Мир лабиринта и костей - Микки Хост

— Коалиция примет всех вас, — продолжил принц уверенным, громким голосом, в котором не было ни капли страха. — Как один из её лидеров и король, я гарантирую, что все ваши люди будут в безопасности и ни в чём не будут нуждаться. Клянусь именем Лайне.

Джокаста скептически выгнула бровь и посмотрела на Эйлау. Фея кивнула, сохраняя серьёзное выражение лица. Она знала и понимала больше Джокасты, которой присылали лишь краткие донесения, но Эйлау никогда не лгала, и Джокаста ей верила.

— Это безумие, — покачав головой, сказал Керук. — Вновь бежать? Скрываться в другом мире?

— У нас недостаточно сил, чтобы победить сейчас, — жёстко возразил Фортинбрас. — Мы не смогли победить двести лет назад, когда мир был полон магии, а люди умели себя защищать. Мы не смогли победить, когда сальваторов было четверо. Сейчас настолько трое, и мы все слишком слабы. Но мы можем уйти, забрав магию, и объединиться с коалицией во Втором мире. Если Хайбарус не успеет поглотить магию, Ситри не сможет призвать его. Мы выиграем немного времени.

— Выиграем немного времени, — ворчливо повторил лорд Эш. — И что нам это даст? Опять проживём двести лет в страхе, чтобы потом в один момент всё рухнуло?

— Коалиция сильнее, чем вы думаете, — повысив голос, сказал Гилберт. — На нашей стороне феи, эльфы, люди и вампиры, а магии на Земле намного больше. Пока Хайбарус будет пытаться собрать крупицы магии, которые останутся здесь, мы найдём Ситри и остановим её, не дадим призвать Хайбаруса. На этот раз мы победим.

— Мы сбежим, — впервые за всё время подала голос леди Аррана — невысокая стройная женщина с короткими золотистыми волосами и глазами, которые напоминали грозовые тучи. — Сбежим, бросив всё, чего мы достигли?

— Чего мы достигли? — едва не рявкнул Киллиан, наконец остановившись на месте и посмотрев на леди Аррану. — Страха и постоянных смертей? Хаоса у стен наших городов?

— Мы восстанавливаем сигридскую культуру! Возрождаем то, что было раньше…

— То, что было раньше, давно сгинуло! — ещё громче заорал Киллиан. — Того мира больше нет! Всё, что осталось — это люди, и мы должны спасать именно их! К раксу гордость, если бегство во Второй мир — это единственное решение, котороё спасёт мой народ, я соглашусь с ним. Ни один великан больше не погибнет. Ни один сигридец, нашедший своё место в Омаге, не погибнет. Не позволю.

— Даже если вы не согласитесь, не мешайте хотя бы спасать людей, — обиженно проворчал Четвёртый, выпрямив спину. — Серьёзно, нам с Рейной будет намного проще, если вы не будете мешать.

— Решайте здесь и сейчас, — подхватил Фортинбрас, едва только с губ Четвёртого сорвалось последнее слово. — У нас не осталось времени.

Лорд Эш, громко хмыкнув, кинул косой взгляд на Геирисандру и пророкотал:

— Если вы и прямь богиня магии, то можете остановить всё это!

— Я не создаю магию из пустоты, — спокойно и тихо возразила богиня, — лишь направляю её, помогаю магам открыть внутренний источник. Я — покровительница магии, её защитница, но не хозяйка. Сейчас я ничего не могу сделать, лишь помочь сальваторам поглотить магию раньше Хайбаруса и удержать Переходы, чтобы вы все оказались в безопасности.

— Это безумие… — выдохнула леди Аррана, закрыв лицо руками. — Почему боги дали о себе знать только сейчас?.. Разве вы не наши защитники?

— Вы возвысили нас туда, где мы уже не слышим ваших молитв. Не наша вина, что вы превратили нас в тех, кто может решить все ваши проблемы. Не наша вина, что вы думаете, будто мы способны на всё. Сигридцы не должны полагаться на кого-то, кто может спасти их. Спасайте себя сами, смертные, а мы — поможем. Решайте здесь и сейчас, — жёстко подытожила Геирисандра, вздёрнув подбородок, — пока от вас ещё хоть что-то осталось.

В конце концов, против проголосовали только лорд Эш и леди Аррана. Эйлау была ничуть не удивлена: они не видели дальше своего носа, но считали, что знают всё и обо всём лучше других и потому могут принимать самые серьёзные решение. Глупость, не иначе. Но даже эта глупость не помешала Николасу, ответственному за перенесение людей из Артизара в Элву, сделать своё дело.

Сальваторов было всего трое, и это сильно уменьшало их возможности и увеличивало риски. Магов было гораздо больше, но и они с трудом справлялись: открывали порталы в крепости и поселения, следили за эвакуацией и защищали людей, пока те не оказывались в Тоноаке, Омаге или Элве. Николас прыгал из одной точки мира в другую, укрепляя барьеры, перебрасывая людей со скоростью света и отбивая нападения демонов. Пайпер питала его и всех магов Силой, позволяя им совершать невозможное. Фортинбрас, оставшийся в Омаге, вместе с Геирисандрой начал поглощение магии Диких Земель.

Деталей Эйлау не знала. На уровне инстинктов понимала, что к чему, но не смогла бы это объяснить — подобное смогли бы понять только маги, которых коснулась Геирисандра. Причём коснулась буквально: после того, как они проголосовали, она с помощью сальваторов создала между магами связь, которая позволяла им чувствовать друг друга. Эйлау, после этого сразу же вернувшаяся в Тоноак, передала связь остальным магам, а те — другим. Эта связь словно была сетью, которая разом накрыла все исследованные территории Диких Земель, оплела каждого сигридца, точно паутина, проникла в сердце, разум и душу. Эйлау чувствовала каждого мага в Тоноаке и даже сальваторов, которые то и дело открывали порталы и поддерживали Переходы.

Один из них сейчас был в Тоноаке, во дворце — там, куда сгоняли всех фей из города, крепостей и поселений. Часть рыцарей и магов удерживали тварей у границ, не позволяя им прорваться в город, другие следили, чтобы все феи совершили Переход. Эйлау не представляла, что ждало их во Втором мире, — просто не могла уйти, сделав первый шаг в портал, ведь была обязана защищать свой народ здесь, — но надеялась, что Марселин, вызвавшаяся помочь, не подведёт. В Элве первым совершить Переход должен был Стефан, но ему пришлось остаться, чтобы защищать город вместе с Николасом.

На самом деле никто, кроме людей, непосредственно пришедших из Второго мира, не знал, что ждёт сигридцев там.