Цветение - Лина Чаплина

В оранжерее оказалось пусто. Лишь вернувшиеся альрауны сидели на мандрагоре и георгинах, весело болтая длинными ножками. Суви села на скамейку и вздохнула, призвав Тару.

— Не помогает? — зазвучал голос Тару в голове у Суви.

— Это книга о другом, она учит ши колдовать.

Тару скептически покачала головой.

— Это больше, чем розы, плющ и ветки с плодами, — Не отрывая взгляд от книги, Суви направила руку на одного из альраунов. Суви медленно повернула запястье. Ее пальцы задрожали и стали тяжелыми, словно превращаясь в камни. Но Суви продолжила. — Альрауны, это семена зачарованных цветов, которые развились неправильно и стали сорняками, так?

Тару удовлетворительно кивнула.

Тару прыгнула к своей ведьме и сосредоточилась на ней. Суви стало намного легче, дрожь прекратилась. Суви сделала так, как учил профессор Моен, старательно представила, что хочет сделать. Желание загорелось внутри Суви и Тару, вырвавшись из глаз фамильяра белым светом. Суви просила каждую клеточку его тела принять родную форму, взывала к природе маленького существа. Альраун стал покрываться фиолетовыми цветочками. Коричневое тельце побелело.

Суви слышала, как это существо благодарит ее. Слышала где-то внутри своего сердца.

— Для начала очень даже, — Тару взволнованно взглянула на Суви, — убьешь его?

От мысли, что Тару могла такое подумать, Суви чуть не потеряла контроль. Она бросила на фамильяра недовольный взгляд и продолжила.

— Ему не больно, я обращаю процесс.

Мордочка альрауна стала разглаживаться, приобретая приятные черты, лишаясь нарывов и трещин. Золотистые глаза с изумлением смотрели на ведьму. Суви со вздохом уронила руку.

— На всех меня не хватит! Может, пятерых обращу.

— И не нужно, — Тару указала на убегающих альраунов, не понимающих, что происходит, — чувствую, они долго не вернуться.

Суви облокотилась на спинку скамейки. Тару забралась к ней на ноги и начала греть. Тепло фамильяра уняло пульсирующую боль в руке.

— Я не смогла изменить всех.

— Ты справилась. — Поправила ее Тару, мягко боднув лоб, — из всех моих чародеев ты лучшая. Никто бы так не смог.

— Я не решилась использовать только магию ши, — стыдливо сказала Суви.

— Но ведь использовала ее, — напомнила Тару.

Суви погладила Тару по бархатной шерстке. Она не знала, сколько так просидела, пока не услышала шум. Профессор Ланская стояла рядом с бывшим альрауном и не сводила с него ошарашенный взгляд. У ног профессора валялись инструменты.

Профессор Ланская, не отворачиваясь, спросила:

— Ты знаешь, что произошло?

— Он просто превратился, — пожала плечами Суви.

— А фамильяр тебе зачем? — прищурилась профессор Ланская.

— Практиковала заклинание, — уклончиво ответила Суви и быстро вышла из оранжереи в декабрьский мороз, пока профессор готовилась задать еще один вопрос.

Обрадовавшись новому достижению, Суви побежала в библиотеку, чтобы найти Адама. Но его нигде не было. Тут она услышала разговор его одногруппников:

— Вечно ты все пропускаешь. Профессор Моен попросил вызвать фамильяра, а этот волчонок снова не смог. Понятно, оборотни не достойны таких защитников!

— Куда ему, как только директор принял такого? У нас же элитная Академия!

— Ему больно, видно, что больно, — вмешалась Рамуне. — он старался, а вы так!

Но в ответ раздался только смешок.

— Да ты сама не лучше, разве что колдовать умеешь!

Суви создала плющ, поползший к ногам разговаривавших. Но тут рядом с Суви раздался небольшой хлопок. Записка чуть подгорела, но слова оставались видны.

Суви нашла Адама в пустом кабинете профессора Хьюз.

Суви заметила руки Адама, покрытые не только мелкими шрамами и ссадинами, но и засохшей краской. Адам криво усмехнулся. Он выглядел уставшим и разбитым, от чего показался Суви еще более красивым. В его аристократичных чертах появлялось нечто хрупкое, еле заметное.

— Я частый гость в лазарете. Зелья с трудом варятся, чаще взрываются. Чары хотят разорвать меня изнутри, но взрывают все вокруг.

— Я слышала разговор…

— О том, что я неудачник без фамильяра?

— У всех есть дух-защитник, — мягко напомнила Суви, — раз у тебя есть магия, значит, есть и фамильяр.

— А зачем он нужен, когда его невозможно вызвать? Зачем мне магия, когда мое тело отвергает ее? Даже книги помогают только тебе…

— Просто мы еще не нашли нужных.

Адам поднял голову и протяжно завыл, прорывая когтями поверхность парты. Его вой разносился дикой мелодией по кабинету, выходя за его пределы. Когда Адам прекратил выть, Суви взяла его за руку и молча повела за собой.

Суви и Адам вышли на улицу лес был окутан белым снегом. Снежинки мерно падали на играющих учеников. Все с красными лицами, они бегали по тропинкам, падали в сугробы, перепрыгивали через них, уже и не помня, зачем предки делали это, кидали друг в друга снежки.

Снег и небо сверкали серебристой белизной, казались мягкими и воздушными, словно наполненными легкостью тумана. Как на картинах Сурикова.

Суви привела Адама в загон, где среди виверн и других разрешенных животных жил грифон. Обычно в это время тут работал Давид, он помогал профессору Блэр заботиться о вивернах. Но сегодня он ушел раньше. Гилл тут же подлетел к Суви и уткнулся клювом в ее руку.

— Знакомься, это Гилл, один из удачных экспериментов алхимиков. Лучше Философского Камня и Эликсира Бессмертия.

— Нам его тоже показывали. К чему это?

Суви запустила пальцы в перья Гилла и перешла на шепот:

— Гилл как большой успокаивающий пес. Профессор Блэр говорила, что их используют для терапии в больницах чародеев в Англии.

В доказательство Гилл завилял хвостом.

— И мне можно погладить? Не испугается волка?

Гилл прыгнул на Адама и, прижав к земле, уселся на нем, радостно размахивая крыльями. Суви засмеялась.

— Кажется, ему нравится твоя сущность. Поэтому он очень хочет с тобой поиграть!

Виверны с интересом наблюдали за ними.

Проведя время с Гиллом, Адам заметил, что улыбается, да и дышать легче. С его лица не сходила улыбка, и Суви не смогла сдержать свою. Выходя, Адам и Суви услышали голоса.