Правь Амбером! - Джон Грегори Бетанкур

– Опять ты со своим идеализмом! Отец продал бы тебя, не моргнув и глазом, если бы решил, что это спасет его шкуру.

– Ты к нему несправедлив, – возразил я. Отец ни перед чем не останавливался, чтобы защитить меня в мои детские годы. – Ладно, посиди минутку и переведи дыхание. А потом расскажи мне, что произошло во Владениях Хаоса. Может, я найду какой-нибудь другой способ помочь.

– Боюсь, теперь уже никто ничем не поможет. – Эйбер принялся разглядывать половицы. – Там все против нас. Думаю, Утор схватил всех, кроме нас с тобой и отца.

– И еще Блейзе, – сказал я. – Она на свободе.

– Блейзе? Вот это здорово! – саркастически произнес Эйбер. Я снова вспомнил, что эти двое всегда недолюбливали друг друга. – Конечно же, если кто и смог бы удрать, так это она.

– Спасибо за заботу, Эйбер, – холодно произнесла Блейзе у меня из-за спины.

Эйбер удивленно поднял взгляд.

– Я думал, ты умерла, – сказал он Блейзе.

– Извини, что разочаровала тебя.

– Почему ты не отвечала, когда я тебя звал?

– Вероятно, была занята.

Эйбер открыл было рот, собираясь выдать гневную тираду, но я взмахом руки велел ему умолкнуть.

– Спускайся вниз, – сказал я Блейзе. – Мы присоединимся к тебе через несколько минут. Мне нужно поговорить с Эйбером наедине.

– С удовольствием. Мне все равно нужно выпить. Особенно теперь, когда он здесь.

И Блейзе удалилась, не добавив более ни слова.

– Сука, – беззвучно пробормотал Эйбер. Потом обратился ко мне: – Я пытался связаться с ней не то пять, не то шесть раз за последние несколько недель, когда мне очень нужна была помощь. Она не отвечала. Я подумал, что ее схватили. А она, похоже, просто не соизволила мне ответить.

– У нее были свои проблемы, – сказал я. – Я вытащил ее из Владений Хаоса в последний момент – адские твари взломали дверь в ее комнату.

– Лучше бы ты там ее и оставил. – Эйбер с упрямым видом сложил руки на груди. – Некоторые люди не заслуживают, чтобы их спасали.

– Она – член нашей семьи, – сказал я, попытавшись напустить на себя суровый вид. Нам нельзя допускать, чтобы ссоры разделяли нас – особенно сейчас, когда такое множество врагов жаждет нашей крови. – Если то, что ты сказал, правда, нас и без того осталось очень мало. А я уверен, что Блейзе будет полезна, когда мы обустроимся на новом месте.

Эйбер как-то странно взглянул на меня.

– Она не помогла мне во Владениях Хаоса, когда я нуждался в ней. Я ей этого не забуду!

– А я и не требую, чтобы ты забыл. Надо просто помнить о ее недостатках и знать, в чем ты можешь, а в чем не можешь на нее рассчитывать. Да, с ней бывает трудновато, и ты можешь быть не в восторге от ее общества, но нам нужно держаться вместе, нравится тебе это или нет.

– Отличный способ добиться, чтобы нас всех поубивали, – проворчал Эйбер. – Я же тебе говорил, чтобы ты не доверял никому!

– Кроме тебя.

– Конечно! – Он рассмеялся, к нему словно бы вернулась часть былой жизнерадостности. – И еще Фреды. Но Блейзе? Да ни за что! Я бы не удивился, если бы выяснилось, что это она – тот самый предатель, из-за которого нас всех чуть не перебили в Джунипере.

– Не волнуйся. – Я покачал головой. – В настоящий момент я не доверяю никому. В конце концов, она хочет, чтобы я уничтожил Узор.

– Что?! – ахнул Эйбер. – И вместе с ним Тени?

– Не беспокойся, я не собираюсь делать ничего столь радикального. – Я хмыкнул. – Даже в том случае, если бы я знал, как их уничтожить. А я этого ее знаю.

Эйбер выдохнул:

– Хорошо.

– Ты говоришь, Утор изловил остальных?

– Думаю, да. Как только начались бури, он велел арестовать всех членов нашей семьи.

– Неудивительно.

Я сам на его месте поступил бы точно так же.

– А откуда взялись эти бури? – поинтересовался Эйбер. – Правда, что ли, что отец наслал их, чтобы уничтожить Хаос, как все говорят?

– Если отец их и создал, то чисто случайно. – Я пожал плечами. – Когда он перерисовал Узор, тот уничтожил все прежние Тени и создал новые. Должно быть, энергия этого уничтожения и докатилась до Хаоса. Во всяком случае, мне в голову не приходят никакие другие объяснения.

– А Узор – ты уверен, что на этот раз отец сделал его правильным?

– Да. Я это нутром чувствую, точно так же, как ты чувствуешь Логрус.

– Что, вправду? – просиял Эйбер. – Отличная новость! Ну, поскольку ты твердо намерен оберегать Узор, остается только одно.

– Что именно?

– Научиться контролировать его силы. Возможно, отец...

Тут он снова взглянул на отца и умолк, не докончив фразу. Он придвинулся поближе, изучая синяки, порезы и рассеченную губу. Ну, хотя бы опухоль уже начала спадать.

– Что стряслось с отцом? – спросил Эйбер. – Такое впечатление, будто на него свалилась тонна камней.

– Работа над новым Узором как-то повлияла на его рассудок. Он стал вести себя будто ненормальный. Сегодня утром он попытался убить меня. Я защищался.

– Так это твоих рук дело?

– Боюсь, да, – виновато отозвался я.

Эйбер присвистнул и взглянул на меня с уважением.

– Отец был лучшим фехтовальщиком в нашем семействе, не считая Локе. Видимо, ты еще лучше.

Я не стал его разубеждать. Пусть считает меня крутым. Репутация опасного человека еще никому не повредила.

Эйбер тем временем продолжал:

– Все, что я могу сказать по этому поводу, – браво! Отца давно надо было поставить на место. Жаль только, что я этого не видел. Ты действительно думаешь, что с ним все будет в порядке?

– Конечно, – уверенно отозвался я, хотя на самом деле вовсе не был в этом так уж уверен. – Ему просто нужно время и отдых. Мы уже послали за врачом. Так что надо просто его дождаться.

– Хорошо.

– А ты как? – спросил я. – Тебе лучше? Эйбер на мгновение задумался.

– На самом деле, да.

– Дозрел до того, чтобы выпить?

– Почти. – Эйбер, покачнувшись, поднялся на ноги и принялся отряхивать и приглаживать одежду. От брюк и рубашки поднялось облако желтой пыли. – Ну а ты-то где был, Оберон? Я несколько недель пытался дотянуться до тебя. Я уже готов был сдаться!

Я вздохнул.

– Здесь время течет иначе. Я думал, что с тех пор, как мы последний раз виделись, прошло самое большее несколько часов. Во всяком случае, у меня было такое ощущение. А сколько времени прошло у тебя?

– Не могу точно сказать. – Эйбер задумался. – Четыре или пять недель, никак не меньше. Может, больше. Большую часть этого времени я был в бегах и просто старался оставаться живым. Адские твари в конце концов загнали меня в угол, сразу после того, как утихла последняя буря. Тогда я начал пробовать все Карты, какие у меня еще оставались.