Кланы высшей школы - Михаил Беляев

Догадалась, что я догадался.

— Но ведь они могли им угрожать. Это эффективно, хоть и банально... даже плоско.

Я с улыбкой сжал ладонь. Ширасаги залилась краской, до скрипа стискивая зубы.

— Это запрещено правилами, — вставил Ватанабэ. — Они знают это. Ямада, что за фигню ты в руке елозишь? Достал уже.

— Кистевой эспандер, — не моргнув соврал я. — Врачи сказали разминать руку после перелома. Вот что забавно, нашёл я его в парке, на месте драки. Представляешь, кто-то уложил восемь здоровенных лбов из другой школы. Интересно, кто бы это мог быть?

— П-представления не имею, — пробормотала Ширасаги.

— Во дела. Если этот кто-то из Махо-кай, получается, он тоже нарушил правила? Может, его поищем?

— Не соскакивай с темы, Ямада, — подал голос здоровяк, а девчонка продолжила давление.

— Даже если ты всего лишь защищался, ты испортил имущество школы! К тому же использовал его как оружие, а это запрещено!

— Да здесь драки каждый день. И рядом с ущербом от них сломанный унитаз и швабра выглядят совсем маленькими... — мой взгляд уперся в Ширасаги, — я бы сказал, едва заметными потерями.

Бедняжка аж папку к груди прижала. Думаешь, закрылась от меня? То ли ещё будет.

— Насчет остального — я в тот момент не про оружие думал, а жизнь свою спасал. Урата угрожал мне убийством. Проверьте камеру в коридоре.

— Ширасаги, ты проверяла камеры — было?

Они с Ватанабэ переглянулись — потупившись, девушка кивнула.

— А в случае защиты жизни оружие оправдано. В правилах это есть, — добавил я.

— Хочешь сказать, они и про драку на улице мне врали? — упрямилась Ширасаги.

— Не врали, а скрыли ма-аленькие нюансы. Раздули пузырь на пустом месте, — я сжал ладонь, буравя взглядом её папку. — Создали видимость того, чего на самом деле нет.

— Ямада, ты...

— Спокойно, Ширасаги, — глава опустил лапищу на хрупкое плечо зама. — Это твои догадки, Ямада. Кодзиро тоже говорит, что они начали первыми, но он известный задира.

— Так спросите у нашей старосты, — я с улыбкой выложил ещё один козырь.

— Могами тоже была там? — девушка побледнела.

В дверь постучали, а я взглянул на часы — почти вовремя.

— Мы заняты! — рявкнул Ватанабэ, но дверь все равно открылась и внутрь влетела Могами.

— Господин глава!..

— Вот сама у неё и спроси, — перебил я с торжествующей улыбкой указывая на дверь. Сработало как часы!

Я знал, что честолюбивая староста не оставит это просто так. Сперва достанет Кодзиро, потом начнёт накручивать себя и быстро поймёт, за что меня взяли. А кто в классе больше всех хочет решать чужие проблемы?

— Юи, — Ширасаги обернулась. — Это правда, что ты была с Ямадой и Кодзиро, когда они подрались на улице со старшеклассниками?

Девушки буквально впились взглядами друг в друга.

— Была.

— Кто начал? — вклинился Ватанабэ.

— Второгодки. Они вдвоем начали лезть к Кодзиро.

— Но Кенджи сказал другое, — успокоившись, Ширасаги снова говорила холодно и сухо. — Ученики 1-С сговорились и напали на них.

— Ямада в тот день впервые появился в школе, когда бы он успел познакомиться с Кодзиро? — парировала староста. — Я была там и всё видела. Ещё до этого они приходили к нам в класс и сцепились с Кодзиро. А в тот день подловили его у магазина по пути в школу. Началась перепалка, и они втроем пошли в переулок, где второгодки начали его бить. Если бы Ямада не пришел на помощь, Кодзиро до сих пор бы лежал в больнице. А может и я тоже.

— Но они же знают правила, — растерянно заморгала Ширасаги. — Я не верю...

— Но это правда. Мне что, надо подтвердить свои слова семейной присягой, сестра?

Вот это поворот. Я покосился на Ватанабэ, он даже бровью не повёл. Всё знал заранее.

— Я... я верю тебе, Юи.

Она устало положила папку на стол — и зыркнула на меня.

Я подкинул силиконовую чашечку и поймал её на лету.

— Полагаю, я ответил на все ваши небольшие вопросы. И могу идти.

— Ступайте. Ширасаги, проводи их.

Возражений не было. Мы вышли из кабинета, а в коридоре как ни в чем ни бывало сидели твое из банды Ураты. Ждали результата, видимо.

Ширасаги тронула меня за локоть, заставив обернуться.

— Иди, но только посмей нарушить правила, наказание будет суровым. Я слежу за тобой, Ямада.

Шлепком по ладони она выбила из моей руки подкладку и, ловко её поймав, сунула в карман юбки.

— Это и к вам относится, ясно?

Второгодки энергично покивали, а мы со старостой поспешили уйти подальше. Хватит с меня этих разборок на сегодня.

***

Едва Ширасаги вышла из кабинета, Ватанабэ обернулся к второй двери. Внутрь вошел седой мужчина в костюме.

— Господин Эндо, — кивнул глава. — Вы увидели всё, что хотели?

— Не совсем. Но этот парень непрост. Передай Ширасаги, чтобы внимательно за ним следила.

— Он опасен для школы?

— Не думаю. Всё же он неодарённый, и любой мало-мальски сильный эспер остановит его без особого труда. Но что-то с ним не так. Понять бы, что.

— Может мне заняться им лично?

— Не стоит, Ванабэ, — улыбнулся он. — У тебя достаточно занятий с Студсоветом и соседними школами, чтобы распыляться по мелочам. Как идёт подготовка к летнему турниру?

— Основные группировки активно готовятся. Думаю, в этом году мы выставим больше людей, чем в прошлом, и вернём себе первенство.

— Работайте, Ватанабэ, — кивнул он. — До перемирия ещё есть время. Ребята должны быть готовы.

Господин Эндо вытащил из внутреннего кармана пачку сигарет, покрутил одну между пальцев — и хохотнул.

— Нет, ну каков наглец! Так ткнуть носом нашу Ширасаги!

***

— Значит, сестра.

Мы с Могами шли в столовую, я и не заметил, как просидел у кабинета два урока. И оголодал до безумия.

— Угу. Только не родная, а двоюродная, — негромко пояснила она. — Её семьи не стало, когда ей было всего пять. Отец забрал Рикку, теперь она живёт в нашем доме, — она улыбнулась. — Можно сказать, мы росли вместе.

— Представляю, какие драки вы устраиваете дома.

— Вообще-то мы хорошо ладим... Ладили раньше, пока я не переехала в школьное общежитие. Она тоже хотела, но не получилось.

В этом её "не получилось" прям сквозило "ей не дали".

— Отец не разрешил?

— Угу. Он у нас строгий, а Рикка его очень уважает. С самого детства он воспитывал нас одинаково, как родных сестёр. Но Рикка все равно чувствовала себя чужой, и старалась во всем ему угодить, как могла. Первая в спорте, лучшая ученица в