Истинная по расчету - Ксения Тим

Очнулась от бесконечно новой информации только на обеде с боевиками.

– Я сегодня победил Тори, – жужжал над ухом Ликус. У них только закончился рукопашный бой, где Ликус никак не мог одолеть своего друга, сколько бы не пытался.

– Я сегодня не в форме, – буркнул Тори, активно зевая.

– Опять Марик? – не поняла я такого сонного состояния.

– Эй, я не так часто пью, – возмутился проходящий мимо Марик, – он сам решил сыграть со мной.

– Вообще мы играли все вместе, – оповестил меня и напомнил остальным Валис.

– Азартные игры затягивают, – пригрозила я, незаинтересованная в продолжении.

– А вообще у нас было первое занятие у Стоулиша, он такой …

И следующие несколько минут боевики просто боготворили этого преподавателя, а я старалась не вслушиваться.

– Кто из ведьм это сделал? – прогремело на всю столовую.

Оглянувшись по сторонам я увидела стихийника курса третьего с ярко-красными волосами.

– Это была ты? – ткнул он пальцем в нашу сторону, указывая на все ту же блондинку. – Это ты со мной сделала? Потому что я тебя отверг?

Он двинулся в сторону ведьм угрожающе, они же повыскакивали с мест, блондинка начала мотать головой.

– Нет, я не делала, – отвечала она.

– Все ведьмы врут, а ещё мстят за то, что их отвергли, – хрипел он от гнева, чеканя каждый шаг.

– Я не делала, – повторяла светловолосая, как заводная кукла

– Убери это, – схватил её за руку стихийник.

И ведь никто не тронулся с места, чтобы помочь, все просто смотрели, ждали зрелищ.

– Он слишком силен, – шепнул на ухо Тори. – Я не одолею.

Так и не надо его одолевать, нужно лишь дождаться прихода магистров.

Тем временем рука сжималась на запястье сильнее и блондину начало потряхивать, из её глаз потекли слёзы….

И я не выдержала.

– Где доказательства, – спокойно, но чтобы он видел – подошла к парочке.

– Какие доказательства, – взревел бесившийся стихийник. – Это могла сделать только ведьма.

Он ткнул обеими руками в свою шевелюру, отпуская заложницу, я тут же отодвинула её подальше от окрашенного.

– Это, – я ткнула в него пальцем, – мог сделать любой в этом зале.

– Это сделала ведьма, – настаивал он.

– Краску можно сделать всего из трёх компонентов, – уверенно врала, не представляя, как вообще готовится краска, – а зельеварение либо есть, либо было у всех здесь находящихся. Сделать краску мог любой.

“Главное подольше говорить с ним и дождаться магистров” – судорожно напоминала себе я.

– Я знаю – это сделала она, – не сдавался свежеокрашенный и стал формировать пульсар, разрешенный только на полигоне.

– Не смей, – крикнула я, попутно отталкиваясь блондинку с траектории удара и формируя защиту. Из-за спешки влить силу на полную не получилось, ослабленный пульсар понесся в мою защиту. Разбив её он все же достиг меня. «Вот и идеальные щиты», – пронеслось в голове перед темнотой.

***

– Когда я услышала о переводе к ведьмам, я так обрадовалась, – хлопотала вокруг меня целительница спустя час после событий в столовой. – Думала хоть теперь реже будешь показываться, но нет, – воскликнула она, – первый учебный день и ты тут.

– Извините, – пробормотала я, поддерживая ушибленное плечо, оно, как и вся левая рука, плохо слушалось и сильно болело.

– Выпей сейчас, – сунула целительница в руки стакан, – и немного полежи.

– Хорошо, – кивнула, послушно выпив содержимое стакана.

Пробуждение было резким, темнота отступила, чтобы тут же погрузить комнату в полумрак. Оказалось, я проснулась уже глубокой ночью, чувствуя сильную боль в плече. Наверное, и проснулась поэтому. Попробовала сесть на кушетку, полулежа повела больным плечом и не сдержала болезненного вскрика. Здоровой рукой ударила кулаком по кушетке, из глаз брызнули слёзы.

– Что ж так больно, – проскулила я, бросая слова в пустоту.

– А зачем Вы бросились на защиту на такой силы пульсар? – ответила тишина.

Я замерла, понимая, что в палате не одна. Этот кто-то сидел на стуле рядом с тусклой лампой. Как же я не почувствовала чужого присутствия? Наоборот было тепло и уютно. И он видел все? Ненавижу показывать свою боль…

– Долго будете озираться по сторонам, как беспомощный котёнок перед морем? – ох уж этот ледяной насмешливый тон.

– Вам не кажется, что для посещений слишком поздно?!

– Я здесь, чтобы убедится, станет ли на одну безголовую на моём курсе меньше, – магистр встал и приблизился ко мне, его глаза искали что-то на моём лице и похоже находили – слёзы, – или придётся терпеть всех восемнадцать тронутых на голову…

Говоря это, он резко наклонился, положил ладонь на больное плечо и запустил какой-то импульс.

– Что Вы…

– Все же восемнадцать, – перебил меня магистр и, поймав мой возмущенный взгляд, задержался на несколько секунд, а после отстранился и вообще отошёл к двери. – Завтра первое занятие – больное плечо не станет уважительной причиной для отсутствия.

Он вышел из палаты и тут же зашла госпожа Киллус. Вручила ещё один отвар, обрадовала, что завтра могу присутствовать на теоретических занятиях.

Отвар был с эффектом снотворного, но сон не шел. Его глаза насмешливо смотрели, хватило тех нескольких секунд, чтобы они отпечатались в памяти. А кроме этого не покидал вопрос: что он делал так поздно ночью здесь? И то прикосновения ледяной ладони от которой разнеслось блаженной обезболивание. Закрывая глаза я проваливалась в синюю бездну без сопротивления уносящую все дальше.

Следующее пробуждение наступило только к обеду. Я была решительно настроена идти к беспощадному магистру. И опоздала. А все же целительница не хотела отпускать, считая, что нужно запереть меня ещё на сутки. Да, плечо ещё ныло, а рука плохо слушалась – я уверила госпожу Киллус, что вернусь сразу после занятия. С меня даже взяли клятву.

– Неужели Вы появились, – в своей надменной манере усмехнулся магистр. – Заходите и становилась в пару со мной.

Немного не поняв ситуации, последовала указанному и, заняв место напротив магистра, стала ждать дальнейших указаний. Как оказалось, шла практика, на которую мне строго-настрого запретили заходить.

– Повторю ещё раз, – Стоулиш бросил взгляд на меня, – сегодня практика. Вчерашние события показали, что вы не можете за себя постоять. В первом семестре вы уже изучали плетения защиты, но только в теории, – на этих словах он поморщился и понятно почему – любая магия в теории только закорючки на бумаге.

– Сегодня изучаем самый простой щит, – он снова посмотрел на меня. – Работать будем следующим образом, – в меня тут же полетел сгусток магии, и я автоматически выставила щит, даже не задумываясь. Тот самый щит, что не удержала вчера.