Приключения архивариуса - Анна Дашевская

Завтракать я спустился в восемь. Ну, ладно, в начале девятого.

Но госпожа коммандер уже допивала кофе, стоя возле огромной мойки.

Нет, правда – огромной, туда можно было бы сложить тарелки после обеда на сто гостей, и ещё осталось бы место для воды и мыльного раствора.

– Вы так рано? – спросил я с некоторой растерянностью. – А мне… Какие у меня задания?

– В лабораторию сами не лезьте, Дюпон, я хочу кое-что там обследовать при помощи оборудования. Продолжите с библиотекой, там, думаю, хватит работы не на один день.

– О, да! – благоговейно прошептал я. – О, да!!

– Ну, вот и отлично. Пообедаете сами, чем найдёте и когда проголодаетесь, а к ужину я вернусь. Наверное.

– Слушаюсь, госпожа коммандер. Какие-то особые указания по библиотеке?

– Да вот тьма его знает, Дюпон, что там искать, – ответила она с досадой. – Я не понимаю пока, чем же занимался Буа-Жибо в своём долгом уединении. Военные артефакты? В лаборатории ничего похожего не обнаружилось. Возможно, вам удастся найти хвостик.

– Хвостик?

– Кончик ниточки! Тьма, Дюпон, у вас же есть чувство юмора?

– Не знаю, госпожа коммандер, согласно медицинской карте при приёме на работу такого обследования не проводилось.

– Ну, вот и я о том… Ладно, я отправляюсь в Анже. Если будут проблемы, вызывайте по коммуникатору, но лучше обходитесь сами.

И с этим ласковым напутствием госпожа Редфилд вышла во двор и открыла портал.

Одним глотком я допил свой кофе, запихал в рот остаток бутерброда и невнятно поблагодарил Пьера за завтрак. Тот лишь кивнул, запуская в раковину чистящее заклинание. «Надо же, а сторож-то не так прост, как могло бы показаться поначалу!» – подумал я, утаскивая из вазы яблоко. Меня ждал второй шкаф в библиотеке, начатый каталог и лучшая в мире работа: книги.

Шагнув из портального окна на непримятый ещё газон, Лавиния глубоко вдохнула воздух провинциального городка, пахнущий яблоками, розами и немножко лошадьми.

Анже ещё спал. Только-только начали подниматься жалюзи на хлебной лавке, открывались ставни в жилых домах, где-то далеко, возле особняка мэра, настырно звенел колокольчик тележки молочника. Городок просыпался, потягивался, словно раздобревшая домашняя кошка, грелся в лучах утреннего августовского солнца, открывал ему навстречу чашечки цветов в небольших садиках.

– Итак, начнём с патологоанатома? – спросила сама у себя госпожа Редфилд, и, разумеется, ответила утвердительно. – А то! Пусть расскажет в подробностях, как это он не заметил отсроченного проклятия? А если заметил, то почему не сообщил. Ну-ка, и где же у нас размещается кабинет судмедэкспертизы?

Просмотрев свои записи, она хмыкнула несколько озадаченно: функции патологоанатома в Анже исполнял главный врач местной больницы, по совместительству – хирург, доктор Арман Паскаль Лаборде. И есть все шансы, что, если он начал приём, ей придётся ждать в общей очереди со старушками, желающими заменить коленные суставы и старичками, страдающими от радикулита.

– Или радикулит не относится к ведомству хирурга? – Спросила она опять же сама у себя, ответа не получила и вызвала объёмную карту города. – Так, больница… Ага, даже целый госпиталь святого Мартина… Ха, да это рядом!

Доктор Лаборде был на совещании, потом принимал отчет эконома, потом делал врачебный обход в своём отделении, так что к тому моменту, когда Лавиния вежливо закрыла за своей спиной дверь его кабинета и развернулась к хозяину, прошло не менее часа. Глянув на её широкую улыбку, доктор отчётливо икнул и на всякий случай нажал кнопку вызова секретарши.

– Не трудитесь, господин Лаборде, – Лавиния улыбнулась ещё шире. – Ваша девушка принесёт нам кофе тогда, когда я ей это разрешу.

– А вы кто такая?

В ответ перед его глазами было развёрнуто удостоверение Службы магбезопасности и подписанный королём открытый лист, позволяющий предъявителю сего творить практически всё, что ему (ей) заблагорассудится в любом пункте на территории Галлии и протекторатов.

Главный врач изучил документы, поморщился, подошёл к сейфу и открыл его.

– Келимас будете? – спросил он вполне дружелюбно. – Честное слово, ни капли яда.

– На меня и не подействует, – отмахнулась Лавиния. – Ещё и десяти утра нет, вообще-то. Ох, рушите вы мои моральные устои… Давайте! И рассказывайте, чего вы тут наворотили со вскрытиями, и как мы будем это решать.

– Вскрытиями? – непонимающе поднял глаза Лаборде. – Последний раз аутопсию мы тут делали недели две назад, и там, ей-богу, не было никаких вопросов.

В ответ она протянула доктору свою копию протокола. Тот развернул листок, вчитался и изумился ещё больше:

– Совершенно не помню. Да нет, если бы я работал с телом графа Буа-Жибо, да ещё с такими показателями… Тут же явно проклятие? И ещё… – он сдвинул очки на кончик носа, поднёс листок к глазам и чуть ли не на зуб его попробовал. – Знаете, у меня такое ощущение… хотя сейчас, конечно, этого не установить… Или можно попробовать…

– Доктор, не мямлите! – почти рявкнула госпожа Редфилд.

– Да-да, – отмахнулся от неё Лаборде. – Минутку подождите. Нет, лучше пойдёмте со мной!

Вскочив, он кинулся к двери, бросил секретарше в приёмной, чтобы она перенесла всё, кроме операции на позвоночнике, на завтра, и вылетел в длинный больничный коридор. Лавиния следовала за ним в кильватере, посмеиваясь про себя.

Господин главный врач рысью добежал до конца коридора, выудил из кармана связку ключей, отпер дверь, пропустил гостью вперёд и тщательно закрыл замок, туманно пояснив:

– Чтобы не ходили тут лишние всякие.