Хроники песчаного моря - Мойра Янг

Правильно Марси говорила, что легче идти по ночам. Но останавливаться нельзя.

Пока не вызволю Лу, передышки себе не дам.

Мы идем дальше.

* * *

Полдень.

Похоже, пора сделать привал. Вдруг позади меня раздается глухой стук. Эмми лежит на земле. Нудд обнюхивает ее и тихонько фыркает.

Я бегу назад. Смотрю на нее. Голова как в тумане. Очень долго я не могу сообразить, что делать. Вода. Эмми нужна вода.

Опускаюсь на колени, приподнимаю сестренку, подношу к ее губам бурдюк. Заливаю ей в рот тонкую струйку воды. Эмми стонет и отворачивается.

— Ну попей, — упрашиваю я. Хлопаю ее по щеке. — Эмми! Очнись!

Снова прикладываю бурдюк ей к губам. Вода стекает по ее подбородку. Внезапно Эмми приходит в себя, хватает бурдюк и пытается сделать глоток. Я отдергиваю горлышко. Вода проливается на землю. Высохшая земля быстро впитывает влагу.

— Черт побери, Эм! — злюсь я. — Смотри, что ты наделала!

Она осоловело смотрит на меня.

— Пей по глоточку, — объясняю я. — Иначе живот скрутит.

Она медленно, осторожно утоляет жажду и приходит в себя. Я даю попить Нерону, потом наливаю воду в жестяную плошку, подставляю ее Нудду. Он в два глотка осушает ее, вылизывает розовым языком.

Я ощупываю бурдюк. Радоваться нечему. Воды осталось всего ничего. Половина бурдюка. Делаю малюсенький глоточек и вешаю бурдюк на плечо.

Эмми сидит. Смотрит на меня. Голубые глаза сверкают на запыленном лице. И как это я раньше не замечала? У нее глаза совсем как у Лу.

— Прости меня, Саба, — говорит она.

— Ничего страшного, — отмахиваюсь я. — Пора делать привал.

* * *

Усаживаю Эмми в седло. Мы отправляемся путь.

В глаза летит песок. Я надвигаю шиму на лоб.

— Ветер усиливается, — говорю я. — Надо быть осторожнее.

Собираюсь поправить шиму Эмми, но сестра меня останавливает.

— Что это? — спрашивает она.

— Где? — недоумеваю я.

— Там, — говорит она. — Впереди.

Примерно в лиге от нас в нашу сторону движется столб пыли.

— Что это? — повторяет Эмми. — Пыльная буря? Я прищуриваюсь, вглядываясь в даль.

— Не знаю, — отвечаю я. — Далеко, в пыли не разберешь… Погоди-ка.

— Что? — волнуется Эмми.

— Похоже на парус, — недоверчиво говорю я.

— Как на лодке? — уточняет сестренка. — Такой, как сделал Лу?

— Ага, — киваю я.

— Так ведь лодки плавают по воде, а не ездят по земле.

На миг пыль рассеивается.

— А эта ездит, — говорю я.

* * *

Это и в самом деле лодка. Вернее, больше смахивает на плот. Деревянный помост на больших колесах. Возле мачты построена хижина. Лоскутный парус надувается под ветром. Лодка движется к нам.

Должно быть, нас заметили. Я осматриваюсь. Спрятаться негде. Ни холмика, ни валуна. Кругом плоская, как стол, равнина.

Я снимаю лук со спины. Отдаю бурдюк Эмми.

— Слушай меня внимательно, — приказываю я. — Если прикажу уходить, ты уйдешь. Без вопросов и выкрутасов. Разворачивай Нудда и скачи отсюда. Он дорогу домой знает, тебя прямо к Марси привезет. И воду отыщет. Если Нудд пьет, то и тебе можно. Поняла?

— Да, — покорно кивает Эмми.

— Вот и славно, — говорю я. — Поклянись, что сделаешь, как велено.

Она медлит. Я хватаю ее за руку, смотрю в глаза.

— Поклянись жизнью Ма и Па, — требую я. — Если скажу тебе уходить, ты уйдешь.

— Клянусь, — говорит Эмми.

Я прикладываю стрелу к тетиве. Сердце бешено колотится в груди, колени дрожат, дышать трудно.

Сухопутная лодка несется к нам по равнине. Впереди кто-то изо всех сил налегает на громадную палку.

Я целюсь.

Слышу крик. Лодка приближается.

— Опустить парус! Опустить парус! — кричит кто-то.

Порыв ветра отрывает верхнюю часть лоскутного паруса и уносит ее вдаль. Остатки падают на палубу.

Лодка, накреняясь то в одну, то в другую сторону, стремительно несется по кочкам.

— Якорь! — слышен голос. — Бросай якорь!

Из лодки вылетает кусок железа, привязанный к длинной веревке. Похоже на громадный рыболовный крюк. Он ударяется о землю и тащится позади, поднимая облака пыли.

Лодка не останавливается.

— Поберегись! — кричит кто-то.

Раздается ужасный скрип. Заднее колесо отламывается, подпрыгивает и катится дальше. Лодка запрокидывается назад, с грохотом ударяется о землю и складывается пополам. Ее заносит. Пыль покрывает все кругом.

Я не схожу с места, держа лодку под прицелом.

— Саба! — вопит Эмми. — Ты что! Очнись!

Я хватаю поводья Нудда и отскакиваю в сторону. Нерон встревоженно улетает.

Лодка со скрежетом останавливается. Как раз там, где мы только что стояли.

Воцаряется тишина. Потом раздается громкий скрип. Лодка накреняется вперед. Все стихает.

— Аварийная остановка оставляет желать лучшего, — раздается голос.

* * *

Хлипкий старикашка цепляется за мачту, словно ящерица за пенек.

— Молчи и не встревай, — шепчу я Эмми. — Я с ним разберусь.

— Доброго дня! — кричит старикан. — Я… Позвольте мне…

Он лезет в карман своей куртки.

— Не двигаться! — кричу я и подбегаю к лодке. Целюсь ему между глаз. — Руки вверх!

— Подождите! — говорит он. — Мы пришли с миром! Мы не желаем зла!

— Отпусти мачту! — велю я и делаю два шага вперед. — Руки подними!

— У нас нечего брать, мой грозный друг! — заявляет он.

— У вас? Кто еще с тобой? — спрашиваю я. — Ну-ка пусть выходят!

— Что вы, здесь нет никого, кроме меня, — оправдывается старик. — Я оговорился. От волнения.

Я выпускаю стрелу. Она попадает в мачту точно над макушкой старикана. Он испуганно ойкает.

— Миз Пинч! — зовет он.

Из остатков паруса высовывается женская голова.

— Покинь свое гнездышко, голубка моя, — воркует старикан. — С тобой хочет познакомиться прелестная девушка.

Из груды тряпья встает седовласая великанша и глядит на меня. У нее длинное лицо, как у лошади. Кожа покрыта воспаленными красными оспинами.

— Дурак ты, Рустер, — говорит она.

— Руки вверх! — повторяю я.