Та Сторона Одиночества - Мария Ерова

Прошло несколько дней – пять или шесть, когда Морис решил, что готов расстаться с девушкой. Конечно же, целиком и полностью он это не признал, но и тянуть означало ещё больше увязнуть в своих чувствах.

Мирия ни о чём его не спрашивала, похоже, её не слишком волновало возвращение на Грессию, она неплохо освоилась здесь, взяв хозяйство в свои руки – она готовила, как и обещала, поддерживала порядок, одним словом была здесь полноправной хозяйкой.

От Брэндона и Лизы вестей не было. Элиас не оставлял своих попыток произвести впечатление на Мирию, но он скорее дурачился от скуки, и Морис просто перестал обращать на это внимание.

Но этим утром Эла вновь не было – и к лучшему, разговор с девушкой граф Анедо намеревался провести без свидетелей. Итак, набравшись решимости, он сделал первый шаг к её двери.

***

Мирия читала, сидя на кровати.

-Войдите. – На стук она отреагировала, не поднимая головы, но потом, опомнившись, всё же взглянула на вошедшего. – Граф?

Её улыбка острым лезвием в очередной раз причинила ему боль, но он улыбнулся в ответ.

-Просто Морис, мы договаривались. Мирия, все готово.

Он не был весел, от девушки это не укрылось, и она почувствовала неладное, но о чём идет речь, поняла не сразу.

-Завтра мы можем отправиться к твоему отцу….

Улыбка сошла с лица Мирии, она была вполне счастлива и здесь, и уже забыла всю предысторию её пребывания на базе. Девушка захлопала книгу и отложила её в сторону.

Морис молча смотрел на неё, потом подошел ближе и присел рядом.

-Я не хочу к отцу. – Голос Мирии был тих, но твёрд.

Морис удивлённо поднял на неё глаза.

-Но… всё уже решено…

-Я знаю. – Девушка разнервничалась не на шутку. – Я просто вам надоела, граф?

Он слушал и не верил своим ушам. С чего вдруг такие мысли?

-Надоела? – Переспросил он. – С чего ты это взяла?

Вместо ответа девушка приблизилась к нему, так близко, что Морис почувствовал её  дыхание, наполненное запахом мятных леденцов, которые пару дней назад привёз ей Элиас; глаза её были наполнены злостью, решимостью и… отчаяньем…

Он пытался отвести взгляд в сторону, робея перед «маленькой девочкой» больше, чем она перед ним, но страстное желание поцеловать её взяло верх, и он впился в её губы со всей жадностью, накопленной за всё время их знакомства, но в следующий момент, борясь с собой, он резко отстранился и бросился к двери…

-Морис, не уходи! – Её голос умоляюще дрогнул.

Он замер, боясь пошевелиться, даже повернуть к ней голову, взглянуть на неё глазами, полными любви и стыда. Но она продолжала:

-Я клянусь, я не умею, но я научусь всему, и целоваться тоже…

Внутри Мориса все затрепетало. Он взял себя в руки, сделал глубокий вдох и вернулся к Мирии.

-Да разве дело в тебе, милая? – Шепотом проговорил он, пальцами вытирая слёзы с её щеки. – Ты – совершенна. Ты – бесценна. Но мы обречены. Наши отношения обречены… понимаешь? Твой отец никогда и ни за что на свете ни согласиться на это.

-Я не вернусь на Грессию! – Выпалила Мирия. – Я останусь здесь, с вами, ведь никто не знает…

-Но это не правильно! – Морис едва справлялся с одолевавшими его эмоциями. Вот она – Мирия – в его объятиях, и он сам отталкивает её. – Ты – Наследница Трона, он по праву твой…

-Мне он не нужен. – Слёзы из глаз девушки уже текли рекой, она думала, что он сейчас уйдет и это будет концом всего. – И никто не нужен… Я люблю вас, граф!

В порыве чувств он схватил её за плечи и крепко прижал к себе. Черт с ней, свободой, пропади пропадом все обязательства, долг, честь, когда рядом ОНА. Он заглушил её всхлипывания долгим поцелуем. Морис дал себе волю, оковы рухнули и тело желало уже больше, чем просто поцелуй, они оказались на постели и страсть едва не захлестнула их с головой, однако Мирия остановила его робко, застенчиво…

-Я пока не готова…

Морис сумел подавить в себе волну возбуждения, он нежно обнял девушку и с улыбкой произнес:

-Конечно, милая, не будем торопиться…

Словно гора упала с их плеч. Морис верил и не верил в происходящее; всего лишь две минуты назад он готов был отпустить её навсегда, и только теперь осознал, что не смог бы прожить без Мирии и дня.