Полуночная ведьма - Марго Арнелл

– Морриган… – Клэнси отступал к стене под ее прожигающим взглядом, глаза его бегали из стороны в сторону. – Я правда ничем не могу тебе помочь.

Она подлетела к нему, схватила за шею и прижала к стене. Приблизив лицо к его лицу, прошипела:

– Полгода назад я могла сдать вас Трибуналу и потратить заработанное на новую красную помаду, но не сделала этого. Только благодаря мне вы не оказались в тюрьме, а ваша жена – на улице, с маленьким ребенком на руках. На вашем месте я не стала бы давать мне повод пожалеть о моем решении… и передумать. Я все еще охотница, а в вашем доме целая гуща тэны и безделушки, зачарованные запрещенной магией. Мне нужен человек, который проведет меня в Пропасть, и вы мне его найдете!

Ослабив хватку, Морриган отступила на шаг. Из комнаты вышла изможденная светловолосая женщина, сжимающая в руке револьвер. Страшно представить, сколько денег Келли за него отдала. Вероятно, Окраины оставались одним из самых опасных кварталов во всем Кенгьюбери, раз последние деньги Клэнси потратили на столь дорогую игрушку.

– Что происходит? – звенящим от напряжения голосом произнесла Келли.

– Просто разговор старых знакомых, – хладнокровно отозвалась Морриган.

Клэнси молчал, потирая шею со следами чужих пальцев.

– Райан, что эта девчонка хочет от тебя? – требовательно спросила Келли.

Рука ее, наведенная на незваную гостью, ни разу не дрогнула. Морриган даже на миг восхитилась силой духа этой хрупкой с виду женщины.

– Милая, это Морриган Блэр, вольная охотница. Я рассказывал те…

– Я помню.

– Она хочет, чтобы я нашел человека, который проведет ее в Пропасть.

– Долги нужно возвращать, – спокойно сказала Келли, опуская револьвер.

– Но я понятия не имею…

– Дэмьен Чейз.

С лица Клэнси сошли все краски. Он испуганно переводил взгляд с жены на охотницу и обратно.

– Милая, я едва рассчитался с ним за тот раз!

– Вы, я смотрю, многим задолжали? – хмыкнула Морриган.

Келли остановила на ней холодный взгляд.

– Можно поспорить насчет того, насколько позволительно заявляться в мой дом, пугать мою дочь и душить моего мужа…

– Я его не душила.

– …но мы действительно тебе обязаны. – Она повернулась к мужу. – С Дэмьеном мы как-нибудь разберемся. Вызови его.

– Хорошо. – Клэнси устало прикрыл глаза. – Я устрою тебе встречу с Дэмьеном – он отступник и, по слухам, живет в самой Пропасти. Но я не уверен, что он согласится отвести тебя туда.

– Это уже мои проблемы, – пожала плечами Морриган.

– Я найду его, но на это может потребоваться время, – торопливо сказал Клэнси. Добавил, заметив ее недовольство: – Клянусь, я не сбегу. Нам… нам просто некуда бежать.

Выбора у Морриган не было. Назвав адрес Клио, она сухо попрощалась с супругами. Развернулась, чтобы уйти, и едва не налетела на девочку лет шести, которая вышла из спальни. Светлые волосы, серые глаза, миловидное личико – вся в маму. В глаза бросалась ее худоба и нездоровая бледность кожи. Украдкой глянув через осколок, Морриган рассмотрела на груди Эвелин темное плетение чар. Не владеющим магией истины его ни за что не заметить.

Простая душница – легкое проклятие, вызывающее слабость и удушающий кашель. Похоже на работу кладбищенских ведьм. Наверняка проделки недоброжелателей или конкурентов Клэнси. Призвав толику рассветной силы, Морриган нарисовала в воздухе трискелион^[8] – кельтский знак очищения и защиты от полуночной магии – и послала его в сторону Эвелин. Искорки осели на ее волосах. Проникнув сквозь кожу, они со временем очистят кровь и избавят малышку от проклятия.

Куда эффективнее расплести полуночные чары, и Морриган, хорошо знакомая с плетением, знала, за какую ниточку потянуть. Однако чужие нити жизни или же проклятия ускользали из ее пальцев.

Родители девочки, к которым Морриган стояла спиной, ее манипуляций не заметили.

– Эвелин, иди к себе!

Испугавшись тону матери, та скрылась за дверью.

– Дэмьен найдет тебя сам. Больше никогда сюда не приходи, – ледяным тоном сказала Келли.

Помедлив, Морриган перешагнула порог. Дверь тут же захлопнулась, замок закрыли на три оборота и, кажется, еще накинули сверху цепочку. Нелегко приходилось тем, кого не защищала магия.

К счастью, Морриган не из их числа. И слава Дану.