Конан. Рожденный в битве - Роберт Говард

— А раньше дверь запиралась по вечерам?

— В этом могу присягнуть. Я по многу раз за ночь проверяю все двери. Ворота были заперты снаружи еще час назад — я тогда посмотрел на них в последний раз, перед тем как нашел их открытыми.

— И ты не слышал криков или шума борьбы?

— Нет, господин. Но и неудивительно, стены замка настолько толстые, что не пропускают ни малейшего звука.

— Зачем тратить столько сил на эти вопросы и рассуждения? — перебил его дородный префект.— Вот убийца, он в наших руках, в этом сомнений нет. Доставим его на судебный двор. Я получу от него признание, даже если мне придется переломать ему все кости.

Деметрио обернулся к варвару.

— Теперь ты знаешь, что может ожидать тебя. Что ты нам скажешь?

— Тот, кто осмелится тронуть меня, очень быстро воссоединится со своими праотцами прямо в аду!

Варвар скрипнул зубами, и глаза его блеснули жестоким огнем.

— Зачем же ты пришел сюда, если у тебя не было намерения убить его? — продолжал свои расспросы Деметрио.

— Хотел украсть,— нехотя ответил Конан.

— Что украсть?

Киммериец помедлил.

— Какой-нибудь еды.

— Ложь! — резко сказал Деметрио.— Тебе хорошо известно, здесь нет никакой провизии. Говори правду или…

Варвар положил ладонь на рукоять меча. Движение было таким же угрожающим, как рычание тигра.

— Приказывай этим трусам, которые тебя боятся,— проворчал он.— А не мне! Я не изнеженный немедиец, который пресмыкается перед твоими наемными псами. Я убивал людей получше тебя и за меньшее.

Дионус уже открыл рот, чтобы яростно рявкнуть на варвара, но почему-то снова закрыл. Стражники переминались с ноги на ногу и выжидающе поглядывали на Деметрио. Они онемели, услыхав, как кто-то осмеливается разговаривать со всемогущей стражей подобным образом, и были уверены, что сейчас Деметрио отдаст при каз арестовать наглеца. Но Деметрио такого приказа не отдал. Арус переводил взгляд с одного на другого и спрашивал себя, что же сейчас происходит в многомудрых мозгах благородного господина. Может быть, высокое начальство страшится необузданной дикости киммерийца или же оно действительно сомневается в его виновности?

— Я не обвиняю тебя в смерти Каллиана,— жестко сказал Деметрио.— Но ты сам должен признать, очевидность говорит против тебя. Как ты проник в замок?

— Я спрятался в тени летнего домика, что стоит рядом с этим зданием,— неохотно ответил киммериец.— Когда этот пес,— он ткнул в Аруса большим пальцем,— прошел мимо и свернул за угол, я добежал до стены и забрался наверх…

— Ложь! — воскликнул Арус.— Ни один человек не может забраться по почти гладкой стене!

— Ты никогда не видел, как киммерийцы лазают по отвесным скалам? — прервал Деметрио ночного сторожа с явным неодобрением.— И допрос веду я. Продолжай, Конан!

— На углу там скульптуры,— снова заговорил киммериец.— Было совсем несложно попасть наверх. Я как раз добрался до крыши, когда этот пес вторично обошел дом. Я отыскал створчатую дверь, такую, с железным засовом, запертую изнутри. Налег на нее плечом…

Арус, который знал, насколько прочен засов, глотнул воздуха и отвернулся от варвара, а тот посмотрел на него еще более мрачно и продолжал:

— Я вошел через эту дверь и попал в комнатку. Но там задерживаться не стал, а двинулся в сторону лестницы.

— Откуда ты знал, где находится лестница? Только домочадцы Каллиана и его богатые меценаты имеют доступ к верхним покоям.

Конан угрюмо замолчал.

— Что ты сделал, когда оказался у лестницы? — спросил Деметрио.

— Спустился вниз,— невнятно ответил киммериец.— Она привела меня в покой, который находится за этой занавешенной дверью. На лестнице я слышал, как открывается какая-то другая дверь. Когда я прокрался за занавес, увидел, как этот пес наклонился над убитым.

— Почему ты вышел к нему из своего укрытия?

— Я принял его за второго вора, который собирается украсть то, что…— Киммериец осекся.

— То, что ты хотел бы присвоить сам,— закончил вместо него Деметрио.— Ты не стал тратить времени на верхние помещения, где хранятся драгоценнейшие раритеты. Любой, кто хорошо ориентируется в замке, мог направить тебя сюда для кражи чего-нибудь стоящего!

— И для убийства! — крикнул Дионус.— Видит Митра! Да он это, он! Взять его! Еще до утра мы получим признание.

Диким прыжком Конан отскочил назад и выхватил меч из ножен с такой быстротой, что острый клинок зазвенел.

— Назад, если хоть немного дорожите своей ничтожной жизнью! — зарычал он.— Если у вас достает мужества, бедные музейные охранники, хватать девок и развязывать им языки с помощью плетей, то можете не воображать, будто вам удастся наложить свои жирные лапы на мужчину с севера! А если ты, пес,— он обернулся к ночному сторожу,— не уберешь руку с ворота, то очень скоро почувствуешь брюхом, крепко ли я бью ногами.

— Остановись! — сказал Деметрио.— Дионус, отзови своих псов! Я еще не убедился, что он имеет отношение к убийству.

Деметрио склонился к Дионусу; о чем они шептались, Арус не разобрал. Он только предположил, что это какой-то трюк, дабы заставить Копана отдать меч.

— Ладно,— проворчал Дионус.— Назад. Но не спускать с него глаз!

— Твой меч! — потребовал Деметрио у Конана, протягивая руку.

— Возьми, если сможешь! — ответил киммериец.

Дознаватель пожал плечами.

— Хорошо. Но не пытайся бежать. Воины с арбалетами охраняют дом.

Варвар опустил клинок, не теряя, однако, бдительности. Деметрио осмотрел убитого.

— Удавлен,— пробормотал он.— Зачем было душить его, когда удар мечом и быстрее, и вернее? Эти киммерийцы рождаются с мечом в руке. Я никогда еще не слышал, чтобы кто-ни-будь из них убил человека таким способом.

— А может быть, он хотел отвести от себя подозрение,— предположил Дионус.

— Возможно. — Деметрио ощупал убитого умелыми пальцами.— Он мертв уже по меньшей мере полчаса. Если Конан не лжет насчет способа своего проникновения в дом, то он не мог совершить убийство до того, как здесь появился Арус. Или все-таки ты появился здесь раньше, а, Конан?

— Я взобрался на стену после того, как Арус сделал свой последний обход,— в бешенстве зарычал Конан.

— Ты это уже говорил.— Деметрио разглядывал посиневшую шею убитого. Голова склонилась набок под неестественным углом — был сломан позвоночник. Деметрио в недоумении покачал головой.— Зачем убийце понадобилась веревка толщиной в руку? Что за страшная сила раздавила эту шею?

Он встал и шагнул к ближайшему дверному проему, который вел в маленький покой.

— Здесь возле двери сброшен бюст с постамента,— сказал он,— а здесь поцарапан пол и сорван занавес… На Каллиана Публико напали в этой комнате. Вероятно, ему удалось освободиться от убийцы на короткое время, и он попытался спастись бегством. Выскочил в коридор, но убийца последовал за ним и уже в коридоре прикончил.