Книга мертвых - Вольфганг Хольбайн

В этот момент в дверь постучали.

— Наверное, это она. — Повернувшись, Говард опустил ладонь на ручку двери.

Но за дверью стояла не миссис Уинден.

За дверью стоял я.

Говард расширившимися глазами уставился на Роберта Крейвена, а затем, смешно хрюкнув, отпрянул и со стоном упал на пол, когда мой двойник ударил его в живот.

Затем все погрузилось в хаос.

Взревев, словно раненый зверь, Коэн выхватил револьвер из кобуры и начал стрелять. Он стрелял до тех пор, пока у него не кончились патроны, но и после этого продолжал нажимать на спусковой крючок. Каждая пуля вошла в цель, и я увидел, как сквозь прорвавшуюся кожу моего двойника блеснул металл. Невозмутимо пройдя вперед, марионетка мимоходом сбила с ног лорда Дарендера и Виктора, а затем приблизилась ко мне. Закричав от ярости, Коэн швырнул в машину револьвер и схватился за стул. Создание Сарима де Лоре даже не попыталось парировать удар. Когда Коэн разбил стул о его голову, чудовище легко коснулось его виска, и он упал на пол. Лишь после этого мне удалось сбросить с себя оцепенение.

Вскочив, я уклонился от стальной лапы и бросился бежать к двери. На бегу я чуть было не напоролся на острие меча брата Аллисдейла. В последний момент я успел отпрыгнуть в сторону и, ударившись о стену, сполз на пол.

Когда яркие круги перед моими глазами погасли, я увидел ухмылку Сарима де Лоре.

— Ну что, Крейвен, — хихикнул он. — Разве я не говорил тебе, что мы вскоре увидимся? Должен попросить у тебя прощения за промедление, но мне хотелось подождать, пока вы все соберетесь здесь. И, как я вижу, это того стоило. — С безумной улыбкой на губах он толкнул меня в грудь и прошел мимо брата Аллисдейла в комнату. — Прошу прощения, что беспокою вас, господа. — Он окинул взглядом скорчившихся на полу раненых, из которых только Коэн потерял сознание. — Но вмешательство в мои планы профанов, то бишь вас, спутало мне все карты, так что я вынужден был импровизировать.

— Безумец! — воскликнул Говард. — Ты и так совершил много зла!

— Ах, брат Говард! — холодно произнес Сарим де Лоре, как будто увидел Говарда в первый раз. — А ты все тот же, не так ли? Боюсь, что в этот раз победа останется за мной. — Он указал на моего двойника. — Как жаль, что ты не увидишь, насколько идеально мой верный друг сыграет роль Роберта Крейвена. Может быть, хорошо, что Крейвен выжил. Живой Крейвен будет полезнее мертвого, ведь я могу быть вполне уверен в его лояльности.

— У тебя ничего не поучится! — спокойно возразил Говард. — Орден…

— Орден, — перебил его Сарим де Лоре, — больше не существует. Благодаря вмешательству твоих друзей орден лишился всего своего руководства, и потребуется несколько лет, чтобы он перестроился. — Де Лоре противно хихикнул. — И у меня такое чувство, что я знаю имя нового Великого магистра.

— Ты сошел с ума, — пробормотал Говард. — Ты совершенно сошел с ума!

— Возможно. — Сарим ухмыльнулся. — Но лучше оказаться безумным, чем мертвым, не так ли? — Его улыбка погасла. — А теперь…

У двери послышался какой-то глухой удар. Повернувшись, де Лоре увидел, как брат Аллисдейл упал на колени. Его глаза закатились, и он перевалился на бок.

— А теперь, — закончил за магистра Рольф, — с меня хватит! — Он сжал кулаки. — Мне уже осточертели твои дебильные марионетки, Дебилоре!

Сарим де Лоре уставился на него, опешив от изумления. Он не ожидал такой наглости. Тамплиер попытался что-то сказать, но не сумел подобрать слов.

— Задолбал ты меня, придурок ты эдакий! — рявкнул Рольф, направляясь к де Лоре.

Рольф замахнулся, собираясь ударить тамплиера, но Сарим в последний момент уклонился, отпрянув в сторону. Повернувшись к моему механическому двойнику, он указал на Рольфа.

— Убей его! — приказал магистр.

Марионетка, вытянув руки вперед, беззвучно двинулась на Рольфа.

— Рольф, ради Бога, не делай этого! — закричал я.

Но Рольф, казалось, не понимал, какая смертельная опасность ему грозит.

В результате повторилась та же ситуация, в которой мы оказались год назад в Париже. Тогда Рольф совершил страшную ошибку, понадеявшись справиться с одной из таких марионеток голыми руками. Точно так же, как и в Париже, Рольф замахнулся, вложив в движение всю невероятную силу своих мышц. В тот раз он сломал себе руку. Послышался хруст, и я увидел, как тело Рольфа дрогнуло от силы удара, а лицо исказилось от боли. Но марионетка тоже пошатнулась. По ее резиновому лицу протянулась длинная трещина, послышалось шипение, и из глаз машины во все стороны полетели синевато-белые искры. Покачнувшись, марионетка протянула к Рольфу руки… и, точно срубленное дерево, упала на пол. Ее голова разлетелась на части.

— Что… — охнул Сарим де Лоре, вытаращившись на свое разрушенное творение.

По-видимому, он не понимал, что же здесь произошло.

Попытавшись взять себя в руки, я в недоумении уставился на Рольфа, а затем перевел взгляд на уничтоженную марионетку.

— Как, черт побери, ты это сделал? — прошептал я.

— Глупый вопрос, — буркнул Рольф. — Я эти жестянки уже знаю. — Он рассерженно посмотрел на Виктора.

Я не понял значения этого взгляда, но Виктор почему-то смутился.

— Гора мышц, а в голове ничего. Везет мне на таких придурков, — буркнул Рольф, отбросив в сторону подкову, которую сжимал в правой руке…