Сэр Бэзил. Задача – умереть - Джон Бирд

– Вот глупый! – воскликнула она, глядя на Гугла, подлетела повыше, кувыркнулась в воздухе и исчезла внутри лавки. Я усмехнулся и глянул на гнома.

– Я просто точно выполняю указания, – пробурчал гном слегка обиженно – и, кажется, это был первый раз, когда в его голосе я услышал хоть какую-то эмоцию.

⁂

Трильо полностью подтверждал теорию: «Чем больше город, тем хуже с преступностью». В отличие от маленьких, аккуратных эльфийских городков, в которых мы останавливались до сих пор, Трильо не вызывал ощущение рая на земле. Это был первый город, где люди жили не вперемешку с эльфами, а в отдельном гетто – и районы вокруг него явно считались неблагополучными. Мы пришли поздним вечером, и идти по темным улицам становилось все неуютнее. Дошло до того, что я вытащил меч из ножен – это, кажется, отпугнуло несколько головорезов на нашем пути. Гугл несколько раз предлагал свернуть в сторону богатых эльфийских кварталов, но я почему-то уперся. Может, мне просто было тоскливо на душе и хотелось приключений. А может, это на самом деле было предчувствием.

Так или иначе, в первую ночь ничего интересного с нами не произошло. Я снял дешевую комнатку в трактире, на самом чердаке, и на удивление хорошо выспался. В этом мире я никогда не видел снов – ни кошмарных, ни приятных, но на этот раз проснулся с ощущением, какое бывает обычно после хорошего сна. Гугл уже наметил маршрут на сегодня – и в отличном настроении, не омраченном даже скудным трактирным завтраком, я последовал за гномом.

Это было интересным опытом. Сегодня говорил, в основном, Гугл – он лучше знал, как и о чем расспрашивать своих сородичей, а я слушал их разговоры – неторопливые, размеренные, совершенно не свойственные современным людям моего мира. Гномы вспоминали общих знакомых, родную страну, говорили об оружейном и кузнечном деле так, что хотелось порой бросить все и рвануть в Кордуол, стать гномом…

«Нет уж, – прервал я собственный поток мыслей, – еще раз менять расу я не стану. Тем более что для этого придется, по-видимому, отрезать себе ноги».

Однако беседы Гугла с гномами, хотя и на редкость увлекательные, ни к чему не привели. Оружейники, как один, качали головой и говорили, что о местонахождении легендарного Шлема им ничего не известно. Меня удивляло, что такой явно могущественный магический артефакт не имеет имени, и, в конце концов, спросил у Гугла об этом.

– У Шлема должно быть имя, – невозмутимо ответил тот. – Но его никто не знает.

Я с недоумением уставился на него.

– Это как? Забыли?

– Нет. Просто настоящее имя Шлему может дать только настоящий Герой. Тогда Шлем обретет свою полную магическую силу.

«Nomen est omen[3] в действии», – подумал я.

Поскольку гномы ничего рассказать не смогли, я решил, что на следующий день мы пойдем к эльфийским мастерам.

– Рискованное предприятие, – констатировал Гугл.

– Расскажи мне еще, чем именно я рискую, – хмыкнул я.

– Пожизненным тюремным заключением, – предположил Гугл как будто между делом. Я уставился на него.

– Что?!

– Это не точно, – тут же добавил гном. – Но вероятно.

– И насколько вероятно? – нахмурился я. Перспектива провести вечность в местной тюрьме – а именно столько составил бы мой срок – меня совсем не привлекала. И хотя я подозревал, что рано или поздно смогу сбежать, такое приключение я пока что точно мог пропустить.

– Не знаю, – пожал плечами гном. – Сложно посчитать. Но эльфы обычно скоры на расправу, если чем-то недовольны.

– Расправа подразумевает убийство, разве нет?

– Или дешевую рабочую силу, – возразил гном.

– Но за что вообще меня могут посадить?

– Сэр Бэзил, одной истории про ваши уши достаточно.

– Ее никто не знает.

– Постарайтесь, чтобы и не узнали, – назидательно велел гном. Я фыркнул, хотя и не собирался поступать по-другому.

В общем-то, приключения можно было найти и более простым способом.

⁂

Вечером, когда стемнело, я решил выйти прогуляться. Гугл прочитал мне обширную лекцию на тему преступности в нашем районе и уровня смертности, в том числе от рук убийц и разбойников. Я выразительно посмотрел на гнома.

– Идете улучшать показатели? – догадался Гугл. Я рассмеялся и вышел на улицу.

Статистика дала о себе знать через три квартала, у самой границы человеческого гетто. Проявила она себя женскими криками – скорее злыми, чем испуганными – мужской руганью и, неожиданно, звоном колокольчиков.

– Твою мать, – пробормотал я и побежал на звук.

Наверное, если бы их было не трое, а даже двое, Катя бы от них отбилась – ее ярости хватило бы на пару валькирий. Но мужики имели большое преимущество в весе и количестве рук, а истерично порхающая вокруг Сири держалась на приличном расстоянии, не особо стремясь защитить хозяйку. Впрочем, это меня не сильно удивило. Во всех наших стычках Гугл тоже проявлял завидную осторожность и бесследно исчезал с поля боя до самого его завершения.

Я подошел в тот момент, когда двое смогли как следует скрутить Катю, а третий собирался разорвать ее куртку – хотя, на мой взгляд, рвать там было уже нечего. Я не стал их окликать и бросаться пафосными или остроумными фразочками. Первого, стоявшего перед Катей, я коротко резанул по шее. Не останавливаясь, полоснул по рукам второго, а третьего ударил в живот и потом, когда он выпустил Катю, удачно раскрывшись – в подмышку. Все трое упали на землю почти одновременно. Сири совсем не мелодично взвизгнула и взмыла куда-то за крыши домов. Катя тяжело дышала, глядя на меня в упор.

Я пнул того, который получил по рукам, но он не подавал признаков жизни, хотя умереть от такого не должен был.

– Ты убил их, – прохрипела Катя. Ее лицо белело в полумраке.

– Не всех, – возразил я. – Этот живой, по идее.

Катя глухо охнула.

– Ты в порядке? – спросил я, проверяя, не пострадала ли ее одежда. Но декольте и разрез юбки выглядели, как изначальное портновское решение.

– Зачем ты их убил?! – прошипела Катя.

– О, прошу прощения, – съязвил я. – Надо было оставить все как есть? Прости. Не хотел портить тебе удовольствие. Но в следующий раз, когда захочешь быть изнасилованной, зови меня. Я хотя бы гарантированно оставлю в живых. Или ты хотела таким изощренным способом вернуться в свой мир?

– Они бы тоже оставили в живых, – глухо сказала Катя.

Я поднял брови, осознал, что меч все еще у меня руке, вытер клинок об штанину и убрал в ножны.

Катя поморщилась.

– Я попробовала… Вернуться. Ничего не получилось. Все, как ты рассказывал. Поэтому я узнала, по какой дороге пошли вы с гномом,