Слёзы Шороша - Братья Бри

– Мэ-эт! Просыпайся да вставай без «сейчас встану»! Леща удить идём! – услышал сквозь улетучивающийся сон Мэтью.

– Доброе утро, Малам! Проснулся! Иду!

Малам не стал заходить к нему и прибавил к сказанному через дверь:

– Флягу чаем наполни, лепёшек свежих в мешок положи да орешков баринтовых. Всё на столе на кухне… Дэ-эн! Поднимайся! Рыбалка ждёт!

– Слышу, слышу, Малам! Уже, можно сказать, на ногах!

– Сказать можно много чего! Вон Семимес уже червяков накопал, а я вам по удочке сладил.

Ребята вышли из своих комнат. Малам продолжал:

– Мы-то с Семимесом лёсы к своим палкам привязываем: очень хорошо двухтрубчатник рыбу слышит.

Мэтью заметил в корзине у Малама несколько кусков коры с намотанными на них лёсами.

– Из чего леска, Малам? – спросил он.

– Из конского волоса. Волос волосом приращиваешь до нужной длины, и получается леса, лучше не сыскать: и прочная, и в воде не набухает. Я по три крючка на каждую подвязываю на коротких волосках.

– А этот камешек – грузило? – спросил Мэт.

– Попробуй-ка его на руке. Как? Сгодится?

– Весомый.

– Дай-ка мне, Мэт, – попросил Дэниел.

– Леску порвать попробуй, – предложил ему Малам.

– Похоже, не только леща, а и сазана выдержит, – сказал Дэниел (голос его сделался натужным, передавая напряжение рук).

– Если два леща разом червей заглотнут, она и двух выдержит. Ну, идите мешки в дорогу собирайте.

Вскоре ребята вышли из дома. Семимес поджидал их у липы. По его виду было понятно, что он что-то замыслил.

– Доброе утро, Дэн и Мэт, – сказал он и поманил рукой Дэниела. – Подойди-ка.

Дэниел подошёл к нему, а Мэтью остался у крыльца.

– Я… попросить тебя хочу… об одном, – Семимес заметно мялся.

– Не смущайся, друг, говори.

Семимес покосился на Мэтью.

– Дэн, я только тебе это скажу, – сказал он и пристально посмотрел на него.

– Как хочешь.

– Зазови Лэоэли на рыбалку… С ней рыбалка добрее будет.

– Это ты здорово придумал, Семимес. Ей бы наверняка понравилась эта идея. Но ещё вчера она сказала, что пойдёт к своим друзьям лесовикам…

– Тогда не прошу тебя ни о чём, – перебил его Семимес и опустил голову. – Пойдём, некого ждать. Вон и отец идёт. Видать, козу из хлева вывел.

Не прошли рыболовы и пяти десятков шагов, как Семимес остановился.

– Отец, у меня с головой худо. Лучше я дома останусь… и Слово охранять буду. Дэн, давай мне то Слово, что Повелитель Трозузорт заполучить желает.

Как только он произнёс эти слова, глаза троих его спутников уставились на него. Он увидел в них удивление и вопрос… и, смекнув что-то, потупил взор и виновато согнулся… Малам заговорил с ним:

– Сынок, тебе известно имя Повелителя Тьмы? Даже я не знал его. Откуда же знаешь ты? Ты не рассказывал об этом.

Некоторое время Семимес молчал. Потом, отыскав в себе ответ, сказал:

– Помнил, да забыл. Забыл, да вспомнил. Когда этот… корявырь ударил меня по голове, в глазах у меня потемнело, как будто я умер. Но голос надо мной сказал такие слова: «За твою поганую жизнь большую награду получу я от Повелителя Трозузорта». Вот как было, отец. Вот как было, Дэн и Мэт. Помнил, да забыл. Забыл, да вспомнил.