Загадка тауматургии - Виктор Борзов

Две феи пикировали к нему, врезались в плечи и сбили с ног. Парень вскрикнул. Пыль с земли попала в рот, и он закашлялся.

— Не двигайся, — приказал мужской голос. — Для твоего же блага.

Сэмюэль хотел оспорить это, но кашель помешал.

— Наслаждайся представлением, — произнес второй. — Ты здесь бессилен.

Они давили на обожженную спину, топтались маленькими скользкими лапами по открытой ране.

— Я... — слова утонули в бессвязном жужжании.

Оно усилилось, перебивало не только слова, но и мысли. Парень растворился в нем, на несколько секунд перестал существовать.

Летающие жабы опустились к Джеймсу. Окружили его куполом из своих тел. Ближе пятнадцати метров не подлетали. Их останавливала невидимая стена.

— Подготовился... — разобрал Сэмюэль сквозь жужжание удивленный возглас Алекса. — ... бесполезно.

От какофонии заболела голова. Парень понял задумку не сразу. Громкий звук мешал Джеймсу произнести заклинание, сбивал с толку и оглушал. Он с трудом представлял, что испытывал проскисиолог вблизи источника жужжания. Треск крыльев сводил с ума.

Рой вокруг Джеймса рассеялся. Большая часть фей взметнулась к потолку. Остались пятеро. Они кольцом окружили мужчину. Каждая держалась от соседей на равном расстоянии.

«Ритуал?» — пробилась мысль.

В следующую секунду феи взорвались, поднимая большие облака серой пыли. Сквозь них виднелся Джеймс. Весь в грязи и с порванной одеждой.

Взрывы не задели проскисиолога. Невидимая стена держала фей в пятнадцати метрах. Больше вреда нанесли кусочки костей и грохот. Первые оставили на плаще дыры и порезы на лице. Второй ударил по ушам. Сэмюэль заметил ниточку крови сбоку на шее.

Джеймс дрожал. Его водило из стороны в сторону. Мужчина еле держался на ногах.

Он вытянул перед собой ритуальный кинжал. Рот открылся с неразборчивой речью. До парня донеслись обрывки:

— Приглашаю... Узфруйл-нот... удар ножа...

На завод резко опустился полумрак. Словно нечто огромное заслонило все окна или само солнце. Облака пыли вокруг Джеймса замерцали. Некоторые области замерли и устремились в обратном направлении. Словно время в них текло вспять. Из ниоткуда вспыхнули огоньки, вмиг сжались в пяти точках вокруг проскисиолога и угасли. Мужчина не знал, что делать. Он безмолвно наблюдал за всем. Алекс Крилов побледнел.

«Какого? Двадцати секунд же не прошло! Заклинание заняло меньше!»

Сэмюэль присмотрелся. Бьющееся в бешеном темпе сердце пропустило удар. Области, в которых пыль летела в обратном направлении, образовывали силуэт огромного червя. Туловище обвивалось вокруг безопасной зоны в пятнадцать метров.

— Глупец! — прокричал Алекс. Жужжание притихло. Жабы с крыльями стрекоз быстро разлетелись в разные стороны, через разбитые окна. Прочь, подальше от проклятого завода. — Ты хоть понимаешь, что привел на Сцену?!

Джеймс повернулся на врага. Глаза широко раскрыты, уголки рта приподняты в нервной улыбке.

— Может, теперь поговорим? — предложил проскисиолог.

Парень попытался встать. Тщетно. Два зверька весили сильно больше, чем выглядели. Феи использовали какую-то формулу для удержания.

Пальцы сжали рукоятку трости. Деревянные осколки сильнее впились в бледную кожу, костяшки побелели от напряжения.

Сэмюэль приподнял ладонь над землей, насколько возможно, и быстро ударил три раза.

Он не надеялся на многое. В этом сражении ему отвели роль простого наблюдателя. Все решили за него. Одно было ясно: если парень останется здесь, смерть неминуема.

Алекс казнит Сэмюэля сразу после Джеймса. Сам проскисиолог избавится от него из-за неизвестности и бесполезности. Кто бы ни победил, парень умрет.

От сердца в руку ударила молния. Сэмюэль почти вскрикнул от радости! Шестерка! На кубике впервые выпала шестерка! Боли от отдачи не последовало. Побочные чудеса ударили в один из «громоотводов» в гостинице.

Две феи на спине обмякли и сползли на землю. Он привстал. На четвереньках побежал вдоль стены к Амелии. Боковым зрением следил за разговором двоих.

Алекс Крилов не отрывал глаз от Джеймса, а проскисиолог боязливо держал перед собой кинжал. Рука подрагивала от волнения. Вторая поддерживала ее за запястье. Не помогало.

— Поговорить? — прокричал Алекс. — Тебя нужно уничтожить здесь и сейчас! Ты убьешь всех нас!

— Я не обреченный, — возразил Джеймс. — Пока что. У меня смутные представления о том, на что оно способно. Вы слишком рано заткнули Почтенную.

— Уничтожь его. Сейчас.

— Не уверен, что смогу. Не уверен, что кто-то вообще способен на это. Если я все правильно понял, эта штука теперь с нами до самого конца.

Для убедительности проскисиолог поводил ритуальным кинжалом из стороны в сторону. Воздух вокруг лезвия чудно изгибался.

Алекс отступил на шаг. Их разделяли сорок-пятьдесят метров.

— Объясни.

— Конечно, — улыбнулся Джеймс. — Не бесплатно. Мне нужны переговоры. Вам — то же.

— Чего ты хочешь? — сквозь зубы прошипел Алекс Крилов.

— Ваш пост. Мне нужны связи с дворянством и с местной верхушкой офицеров. А также со всеми практиками в столице.

— Ты понимаешь, что после всего...

— Это возможно, — перебил проскисиолог. — Вашего политического влияния хватит для разрешения нашего непростого положения. Взятки, обещания и шантаж. Или как вы там ведете дела? А после объявите об уходе на покой и представите меня как приемника. Проще некуда.