Интервью с ректором - Екатерина Верхова

Шел третий день моего пребывания в Высшей академии Кантора. Пары прошли спокойно, потому я назначила первую встречу редколлегии на послеобеденное время. Фирс и Нира сидели напротив, явно не понимая, что им делать. Ждали моих вступительных слов, но я чувствовала себя так же, как и они. Не знала, что предпринять.

— У вас есть кто-нибудь на примете на место четвертого члена редколлегии?

— Я не знаю даже, как ты его заманила! — Нира кивнула на Фирса. — Обычно все пытаются найти себе какое-то простенькое непыльное занятие, создание газеты простеньким не назовешь.

Фирс же просто флегматично пожал плечами.

— Ладно, — выдохнула я. — Я займусь этим прямо сейчас. К понедельнику нам надо уже сделать выпуск. А значит, сдать все материалы к субботе. Ваша задача, пока меня не будет, составить список тем, которые вам покажутся интересными.

Я направилась к выходу, уже потянулась к ручке, как вдруг в дверь постучались. Открылась она в тот же миг, но я успела отскочить в сторону.

Честер?! Он-то что тут делает?

— Слышал, вам нужны участники, — как ни в чем не бывало произнес он, проходя внутрь и усаживаясь на свободный стул. — Я готов.

— Но ты же с факультета боевой магии! — выпалила я, выразительно кивнув на его темно-синюю форму. 

— Я помню. — С важным видом кивнул Честер. — Это не является препятствием записаться на ваш факультатив. Вот, кстати, заявка.

Он выложил на стол заполненный от руки лист. Я оставила целую стопку таких в столовой, но так и не увидела вприпрыжку бегущих к нам студентов.

— Я же обещал, что найду выход. — Он подмигнул.

Я же начала закипать. Да что ж такое-то!..

— Мы не каждого берем, — сухо произнесла я, заглядывая в заявку и пытаясь найти там хоть один пункт, по которому мы не сможем одобрить кандидатуру Честера.

— Вынужден напомнить, Эрна, у тебя нет выбора, — с мстительной такой улыбочкой произнес Фирс. — К понедельнику уже должен быть готов номер, а ты этого не сможешь сделать, пока в редколлегии не наберется минимальное количество участников. Как ты понимаешь, никто сюда не рвется по собственной воле.

Вот тебе и “обращайся, если тебя кто обижает”. Предатель!

— Хорошо, — недолго подумав, сказала я. — Добро пожаловать в “Хроники ВАКа”.

Ладно, — это я пробормотала мысленно и самой себе. Потом глубоко вдохнула, обвела всех присутствующих тяжелым взглядом и начала: — Что любят все люди?

— Книги читать? — тут же спросила Нира.

— Поесть, — фыркнул Фирс.

Честер отмолчался.

— Скандалы, разоблачения и сенсации, — поделилась и своими доводами. — В первом номере нам нужно рассказать нечто такое, что взбаламутит общественность, что привлечёт их внимание к «Хроникам ВАКа». Есть идеи?

— Еда в столовой? — Фирс стоял на своем.

Обязательно, но сенсацией это не станет — все и так знают, что кормят там по большей части отвратительно.

— Карикатурная зарисовка по теме типов студентов?

Вариант! Но такой информацией всю газету не заполнишь.

— Разоблачение тайного романа одного из преподавателей со студенткой? — внезапно подал голос Честер.

Мы все уставились на него. Тайный роман преподавателя и студентки? Идея хорошая, вот только...

— Как-то это... кхм... не по-людски. — Я сомневалась. — Вдруг это испортит им жизнь? Вдруг преподавателя уволят после этого?

— Уволят, как станет известно. Но если ты хочешь сделать по-настоящему громкую газету, то тебе придется забыть о том, чтобы руководствоваться моралью, — внезапно жестко заявил Чес. Но уже через секунду вернул голосу былую легкость: — Впрочем, что ты скажешь, если этой студентке данная статья будет играть на руку?

— Это как? — Нира нахмурилась.

— Она будет ждать тебя сегодня вечером. — Чес не сводил с меня испытующего взгляда, но при этом достал из кармана сложенный вчетверо лист, положил на стол и протянул ко мне. — Дальше сама решай, что ты будешь с этим делать.

— Хорошо. — Я кивнула и убрала лист в карман форменного пиджака. Легко улыбнулась. — Все ваши идеи стоящие. Хотела бы добавить и свою.

Прошлась пальцами по лежащему передо мной уставу академии, положила ладонь на завернутую в плотную бумагу — чтобы не было видно обложки — книгу, добытую Нирой.

— Что вы скажете, если мы поменяем этот ужасный цвет формы у студентов с факультета искусств? — произнесла я.

В комнате воцарилась тишина.

— Вот тут… — Я стукнула пальцем по обложке устава академии. — … сказано, что все обучающиеся должны ходить в форме единого цвета, выданной администрации. Цвет должен соответствовать поступлению на определенный факультет, то есть быть единым. Если нам удастся убедить всех искусствоведов, то с помощью уже этой книги… — Теперь коснулась второго фолианта. — Я смогу задействовать формулу из бытовой магии.

Я благоразумно промолчала, что этот совет давали, чтобы с ковра можно было убрать пятно от вина, что осталось после посиделок с подружками. Я лишь чуток перекроила чары. Вот уж не думала, что в книге “Тысяча и один способ быть хорошей женой” можно найти множество полезных чар.

— И чего мы добьемся этим высказыванием? — скептично поинтересовался Фирс.

— Во-первых, мы обратим внимание всей академии к факультету искусств. Во-вторых, обратим внимание всех на брешь в уставе, чего не смогли сделать даже законники. В-третьих…

— Не уверен, что искусствоведам нужно внимание, — хмыкнул Фирс. — Да и законникам попросту не нужно было менять форму.