Штрафбат магического мира - Дмитрий Морозов

— Блин! Это круг дьявола! Из него же портал нельзя построить! — Ладар рванул бегом, на ходу прокладывая тропинку холода через огненный забор, состоящий, согласно легенде, из адского пламени. А может быть, и не только легенде: ведь из ада ещё ни один маг не возвращался! Теоретически он знал, что нужно делать — вот только катастрофически не хватало опыта и сил. Слабенькая гать, призванная лишь немного раздвинуть языки пламени, трещала от огня, шансов уцелеть было немного. Однако Марго рискнула — горящий ком выкатился из огненного круга. Поставленная ею защита лопнула практически мгновенно, и лишь скорость и ледяная тропинка дали возможность девушке остаться в живых. Впрочем, помочь ей уже не могла: едва Ладар сбил девушку с ног и начал катать по земле, сбивая пламя, как она, неудачно извернувшись, ударилась головой о выступавший камень и потеряла сознание.

Торопливо подхватив Марго на руки, Рикс помчался к метателям.

— Ну как она? Сможет активировать… — Присмотревшись, Хагир махнул рукой. — В отключке, и надолго. Может, это и к лучшему: маг ронхарцев явно использовал её сознание как маяк для своих заклинаний, теперь он хоть не сможет наводить свои «пушки». Так, у нас есть ещё пара минут — берём метатели и бросаем с противоположной стороны склона! Этим мы выиграем немного времени.

— Нет, сержант! Там тоже солнечники. Единственный наш шанс — активировать метатели!

— Даже если огонь не зароется в землю — кто будет стрелять?

Ладар, не отвечая, аккуратно положил Марго возле батареи и внимательно посмотрел в сторону наступавших ронхарцев. Уверенные, что на стороне противника не осталось активных магов, они побросали свои зачарованные щиты, погасили луки и стали взбираться по склону гораздо быстрее. Лунный свет уже отбрасывал блики с их обнажённого оружия — две-три минуты, и они будут здесь.

Рикс аккуратно взял руку девушки в свою. Тонкий камень на запястье — ключ для первого защитного слоя. Мысленно продублировав его энергетический узор на всех метателях, до которых смог дотянуться, он вскрыл первую из защит — и сорвал её. Теперь — последовательность. Закрыть глаза… Замереть, практически остановив биение сердца и вспомнить торопливую чечётку пальцев… Есть! Вторая защита растворилась в ночи следом за первой, осталась одна — самая сложная. На ней не оказалось узловых точек, к которым нужно было прикоснуться рукой или артефактом, не было внешних связей, позволяющих управлять ею хоть как-нибудь — плотный, непроницаемый энергетический узор, замкнутый на себе, без каких-либо слабых мест. Вскрыть такой невозможно! Но если все эти великовозрастные недоучки так легко сквозь него проходили, значит…

Ладар торопливо взял руку Марго в свою. Внимательно изучая энергетический контур запястья, выискивая малейшую неточность, отклонение от нормы. Всё было нормально — как и у всех прочих людей.

— Рикс, мать твою! Хватит сидеть с отрешённым видом! Если ты можешь что-то сделать — делай это, или мы все сейчас без толку погибнем. Если у тебя есть силы — действуй!

Ладар поднял на сержанта просветлевшие глаза.

— Хагир, ты гений! Все эти недоучки проходили сквозь последнюю защиту просто потому, что обладали необходимой для этого энергией!

Он протянул руку в сторону метателей — царственно небрежно, мысленно проникая сквозь последний редут их защиты, находя запал и активируя его — и вслед за мыслью понеслась волна энергии! Залп!

Огненный ливень смёл волну атакующих, когда они уже были в двадцати шагах. Большая часть элитного отряда ронхарской армии, вместе с опытным магом, не удержавшим одновременный залп более десятка метателей с близкого расстояния, перестала существовать.

— Виват! — Молодой новобранец выскочил вперёд, радостно крича, и тут же обратился в пламя — огненная стрела ясно показала, что не все «солнечные» шли кучей.

— Рикс! Ты как?

Ладар посмотрел на собственные ладони. Кожа на них потемнела и слегка подрагивала.

— Пуст. Сейчас я не в состоянии поджечь и крылья у бабочки.

Сержант довольно кивнул, обнажая клинок.

— Значит, всё решит честная сталь, как оно, собственно, и должно быть. — В его голосе промелькнуло удовлетворение. — Их осталось не так много, мы можем справиться. Если сумеешь поднять нож — встань, сейчас каждый клинок будет на вес золота. Если нет… всё равно встань, не годится умирать сидя.

А затем появились ронхарцы. Яркие плащи, расшитые золотом, мелькнули словно падающие листья и оплели ближайших солдат.

Они умерли мгновенно, не успев понять, что происходит. Это была красивая и лёгкая смерть.

Что-то хрипло закричал Хагир, и зазвенели клинки. Ладар с трудом поднялся, доставая нож. Прямо перед ним дрались и умирали люди. Солнечные были искусными воинами, но их оставалось слишком мало, даже было непонятно, как они собираются вывозить метатели с лагеря такими силами. «Скорее всего, их ведёт клятва — такая же нерушимая и нелепая, как та, что пульсирует сейчас у меня в плече, заставляя броситься в бой», — мысль была сложной и длинной, и додумать её Ладар не успел — прямо перед ним возник солнечник. Три взмаха потребовалось ему, чтобы три новобранца, кинувшиеся на него с поднятыми ножами, упали в пыль бесформенными грудами, заливая всё кровью — его меч одинаково легко резал одежду, металл и… пил пролитую кровь. Он приостановился, переводя дыхание, и Ладар шагнул ему навстречу, поднимая подаренный нож. По губам ронхарца скользнула улыбка.

— Крестьянин, тебе стоило самому перерезать себе горло. Итог был бы тот же, но тебе не пришлось бы страдать от прикосновений тёмных клинков!

Ладар вздрогнул. И мысленно поблагодарил учителя, заставившего его выучить ронхарский. Он едва не проиграл бой ещё до его начала.

Резко прыгнув вправо, новобранец стал метать ножи — с ног, с пояса, с плеч — мечник, лишь немного изогнувшись, ловко отбил их все, так и не достав второго клинка.

— Ты ловок. Однако у тебя остался лишь твой ковыряльник. Думаешь, он выдержит мой удар? — Ронхарец рассмеялся, но его лезвие лишь полоснуло воздух — крестьянин оказался на удивление ловким. После второго или третьего удара мечник начал закипать: время поджимало, а настырный юнец раз за разом, изворачиваясь и убегая, уходил из-под его клинка, продолжая вертеться поблизости. Он взорвался серией ударов, полосуя воздух, и наконец попал! Нож — переросток, разрубленный пополам, упал на траву, а парень — на спину, сжимая одной рукой другую, явно покалеченную. Расхохотавшись, солнечник встал поудобнее, поднимая меч для мощного удара, способного развалить рассердившего его юнца пополам, и застыл, нелепо схватившись за засевший в шее метательный нож.

— Это не по правилам! Это воровской приём! — Тускнеющими глазами он смотрел на парня, торопливо размотавшего кожаный ремешок, крепивший метательный нож к запястью, и осторожно, петлёй ремешка вытащивший второй из его мечей, так и не успевший покинуть ножны и теперь аккуратно обматывающий его тканью.

— А по правилам было тёмными клинками полосовать новобранцев, увеличивая собственную мощь за счёт чужих жизней?