Мумия и Тролль - Анна Гурова

Идет эльф по лесу. Видит – холм. В холме – пещера. Над пещерой вывеска: «Гадательное агентство: „На ошибках учатся“». Под вывеской – мелкий гоблин.

– Вход – одна монета. Гадание – еще одна, – говорит гоблин.

«Почему бы и нет? – думает эльф. – Деньги у меня есть. И любопытно…»

Платит, заходит.

В пещере темнотища. У дальней стены кто-то сидит.

– Ну! – рычит. – Чего пришел?

– Погадать хочу! – мужественно объявляет эльф.

– Заплатил? – рычат из темноты.

– Ага! – пищит гоблин.

– Тогда, – новый рык. – Гадаем. Бочку у стены видишь? Ковш? Черпни-ка из нее ковшом и попробуй!

Эльф нашел бочку, нашарил ковш, черпнул… Воняет, однако. Но колдовские снадобья почти всегда вонючие… Пригубил, прислушался к ощущениям…

– Ну и дрянь! – воскликнул он. – Натуральное троллиное дерьмо!

– Угадал! – гогочут из темноты. – Еще гадать будем?

Раз уж расшифровать надписи на статуе не удалось, Катя решила сама никому не звонить – не позориться. Насчет начальника Северо-западного отдела она и не обольщалась. Катя ждала звонка от Нафани, но и тот куда-то исчез.

«Ну и ладно», – решила Катя, слегка обиженная. В конце-то концов, какое ей дело до искусствоведческих тайн? Пусть сами разбираются со своей дурацкой статуей! У Кати и без них дел хватает.

Например – детективное агентство. Оно еще не успело открыться и не принесло ни копейки, но уже отняло кучу времени и сил. Катя в затею не очень-то верила и считала, что практическая польза от неё только одна – пристроить к делу Карлссона. После возвращения из Швеции он стал еще более угрюмым и замкнутым, чем раньше. Своими планами – если у него таковые имелись – не делился. Кажется, собирался и дальше жить в Питере, есть, пить и бездельничать. Про Ротгара он будто бы забыл. Катю это удивляло и даже слегка беспокоило. Неужели Карлссон, после всех пережитых мучений, стал его бояться? Только этого не хватало!

«Ничего, вот появятся клиенты, пойдут дела – глядишь, Карлссон и развеется», – подумала Катя, окидывая одобрительным взглядом любезно выделенное Хвостовым помещение. Офис был хоть и в центре города, но вид имел не очень престижный. Отнюдь не евроремонт, и выход в заставленный машинами дворик. Зато под окнами рос шиповник, и места внутри хватало: целых четыре комнаты. Небольшой холл (он же – приемная), просторный кабинет директора (то есть – Кати), маленький закуток-бухгалтерия и большая спальня. «Комната отдыха и релаксации», – как ее окрестила Лейка. Она вообще очень активно наводила в офисе уют. Например, заставила подоконники цветами в горшках. Еще были санузел и большая кухня с гигантским холодильником, немедленно снискавшим горячую привязанность Карлссона. Словом, в распоряжении агентства оказалась обычная четырехкомнатная квартира на первом этаже. Не бизнес-центр, но для немногочисленных сотрудников агентства более, чем достаточно. В их число входили двое официальных учредителей: Катя и Коля Голый, три «детектива» – Шурин, Баран и Чара, а также Лейка и приходящая старушка-бухгалтерша, родственница Лейки, которая легко могла поместиться за пазухой любого из «детективов», приди им в голову такая блажь.

Генеральным директором почти единогласно (один голос – против) выбрали Катю. Голос «против» был ее собственным. Николай Иванов (он же Коля Голый) был назначен на должность заместителя генерального директора по общим вопросам. Лейка стала коммерческим директором.

Карлссон в «штат» не вошел, потому что – без документов. «Специалист по решению проблем!» – ехидно обозвал его Шурин. Карлссон не возражал. Его больше интересовало обнаружившееся в холодильнике пиво.

Хищника, понятное дело, в штатное расписание тоже не вносили.

– Собрание учредителей и детективов объявляю открытым, – откашлявшись, объявила Катя. – На повестке дня один вопрос. Один, но важный! Надо придумать название для нашего агентства.

– А разве его нет? – спросил Шурин. – Как же тогда документы подавали?

– По документам мы – ООО «Престиж-Детектив», – пробасил Коля.

– Ну так пусть так и остается. Солидно и по сути.

– Нет, – вмешалась Катя. – Это скучно. Надо что-то яркое… Вроде «Шаманамы» …Лейка вот предложила: «Карлссон и нимфы»…

Баран, Шурин и Чара дружно расхохотались.

– Ах ты моя сладенькая нимфа! – Баран похлопал Чару по небритой щеке.

– Не лапай меня, нимфетка развратная! – отпихнул его Чара.

И они загоготали еще громче.

– Хватит ржать! – сердито крикнула Катя. – Вопрос серьезный!

– Лично мне все равно, – сказал Баран, когда будущие детективы наконец успокоились. – Как хотите, так и называйте. Я сейчас бы выпил.

– Действительно, – кивнул Коля. – Катерина, если есть варианты, излагай. И поедем отмечать. Выношу на повестку дня: кто за то, чтобы провести совещание в «Шаманаме»? Так… Практически единогласно!

– Я против! – решительно возразила Катя. – Делами надо заниматься на работе!

– Ну так предложи чего-нибудь.

– И предложу. Что-нибудь нейтральное, но позитивное. – Катины мысли сразу обратились в сторону филологии. – Например, агентство «Диалог»!

– Лучше тогда «Эпилог», – заметил Чара.

– А я слоган придумал, – подхватил Шурин: – «Тащите деньги, и мы напишем о вас последнюю главу!»

Байкеры снова заржали. Катя возвела глаза к потолку.

– Все б вам шуточки… Ну, не хотите филологическое, можно из мифологии. «Марс» там… Или «Меркурий»…

– «Харон», – предложил Чара, демонстрируя уникальную для байкера эрудицию.

– Это кто? – хором спросили остальные трое.

– Перевозчик душ на тот свет, – объяснила Катя, бросив на Чару сердитый взгляд.

– О, слоган! – тут же влез Шурин: – «Отправьте ваших врагов в последний путь!»

– Если перевозчик, – наморщив лоб, сказал Баран, – тогда это скорее для логистиков. А звучит ничего себе, солидно.

– Да ну вас! Кто к нам пойдет с таким-то названием?

– Тот, кто мифологии не знает, – резонно сказал Чара. – То есть – большинство.

– Ты лучше что-нибудь позитивное сочини.