Ученик Дракона - Владимир Уваров

Вандер решил не торопиться. Тем более, похоже, и Хасан был того же мнения. Он уже опасался наносить сильные удары – бил много и часто, из разных положений, по всей видимости, решив измотать противника. Вандер легко парировал наносимые ему удары и отвечал тем же.

Прошло минут пять, а то и десять этого однообразного боя. Зрители, что расположились на верху арены, затихшие перед началом сражения, вновь ожили, и над ареной установился гам, отдаленно напоминающий птичий базар.

Вандер взглянул на Хвата. Тот тупо смотрел в пол, хотя там ничего не было, кроме грязного песка. По всему было видно, что бой пора заканчивать. И когда Хасан сделал очередной выпад, Вандер продемонстрировал еще один трюк. Он не стал уклоняться или отбивать меч, а легко, по-кошачьи, шагнул в сторону и одновременно вперед, поднял вертикально клинок и нанес сильный прямой удар в челюсть рукоятью и всей плоскостью меча в лицо. Так как магическая ткань не защищала скулы и лицо Хасана, то он со всей остротой ощутил сильный болевой шок.

В глазах Хасана померкло, но он все еще стоял на ногах. Секунд пять, пока магический заряд пытался уравновесить гаснущее сознание, но так и не смог этого сделать. Хасан плашмя рухнул на песок арены. Спаситель покинул его. Толпа замерла.

Стало слышно жужжание пчелы, случайно залетевшей на арену. Хват улыбнулся и с торжеством во взгляде посмотрел вверх на притихших зрителей, потер руки, резко повернулся и направился на свое место у стены цитадели. Вскоре туда подошел и Вандер.

– Держи свою железяку! – сказал он, протягивая турнирный меч. – Считай, что тренировка прошла успешно. Где мои призовые?

Хват отсчитал триста кусков и, добавив еще двести, отдал Вандеру.

– Не так уж и плохо? – проговорил тот, ссыпая заработанное в поясной мешочек. – А сколько ты себе оставил, если не секрет?

– Пятьсот. Ты ведь не будешь возражать? – ухмыльнулся Хват.

– Упаси Арий! Не в моих правилах завидовать чужому счастью.

…Вандер лежал на кровати, когда в дверь постучали. Он нехотя сел и крикнул:

– Не заперто!

Дверь скрипнула, на пороге появился Хват.

– Ты уж извини за позднее вторжение, но меня любопытство берет. Дай взглянуть на меч.

– Мог бы и до утра подождать, – беззлобно буркнул Вандер.

Хват промолчал. Вандер демонстративно не спеша встал с кровати, подошел к сундуку, открыл и с удивлением уставился в девственно пустой ящик. Меча не было.

Хват, увидев замешательство приятеля, приблизился к открытому сундуку и тоже заглянул в него.

– Где же меч? – спросил он.

– Вот и я смотрю! Клал сюда перед боем…

– Выходит, сперли, – констатировал факт пропажи невозмутимо Хват.

– Да уж. Но кому он понадобился?!

– По всей видимости, кому-то был нужнее. Или насолить хотели…

– Насолить?

– Кто знает, кому ты дорогу перешел? Во всяком случае, кража меча у нас считается серьезным преступлением. Просто так на это дело никто не пойдет. Тем более после того, что ты показал на арене. Надо найти вора! Чтоб другим неповадно было. Давненько у нас подобного не случалось… Пойду-ка схожу к Дионису, а ты поговори с рудокопами. Может быть, кто-то что-то и видел? Удачи! – проговорил Хват, повернулся и вышел из хижины.

Вандер вышел вслед за ним. Было темно, но жизнь в лагере еще не замерла. Горел костер. Возле огня сидели рудокопы: кто-то поджаривал нанизанный на палку кусок мяса, кто-то пил пиво. Но всех объединяло одно. С чего бы ни начинался разговор, он постепенно переходил на сегодняшний бой Вандера и Хасана.

Поискав глазами среди рудокопов и не найдя кого-то, Вандер направился вдоль улочки вверх в направлении кузницы.

– Гари здесь не появлялся? – спросил он у Звяги.

– Да крутился минуту назад – рассказывал о твоем бое с Хасаном…

– И?

– Посмотри выше.

Пройдя вверх и завернув за угол, Вандер увидел Гари. Тот стоял в окружении нескольких рудокопов и о чем-то беседовал.

– Гари! – позвал Вандер.

Гари оставил разговор и подошел к Вандеру. Рудокопы тоже направились за ним. Им очень хотелось быть поближе к сегодняшнему победителю арены.

– Вандер! Вандер! – наперебой восторженно загалдели они. – Как ты врезал…

– Постойте! – спокойно прервал их гомон Вандер. – У меня дело к Гари. Не могли ли вы немного помолчать?

Рудокопы замолкли. Гари вопросительно взглянул на Вандера.

– У меня меч украли, – сказал тот, глядя в глаза собеседнику. – Открыли сундук и забрали меч.

– Меч украли? У тебя? – Гари даже втянул шею в плечи от удивления. – Ненормальные. Хотя… думаю, знаю, чьи это проделки.

– И чьи же?

– Барвина.

– Это еще нужно доказать.

– Не переживай! – сказал кто-то из рудокопов. – Из-под купола никуда не денешься. Мы сейчас пойдем по лагерю, поспрашиваем. Может быть, кто что-нибудь да видел. Глядишь, и зацепка появится.

На том и порешили: поутру встретиться у хижины Вандера.

Когда все разошлись, Вандер постоял немного, полюбовался голубоватыми всполохами-молниями и решил наведаться к Дионису. Диониса на его излюбленном месте не оказалось. У разведенного костра сидели только двое охотников. На вопрос Вандера, где Дионис, они указали на стоящую рядом хижину. Дверь в хижину была не закрыта, и в образовавшуюся щель пробивался свет, узкой полоской лежал на дорожке.

Вандер из деликатности пару раз постучал кулаком о дощатую дверь и, не получив ответа, открыл ее, вошел в хижину.

Дионис ужинал. Возле него стояла тарелка с нарезанными кусками ветчины и ломтями хлеба. Рядом возвышалась темная бутылка вина, горела свеча, освещая стол и крупное лицо Диониса. Углы комнаты были погружены в полумрак. В одной руке Дионис держал увесистую кружку из обожженной глины, в другой – кусок ветчины. Он не торопясь откусывал ветчину и запивал вином. Заметив Вандера, Дионис взмахом кружки пригласил присоединиться, но тот покачал головой.

– Я не голоден. Я по делу.

Дионис дожевал очередную порцию, вытер рукой усы и только тогда произнес:

– Знаю твое дело. Мне Хват рассказал. И скажу так: не хотел бы я оказаться на месте того, кто это сделал. Особенно после того, что ты показал в драке с Хасаном! Прими мои поздравления! Хорош бой! Особенно концовка мне понравилась.

– Что-то я тебя не видел там.

– А зачем Диониса видеть? Он то тут, то там, – добродушно засмеялся великан, обнажая белые крупные зубы. – В этом весь Дионис, чтобы быть везде и чтобы его никто не видел.

– Ну, раз ты такой всеведущий, то случаем не знаешь, кто мой меч увел?

Дионис нахмурился, почесал макушку.