Мама для дракончика - Рина Вергина

Весь день мы ухаживали за Крисом.

Я меняла компрессы, Лейстер поддерживал сына, когда тот пил горький эликсир. Мири не отходила ни на шаг. Она села на край кровати, гладила Криса по светлым волосам и тихонько пела колыбельную, которую мы часто пели в приюте. Её тоненький голосок звучал так нежно, что у меня на глаза наворачивались слёзы.

Поздно вечером, когда я уложила Мири спать, а Крис перестал метаться от жара, я шепнула Лейстеру:

— Спасибо за куклу. Мири о такой всегда мечтала.

— Я рад, что ей нравится, — ответил он. — Признаться, никогда раньше не доводилось покупать кукол.

— У вас отлично получилось, — я прикрыла ладонью рот, едва сдерживая зевок.

— Идите спать, Жози, — тут же сказал Лейстер. — Вы уже едва на ногах держитесь. Я посижу с ним.

— И вам нужен отдых.

— Дракон может пробудиться в любую минуту. И лучше, если у постели Криса буду я. А вам я приказываю — идите спать.

Приказывает он…

— Нет уж, — я упрямо поджала губы. — Я останусь. Подремлю на кресле в углу. Если что-то понадобится — зовите.

Лейстер промолчал, хотя я заметила, как слегка дёрнулись в улыбке уголки его губ.

Я забралась в удобное кресло в углу комнаты, откуда мне было хорошо видно кровать и Лейстера, сидящего на стуле ко мне в полоборота. Незаметно для себя задремала и проснулась уже под утро.

Лейстер всё ещё сидел у кровати. Выглядел он усталым — с тёмными тенями под глазами. Я тихонько подошла и тронула его за плечо.

— Давайте я вас сменю.

— Нет, — покачал он головой. — Я и так слишком мало времени провожу с ним. Пусть хоть сейчас…

Я села рядом на стул. Некоторое время мы молчали. Потом Лейстер заговорил, почти шёпотом:

— Когда у меня самого пробуждался дракон, со мной сидела бабушка. Леди Аделаида. Она не отходила ни на шаг. Рассказывала истории, держала за руку, когда было особенно тяжело.

— Наверное, она у вас замечательная, — улыбнулась я.

Лейстер чуть заметно усмехнулся.

— Иногда с ней очень трудно поладить. Упрямая и резкая. Да и я столько всего натворил в своё время. Вспомнить стыдно. Но Аделаида… она всегда меня поддерживала. Что бы ни случилось. И я благодарен ей за это.

Я тихо засмеялась, но потом стала серьёзной.

— Это замечательно, когда рядом есть родные и близкие. Вы не представляете, как тяжело быть одной. Ничего не помнить. Не знать, кто ты и откуда…

Лейстер посмотрел на меня пристально. Он слегка закусил нижнюю губу, словно боролся с собой.

— Жози… нам нужно будет серьёзно поговорить.

— Прямо сейчас? — тихо спросила я.

— Я давно уже подыскиваю подходящий момент. Не знаю, какой правильный. И возможно, сейчас самое время…

В этот момент Крис пошевелился.

Его тело вдруг напряглось, а по коже пробежала странная золотистая искра — будто внутри него загорелся огонь. Мальчик открыл глаза и хрипло прошептал:

— Кажется… начинается…

22

Начинается!

Я обеспокоенно посмотрела на Лейстера. Очень надеялась, что он знает, что делать.

«Конечно знает, глупая, — тут же одёрнула я себя. — Он же тоже дракон. К тому же отец Криса. Всё будет хорошо!»

— Что мне делать? Как помочь? — засуетилась, вскакивая с кресла.

— Возьмите одеяло, — спокойно скомандовал Лейстер.

Он легко подхватил Криса на руки. Мальчик тихо застонал и прижался к его груди. Я схватила одеяло с кровати и побежала следом.

Уже светало. Небо окрасилось нежно-розовым и золотым. Первые лучи солнца робко пробивались сквозь кроны деревьев.

Лейстер вышел в сад, сел прямо на прохладную траву и усадил сына себе на колени. Крис дрожал, хотя тело его пылало.

— Сейчас мы с тобой поиграем в одну игру, — мягко сказал Лейстер, убирая мокрые от пота волосы со лба мальчика. — Ты закроешь глаза и будешь слушать только мой голос. Хорошо?

Крис слабо кивнул.

— Хорошо, — Лейстер погладил его по спине. — Теперь закрывай глаза.

Мальчик послушался. Лейстер положил широкую ладонь ему на грудь, прямо над сердцем.

— Почувствуй тепло внутри. Это твой дракон. Он не враг. Он часть тебя. Не бойся его. Дыши медленно… глубже. Представь, как крылья расправляются за спиной. Большие, сильные, с серебристыми прожилками…

Голос Лейстера звучал низко, спокойно, почти гипнотически. Я стояла в нескольких шагах, прижимая к себе одеяло, и не могла отвести глаз.

Вдруг тело Криса выгнулось. По коже пробежали золотистые искры, а потом — вспышка мягкого света. Раздался треск ткани. Мгновение и вместо мальчика на коленях Лейстера сидел маленький дракончик размером с крупную собаку. Серебристо-голубые чешуйки переливались в лучах рассвета, крылья были ещё немного неуклюжими, а глаза огромные, ярко-синие, как у отца.

— Получилось… — выдохнула я, прижимая руку ко рту.

Лейстер улыбнулся

— Молодец, малыш.

Он осторожно поставил дракончика на траву. А потом сам сделал шаг назад. Воздух вокруг него задрожал, и через секунду на месте человека стоял величественный дракон — большой, мощный, с тёмно-синими, почти чёрными чешуйками, переливающимися металлическим блеском.

Крис восторженно пискнул и расправил крылья.

Лейстер низко рыкнул и взлетел первым. Маленький дракончик неуверенно подпрыгнул несколько раз, а потом, наконец, оторвался от земли и полетел следом.

Я стояла посреди сада, задрав голову, и смотрела на них с благоговейным восхищением. Два дракона большой и маленький кружили в розовом небе. Иногда Лейстер замедлял полёт, чтобы Крис мог догнать его, иногда делал широкие круги, показывая, как правильно поворачивать.

Это было невероятно красиво.

Через какое-то время они начали снижаться. Большой — плавно, величественно. Маленький — кубарем, едва не зарывшись в траву. Лейстер перекинулся в человеческий облик мгновенно, поймал дракончика на руки, пока тот не шлёпнулся на землю.

— Возвращайся, — позвал он мягко, глядя дракончику в глаза.

Крылья затрепетали и вот на руках у Лейстера уже лежал обычный мальчик. Растрёпанный, в одних лохмотьях, что остались от одежды, но счастливый до ушей.

— Жози! Ты видела? — закричал он, едва увидев меня.

— Видела, — я подбежала, накинула на него одеяло. — Ты был самым красивым драконом на свете.

— Теперь нужно отдохнуть. Первый раз всегда забирает много сил, — строго произнес Лейстер.

Он отнёс Криса в спальню. Тот почти сразу уснул, едва голова коснулась подушки. Я осторожно приложила ладонь к его лбу. Жар спал.

Облегчение накрыло меня такой волной, что захотелось просто сесть рядом на пол и расплакаться.