След орла - Дарья Сойфер

– Мисс Корсакофф, я полагаю? – Нора Линкс сняла темные очки.

– Э… Да… – Мара отступила на шаг назад.

Бежать было бы глупо, да и некуда, но чем дальше она находилась от этой женщины, тем было спокойнее. Теперь, при свете дня, можно было разглядеть ту, кто напугал Эдлунда. Соломенные волосы, стянутые в конский хвост, большие серые глаза, – Нора Линкс была бы красавицей, если бы не тонкие, как лезвие бритвы, черты лица: острые скулы, сжатые губы и прямой нос. Даже не произнося не слова, она подавляла одним своим присутствием. Казалось, в любой момент вытащит из-за спины наручники и прижмет собеседника к стене.

– Вы… к дедушке? – невинно поинтересовалась Мара, ведь Линкс не должна была узнать, что там, на Линдхольме, за ней следили.

– Давай без этого, – гостья скрестила руки на груди. – Я же вижу: ты отлично знаешь, кто я такая.

Да, сегодня женщину не украшал жетон с солнцем, и на куртке, по крою похожей на полицейскую, не было опознавательных знаков. Но Нора не принадлежала к числу тех, кого можно легко забыть.

– Тогда я не понимаю, зачем вы приехали, – Мара вздернула подбородок. – Я – несовершеннолетняя. И все равно ничего не решаю.

– Значит, отец тебе все объяснил, верно?

– Да.

– Что ж, так даже лучше. Давай пройдемся.

– Но Сэм будет волноваться…

– Не бойся, я не собираюсь тебя похищать. И оружия у меня нет, – Линкс демонстративно похлопала себя по карманам. – Пойдем, нам лучше поговорить.

Мара раскинула мозгами. Терять ей нечего. Действительно, здесь кругом открытое пространство. Даже кустов нет, чтобы спрятаться. А она нужна Совету живой, в этом никаких сомнений. Станет уговаривать – ну и пусть применяет свои гипнотические трюки, сколько влезет. На Мару такое не действует. Какими бы ни были цели Совета, его представители всегда шли законным путем.

И девочка, кивнув и неопределенно дернув плечом, последовала за Норой Линкс в сторону здания со шпилем.

– Как ты уже знаешь, меня зовут мисс Линкс, и я из Верховного Совета солнцерожденных. Хочу, чтобы ты понимала, – начала женщина, когда они вышли на широкую дорогу и поравнялись. – Главная цель Совета – сохранение нашего вида. И мы не делаем ничего, чтобы навредить перевертышам.

Мара молчала, мысленно стряхивая с ушей лапшу и пиная носком кроссовка одинокий камешек.

– Безопасность – вот, что важно, – продолжала ее спутница. – Происходит что-то странное, и тебе бы, в первую очередь, пригодилась наша защита.

– Спасибо, я и так в норме.

– Это здорово, Мара. Тебя ведь так все называют? Я рада, что до сих пор с тобой ничего не случилось.

– Это угроза?

– Что ты! – Линкс примирительно подняла руки. – Наоборот! Твой отец – замечательный ученый, но так уж сложилось, что в безопасности я понимаю чуть больше. Это моя работа, если хочешь знать. Он решил прятать тебя от нас. И это несусветная глупость. И уж тем более, прятать тебя здесь. Видишь, мне понадобилось меньше недели.

– Выходит, не такой уж он дурак, раз решил держаться от вас подальше.

– Я понимаю твое недоверие. Я была бы даже разочарована, окажись ты наивной девочкой, которая бежит за каждым, кто поманит ее леденцом.

– Тогда вы, наверное, понимаете, что ничего от меня не добьетесь.

– А мне ничего и не нужно. Я приехала предупредить тебя.

– И о чем?

– Держу пари, ты не читаешь наш новостной портал.

– «ШШШ»? Нет, не читаю.

– А зря. В Нью-Джерси неделю назад пропала девушка, выпускница Линдхольма.

– Я слышала об этом.

– И о том, что через два дня пропала еще одна? Из штата Мэн? И позавчера студентка из Канады?

– Нет… – растерялась Мара.

– Все они выпускницы Линдхольма. Все летние. Все окончили учебу в этом году. Весь Совет на ушах, ФБР, Интерпол… И, разумеется, нам надо успеть первыми, потому что очевидно, что исчезновения связаны с миром солнцерожденных.

– Но причем здесь я? – Мара развела руками. – Это ужасно, конечно. Но я ведь только первый курс закончила. И, если честно, с не самыми лучшими оценками. Я имею в виду, если кому-то нужны квалифицированные перевертыши, я – не тот случай.

– Ты – уникальный случай, – Линкс резко остановилась и повернулась к девочке. – Ты всегда в опасности. А уж теперь, когда такое происходит… Совет просто не может рисковать тобой.