Камила. Книга 2. Магиат - Лика Вансловович

Камила мысленно пожала плечами и направилась к столу. Она, не спрашивая разрешения, села напротив и спокойно расставила все принесенное перед собой. Парень, несколько удивленный ее появлением, поднял голову и принялся рассматривать «гостью». Камила с вызовом встретила этот взгляд.

Мерик выделялся среди общей массы. Он был высоким, несколько худощавым брюнетом со странной рваной стрижкой и косой челкой, справа торчали длинные неровные пряди волос, а слева, наоборот, в глаза бросался полностью выбритый висок, еще девушка заметила след от серьги в мочке уха и небольшую и красивую татуировку чуть пониже в виде кинжала и маленького паучка, скользящего по лезвию ножа.

Парень выглядел несколько экстравагантно среди строгой и надутой публики богатеньких деток. Было в его образе что-то мрачное и опасное. Он не смотрел на нее, как Макс, голодным и похотливым взглядом: его холодные голубые и почти бесцветные глаза изучали ее лицо, шею, тонкие запястья с каким-то странным едва уловимым интересом. Что-то настораживающее, отталкивающее и предупреждающее было скрыто в колючем и холодном взгляде, несмотря даже на то, что все черты лица Грова были тонкими, правильными и в каком-то смысле идеальными.

«Приспешник темных богов, вампирский фанатик», — вспомнила, наконец, значение странной татуировки девушка.

— Хочешь сказать что-то против моей компании? — разрывая молчаливую паузу, проговорила Камила.

Парень моргнул, словно прогоняя минутное видение, и задумчиво улыбнулся.

— Буду ей только рад! — выдал он шокирующую фразу и тут же вернулся к завтраку.

Камила перевела недоуменный взгляд на кусок непрожаренной телятины с кровью в его тарелке. «Ничего так завтрак у тебя, парень! Теперь понятно, почему никого рядом нет», — хмыкнула про себя девушка.

Одногруппник выглядел странно, но явно не собирался выступать с открытой агрессией по отношению к девушке. Камила пожала плечами и с удовольствием глотнула горький, обжигающий горло, бодрящий и такой желанный напиток.

К концу первой булочки она все же не выдержала и решила заговорить: уж больно странным казался тот факт, что в переполненной столовой никто не садился за их стол и даже мимо лишний раз не проходил.

— Ты тут такой крутой, что они даже посмотреть на тебя боятся? — с усмешкой спросила она.

Парень отвлекся от целенаправленного поедания кровавого завтрака, каждый кусочек которого он прожевывал с особой тщательностью, явно смакуя и растягивая удовольствие, при этом он аккуратно разрезал мясо ножом, придерживая его вилкой и каждый раз разбрызгивая мелкие бурые капельки по белоснежному фарфору. Камила с отвращением разглядывала это кровавое месиво, гадая над тем, как вообще такое можно есть, и благодаря небеса за крепкий желудок. Гров небрежно потянулся к фужеру: а у него был именно прозрачный фужер с темно-бордовой и густой жидкостью. «Вино? В такое время? Кровь? Бред!»

— Это всего лишь сок, — проследив за ее взглядом, сказал он. — И нет, я тут далеко не самая крутая птица, малышка! — улыбаясь, добавил он. Взгляд его оставался холодным и изучающим.

Камила даже немного напряглась, но старательно загнала все нехорошие мысли куда подальше.

— В чем же секрет? — не отводя глаз, снова спросила девушка. Уж она бы не отказалась от рецепта такого вот одиночества.

— Понятия не имею, — явно привирая, отмахнулся он. — Это похоже на страх, но Ты ведь не боишься сидеть рядом? — в глазах парня загорелись искорки вызова.

— Не особо, а что надо бы? — не показывая своего волнения, проговорила она.

— Нет, Ристани, своей наглостью ты мне даже нравишься! — он улыбнулся, и улыбка на мгновение даже дошла до его глаз.

— Подружимся? — предложил он и заискивающе посмотрел на девушку.

Получилось это у него не очень, так как, несмотря на всю привлекательность и все приложенные им старания, в глазах все равно читалось что-то опасное и нечеловеческое.

«Интересно, все вампирские поклонники так выглядят и едят всякую мерзость?» — подумала про себя Камила, а вслух ответила совсем другое.

— Вряд ли. Понимаешь, я крайне недружелюбный человек!

— Мне это знакомо! — звонко засмеялся парень, а окружающие как-то вдруг притихли и с опаской посмотрели на парня.

«Неужели кто-то и вправду верит, что эти фанатики обладают особым даром и пьют человеческую кровь по ночам? Это же глупые сказки! Или нет?»

— Что ж, время покажет! Можешь есть за этим столом, тут к тебе никто не полезет! — он сделал глоток из своего бокала и снова посмотрел на девушку: теперь его опять заинтересовали ее руки.

— И все же сними это кольцо, оно слишком тяжелое для твоей руки, — как бы невзначай заметил он.

Камила вздрогнула и уставилась на руку: она и в самом деле забыла снять перстень, хотя тот и был достаточно увесистым и свободно держался на пальце. Кстати, на руке она заметила несколько маленьких капелек крови. Поморщившись, быстро стянула кольцо, спрятала его в карман и принялась оттирать засохшие капельки.

— Кровь, — с какой-то садистской улыбкой констатировал Гров.

— Она не моя, — не поднимая глаз, ответила девушка.

— Мда, полезное колечко, — усмехнулся вполголоса парень. — До встречи, зверек, — с этими словами он поднялся с места и ушел, оставив посуду на столе.

«Зверек? Это что очередное прозвище? Троллев псих, неужели так сложно называть меня по имени!? Хотя… в конце концов он не приставал ко мне и не угрожал, а то что со странностями, так тут, похоже, все такие, даже преподаватели!»

***

Профессор кета Амбрия Зайновски оказалась миловидной блондинкой немногим старше тридцати пяти лет. Она была высокой, до невозможности худой со светло-голубыми глазами и открытой улыбкой, на щеках ее появлялись кокетливые ямочки, когда она прямо-таки лучилась счастьем и доброжелательностью.

Но Камила не питала никаких обманчивых надежд в отношении этого педагога: за вчерашний день она вдоволь насмотрелась на местных «светил науки». Скупо улыбнувшись, девушка заняла привычное место в конце аудитории и со скучающим видом рассматривала стены, которые здесь пестрили какими-то невообразимо глупыми картинами, очевидно, намалеванными местными дарованиями. Большинство из них выглядело, как нечто бесформенное и непонятное. Создавалось впечатление, что «художники» просто смешали краски и выплеснули содержимое на свой холст, а потом дождались, пока цветные потеки высохнут, чтобы поместить эту «прелесть» в красивую, позолоченную раму. К слову, это никак не спасало положения.

«Видимо, чем больше у тебя денег, тем гениальнее твой «шедевр»! Это ж надо: повесить ТАКОЕ на стены!» Помещение потихоньку заполнялось студентами, среди которых оказался и странный парень из столовой, который хищно улыбался своим мыслям и, бросив в сторону девушки неопределенный кивок, уселся за парту прямо перед Камилой.

После этого она с удивлением заметила, что большинство одногруппников оставили ее в покое, перестав, наконец, сверлить девушку недовольными взглядами. От этой странной реакции стало не по себе, и сразу вспомнился Макс, который когда-то «взял ее под свою опеку» — ничем хорошим для Камилы это не закончилось…