На Чистозере.

– А-а, в том бастионе культуры и моды! В следующий раз закупаться будешь в Бавии?

– Трактирным служанкам все равно, – проворчал Башин. – Так или иначе, мы можем просто посмотреть состязание? Я собираюсь выиграть у тебя марки. – Он глотнул из кружки, но встревоженно пощупал шляпу.

Далинар закрыл глаза. Он как будто погружался в дремоту, – может, и впрямь стоило поспать, не беспокоясь об Эви и не мечтая о войне…

На ринге звучно столкнулись двое.

Этот звук – натужное кряхтение, с которым борцы пытались выпихнуть друг друга за границы освещенного ринга, – напомнил ему о битве. Далинар открыл глаза, выронил мох и подался вперед.

Тот борец, что был ниже ростом, изящно выскользнул из хватки противника. Они закружились, согнув ноги в коленях, держа руки наготове. Когда же опять сцепились, коротышка заставил противника пошатнуться. «Лучшая стойка, – подумал Далинар. – Держится низко. Тот высокий парень слишком долго полагался на силу и размеры. У него ужасная форма».

Двое напряглись, отступая к краю ринга, прежде чем высокий сумел повалить обоих. Далинар встал, когда другие, опередив его, подняли руки и разразились подбадривающими криками.

Состязание. Борьба.

«Из-за этого я едва не убил Гавилара».

Далинар снова сел.

Коротышка победил. Хавар со вздохом отдал Башину несколько светящихся сфер.

– В следующем раунде удваиваем или пропустим?

– Не-а, – отказался Башин, взвешивая марки на ладони. – Этого хватит.

– На что?

– Чтобы подкупить несколько влиятельных молодых щеголей попробовать такие же шляпы, как моя, – заявил Башин. – Помяни мое слово, как только разойдутся слухи, их будут носить все.

– Ты болван.

– Зато одет по моде.

Далинар наклонился и подобрал с пола пучок огненного мха. Бросил на стол, поглядел на него, а потом глотнул вина. Начался следующий поединок, и он поморщился, когда борцы столкнулись. Вот же буря. Почему он все время оказывается в такой ситуации?

– Далинар, – окликнул его Хавар. – Есть известия о том, когда мы отправимся в Разлом?

– Разлом? – переспросил Башин. – А что там?

– Ты тупой? – поинтересовался Хавар.

– Нет, – ответил Башин. – Но я, возможно, пьяный. Так что случилось в Разломе?

– Ходят слухи, они намерены возвести на трон собственного великого князя, – напомнил Хавар. – Сына старого… как там его звали…

– Таналан, – сказал Далинар. – Но мы не поедем в Разлом.

– Но ведь король точно не может…

– Мы не поедем, – повторил Далинар, сделав ударение на первом слове. – Тебе надо обучать людей. А я… – Далинар выпил еще вина. – Я стану отцом. Брат разберется с Разломом путем дипломатии.

Хавар откинулся назад, легкомысленно толкнув кружку на столе.

– У короля не получится разобраться с открытым бунтом с помощью политики.

Далинар сомкнул кулак вокруг огненного мха, но не стал его растирать. Какая доля его интереса в Разломе была связана с долгом защищать королевство Гавилара, а какая – с желанием снова ощутить Азарт?

Проклятие. В последнее время он чувствовал себя наполовину мужчиной.

Один из борцов вытолкнул другого с ринга, нарушив линию огней. Объявили о проигравшем, и паршун тщательно восстановил кольцо. Пока он этим занимался, к Далинару подошел старший слуга.

– Светлорд, простите, – прошептал он, – но вам следует знать. Главный поединок придется отменить.

– Что такое? – спросил Башин. – Что случилось? Макх не будет драться?

– Прошу прощения, – повторил старший слуга. – Но у его противника нелады с желудком. Поединок придется отменить.

Судя по всему, новости распространились по комнате. Толпа проявила свое неодобрение свистом и проклятиями, криками и пролитой выпивкой. Сбоку от ринга стоял высокий лысый мужчина, голый по пояс. Он спорил с несколькими светлоглазыми организаторами, указывая на ринг, и вокруг него на полу кипели спрены гнева.

Для Далинара эта шумиха звучала как зов битвы. Он закрыл глаза и вдохнул ее, ощущая эйфорию, намного превосходящую огненный мох. Вот буря. Надо было напиться сильней. Он сейчас совершит ошибку.

Что ж, зачем терять время. Он отшвырнул огненный мох и встал, потом снял рубаху.

– Далинар! – воскликнул Хавар. – Что ты творишь?

– Гавилар говорит, мне надо больше беспокоиться о печалях нашего народа, – заявил Далинар, забираясь на стол. – Похоже, у нас тут полный зал печальных людей.

Хавар разинул рот от изумления.

– Ставьте на меня, – крикнул Далинар. – Как в старые добрые времена. – Он спрыгнул со стола и пробился сквозь толпу. – Кто-нибудь, сообщите Макху, что я бросаю ему вызов!

Тишина распространялась вокруг него, словно дурной запах. Далинар оказался на краю ринга в комнате, где царило молчание, хотя она была битком набита светлоглазыми и темноглазыми, которые совсем недавно вели себя буйно. Борец – Макх – шагнул назад, его темно-зеленые глаза широко распахнулись, спрены гнева исчезли. У него было мощное телосложение, на руках выпирали раздутые мышцы. Ходили слухи, что он никогда не проигрывал.