Смерть Хаоса - Лиланд Экстон Модезитт

– Рада тебя видеть, Леррис. А ты, должно быть, Кристал, – сказала тетушка Элизабет.

Только сейчас я понял, что она очень похожа на моего отца, в то время как у меня имеется несомненное сходство с Джастином, пусть он и малость пониже ростом.

Дайалу тетушка приветствовала поклоном и теплой улыбкой. Друида смущенно улыбнулась в ответ.

– Я много о тебе слышала.

– Не сомневаюсь, но, думаю, не стоит сохранять предубеждение столь долгое время.

Джастин обнял тетушку, и у них обоих увлажнились глаза.

– Надеюсь, вы останетесь на обед? – спросила Элизабет, повернувшись к моим родителям, так и сидевшим в седлах.

– Нет, – матушка покачала головой, – нам надо ехать. Ты понимаешь…

– Разумеется. Тогда увидимся утром.

Я проводил взглядом родителей, направившихся в сопровождении Тамры и стражей к Главному тракту. Хайтен разок оглянулась. Джинса с Деркасом и не подумали.

– Ладно, – сказала тетушка, – ты, Леррис, знаешь, где тут у нас что, так что покажи всем, где умыться. Дальняя гостевая комната приготовлена для тебя и Кристал, а передняя – для Джастина с Дайалой. Пока вы умываетесь, обед уже будет на столе.

Так оно и вышло: мы с Кристал еще находились в умывальне, когда тетушка позвала к обеду.

– Вы, надо думать, устали с дороги и захотите лечь пораньше, – промолвила она с лукавым блеском в глазах, пока мы рассаживались. – Обед у нас незатейливый, мы ведь не знали точно, к какому времени вас ждать. Тушеная рыба да вермишель, вот и все разносолы.

Правда, помимо названных блюд на столе появились и хлебные корзинки, и столь любимое мною вишневое варенье. Дайале Элизабет предложила вместо рыбы овощную смесь, приправленную яблочным уксусом. Та сердечно поблагодарила.

– Нам тут не часто случается принимать друид, – промолвила тетушка, – и мне жаль, что я не смогла повидаться с тобой раньше… намного раньше. Жизнь может оказаться такой короткой, и…

Не закончив фразу, она покачала головой и села.

– Берите вермишель, – сказал дядюшка Сардит.

– Это непременно, – откликнулся Джастин.

– Откуда вы выехали сегодня? – полюбопытствовала Элизабет, передавая хлеб Дайале.

– Из Аларена.

– Путь неблизкий, но завтра ждет еще более трудная дорога, – сказала тетушка и, посмотрев на Кристал, добавила: – Впрочем, надо думать, не для тебя. Ты, наверное, привычна к долгим маршам и переездам?

– Привычка привычкой, а провести целый день в седле все равно нелегко.

– Особенно если спутники у тебя никудышные наездники, – засмеялась Элизабет. – Кстати, как по этой части Леррис? Мальчишкой он не знал, с какой стороны подойти к лошади.

– Сейчас он ездит совсем неплохо, – ответила Кристал.

– Ежели на Гэрлоке, то да, – заметил я.

– И на других лошадях тоже, – возразила Кристал.

Тетушкина тушеная рыба оказалась совсем недурна, может быть, потому, что специи напрочь отбили рыбный запах, но больше всего я налегал на хлеб с вишневым вареньем. Оно и вправду было превосходным: даже Кристал намазала себе два ломтя, да и все прочие воздали ему должное. На некоторое время разговоры смолкли: такое случается, когда, проведя весь день верхом, люди пересаживаются из седел за обеденный стол.

– Я тут получил письмо от Перлота, – прервал молчание дядюшка. – Там говорилось о твоих гармонизированных стульях, которые вызвали большой переполох.

– Да. Это было одной из глупейших моих выходок.

– Я не нахожу это глупостью, – возразила Элизабет. Джастин с Дайалой поддержали ее кивками.

В ответ я кратко поведал о том, как моя затея с гармонизацией мебели субпрефекта привела к тому, что мне пришлось уносить ноги из Галлоса, не успев даже толком устроить будущее Дейрдры и Бострика.

– …привнесение гармонии извне отнюдь не всегда ведет к решению проблемы, – заключил я и, печально улыбнувшись, добавил: – Правда, понимание этого не уберегло меня от повторения подобных поступков.

– Еще Перлот написал, что у тебя появилась славная придумка – детская мебель, – промолвил Сардит, отпивая добрый глоток эля, и до меня дошло, что это одна из причин, по которой матушка сочла дом дядюшки более подходящим местом, чтобы принять Джастина.

– Я подыскивал что-нибудь, чем мог бы заняться Бострик, и подумал, что знатные и богатые люди, пожалуй, могли бы выложить денежки за особую мебель для своих детишек. И мне повезло: так оно и вышло.

– Перлот пишет, что такие изделия и сейчас пользуются спросом.

– Думаю, стоит попробовать ввести их в моду и в Кифриене.

– И то сказать, поработал бы на детишек. Не все же тебе ублажать Антону, – промолвила Кристал. Как я почувствовал, в шутку или, по крайней мере, не вполне серьезно.

– А она хороша собой, эта Антона? – с блеском в глазах полюбопытствовала тетушка.

– Она старше меня и содержит местное… увеселительное заведение. Дела у нее идут успешно. Я сделал для нее письменный стол и получил заказ на столовый гарнитур.

– Наверняка со всякими финтифлюшками и завитушками, – рассмеялся дядюшка.

– Стол был сделан со вкусом, на зависть даже самодержице, – возразила Кристал.

– О! – воскликнула Элизабет. – Нет никого опаснее куртизанки, обладающей умом и вкусом.

– Почему бы Каси не назначить ее казначеем? – предложил я, не совсем в шутку.

– С ней, пожалуй, было бы легче иметь дело, чем с Муррис, – подхватила Кристал.

– Не передаст ли кто хлеба? – попросил Джастин.

– А как насчет варенья? – спросила Элизабет с лукавым прищуром.

– Это само собой.

Горшочек с вареньем уже почти опустел, так же, впрочем, как и обе корзинки – из-под черного хлеба и из-под белого.

– Над чем еще работаешь? – поинтересовался дядюшка.

– В последнее время нарасхват шли дорожные кофры. Кстати, есть ли какой-либо материал, кроме ели, так совмещающий в себе легкость и прочность?

– Вроде нет, – ответил он, задумчиво почесав бороду. – Правда, кое-кто нахваливает бристанийскую пихту, но она легко загнивает, особенно при повышенной влажности. Кто путешествует по воде…

Кристал, прикрыв рот ладошкой, зевнула, и это не укрылось от тетушки.

– Вы, надо думать, можете говорить о своем ремесле до утра, но завтра нам всем рано вставать. Джастин с Гуннаром не дали мне поучаствовать в их прошлом… приключении по моему малолетству, но на сей раз я своего не упущу.

Я взглянул на Сардита, и он улыбнулся не очень весело.

– Кто-то должен помогать ей чувствовать почву под ногами, и по всему выходит, что это я.