Пепельное небо - Александр Конторович

— Из полиции мы, Сергей Николаевич. — Старший из них продемонстрировал свое удостоверение. — Есть у нас к вам парочка вопросов.

— Ну, так в дверях и подождите, чего внутрь-то лезть?

А вот за каким хреном ко мне полиция приперлась? Из-за драки этой? Да ну, на фиг! Их и на что-то более серьезное по нескольку часов ждать приходится, а тут… У них то сокращения, то слияния — сам черт ногу сломит! Вот и работать некому, как они говорят.

Однако — вопрос! Что делать-то? В прежнее время вопрос бы и не встал — звонить дежурному, и без визита сюда офицера из службы собственной безопасности хрен бы они мне какие вопросы задали. Отставникам полагалось звонить куратору. Но, как на грех, мне так до сих пор и не сообщили — кто же им будет? Так что, кому звонить, я не знал.

Прихватив паспорт и мобильник, поворачиваюсь к визитерам.

— Вот что, ребята, я обязан позвонить.

— Кому?

— Дежурному по управлению.

— Вы же пенсионер?

— И что? Порядок такой.

— Не положено, — открывает рот младший визитер.

— Ну, так я никуда и не пойду!

— Силой доставим!

— Как бы, ребята, у вас обратный результат не вышел…

— Сопротивление сотрудникам полиции? — вежливо интересуется старший. — Оно вам надо, Сергей Николаевич?

— А конфликт с ФСБ вам нужен? На ровном месте, смею заметить!

— Звоните.

Набираю номер.

— Дежурный по управлению старший лейтенант Комаров!

— Добрый день, Витя. Это Рыжов звонит…

Кратко поясняю ему суть дела. Дежурный задумывается.

— Кому доложить-то?

— Начальнику управления, может быть?

— Э-э-э… ну нет, это невозможно… нет его.

— Так секретарю его сообщи, он уж найдет кому передать.

— И его тоже нет.

Что за чертовщина? Куда все делись?

— Ну, так Леонтьеву передай! Он дядька умный и опытный, сообразит, что делать.

— Добро! Сейчас, у телефона обожди!

Показываю трубку старшему визитеру и ехидно ему улыбаюсь. Он невозмутим.

— Рыжов? — оживает мобильник в моей руке. — Это полковник Леонтьев. Что там у вас?

Повторно пересказываю ему все происшедшее.

— Ну, и съездите с ними в отдел. Наш сотрудник подъедет туда.

И полковник кладет трубку.

Что-то я туго стал соображать… Это, интересно знать, как понимать прикажете? Сдать своего недавнего сотрудника полицейским? Да, я не действующий уже опер, но, черт возьми, совсем недавно, они ко мне и на пушечный выстрел не подошли бы!

Нет, что-то в нашем мире криво пошло…

Выхожу с полицейскими на площадку и спускаемся вниз.

На улице передо мною распахивают заднюю дверь «уазика». В «собачник» залезать? Увольте!

— Нет уж, ребята, в этот ящик я не полезу. Давайте уж, такси возьмем. Черт его знает, кого вы там раньше возили, еще подцепишь чего-нибудь…

Сержант с автоматом мрачнеет, но ничего не говорит. Зато открывает рот старший.

— Хорошо, садитесь на заднее сиденье. Как хотите, мы для вас лучше же сделать пытались. Так ведь тесно ехать будет…

— Ничего, потеснимся. В тесноте, да не в обиде.

Минут через двадцать мы остановились у отделения. Пройдя мимо дежурного и оставив там автоматчика, поднимаемся на второй этаж и заходим в один из кабинетов.

— Присаживайтесь, Сергей Николаевич, вон туда, — показывает рукою старший.

Сам он устраивается напротив.

— Паспорт ваш можно?

— Ради бога! В чем дело-то?

Вместо ответа он раскладывает на столе казенный бланк. «Протокол допроса». Хм… С чего бы это? Опер (это теперь абсолютно ясно) сноровисто заполняет бланк. Второй опер молча сидит у двери.

— Так… Имя, фамилия, проживает… угу… Ну что ж, Сергей Николаевич, приступим?

— Давайте уж нашего сотрудника дождемся, хорошо?

— Как хотите…

Он продолжает рассматривать свои бумаги, которые достает из толстой папки. Младший и вовсе не обращает на меня внимания. Что-то тут не так… если меня в чем-то подозревают, то вели бы себя иначе… Или это у меня паранойя такая?

В дверь постучали, и на пороге возник майор Хлебов. М-мать! Уж лучше бы никого и не присылали! Этого типа из оргинспекторского я на дух переносить не мог. Да и он испытывал ко мне похожие чувства. Как сотрудник, это был не то чтобы ноль, а скорее, отрицательная величина. Но вот мозг выносить своими придирками он умел! Да еще как!

— Здравствуйте… — с сомнением оглядывая комнату, произнес майор. — Где-то тут у вас… а! Вижу. Бывший майор Рыжов.

— Почему бывший? Отставной! — не согласился я.

— Да? Это что-то меняет?

С глаз долой — из сердца вон! Прямо-таки про нынешний момент сказано. Ох, и сказал бы я тебе…

— А вы, простите, кто будете? — вежливо спрашивает Хлебова старший.

— А вы?

— Капитан полиции Марков, Игорь Викторович. Старший оперуполномоченный. Удостоверение предъявить?

— Давайте… — Майор недрогнувшей рукой забирает документ и подносит его к глазам. — Да, все так. Прошу, вот мои документы.

— Майор Хлебов, Илья Иванович. Старший инспектор оргштатного отдела. Серьезно!

— А вы думали… — ворчит майор, пряча удостоверение в карман пиджака. — Что тут у вас?

— Гражданин Рыжов будет допрошен нами в связи с убийством.

— В каком качестве допрошен?

— Свидетеля. У вас возражения есть?

— Допрос касается только этого дела? Какой временной период вас интересует?

— Последняя неделя.

— И все?

— Да, других вопросов у нас нет.

— Обстоятельства, связанные с последним местом работы Рыжова?

— Нам совершенно неинтересны.

— Угу! Ну, что ж… не возражаю. Работайте, капитан, — майор приподнимется со стула.

— Простите, господин майор, а как вы сами охарактеризовали бы вашего сотрудника?

— Не нашего, капитан. Уже не нашего. Самоуверен, вспыльчив. Склонен к нарушениям правил внутреннего распорядка. Служебную дисциплину не соблюдает, за что был неоднократно предупрежден. (Аукнулись мне фокусы с тетрадями…) Что еще? Скрытен, малообщителен. Ну… вот и все, пожалуй…

— Спасибо, Илья Иванович, вы нам очень помогли. До свидания.

— Э-э-э, обождите, господин майор! — вскакиваю я с места. — Вы что, так и уйдете?