Испытание пламенем - Холли Лайл

И комната преобразилась.

Джейк тихонько протянул за спиной:

— У-у-у-у-у…

Лорин вертела головой, с восхищением рассматривая дело рук своих. Великолепно!

Тут она услышала мягкий глухой удар. Джейк воскликнул:

— У, Джейк! — В голосе звучали грусть и осуждение.

Пока Лорин оборачивалась посмотреть, что с ним случилось, в мыслях успело мелькнуть: разбил? порвал? разлил?

Оказалось ни то, ни другое, ни третье…

Джейк терся носом о нос бледного сине-зеленого создания с желтыми, величиной со сливу, глазами. Размером существо было не крупнее кокер-спаниеля, но недобор в росте оно с лихвой компенсировало уродством. Жесткая крысиная шерсть гребешком тянулась от низкого лба до основания шеи. Шкура на нем висела морщинами, впадинами и мешками. Тощие плечи клонились вперед, а шишковатая спина выгибалась крутым горбом. Тем не менее одежда существа выглядела вполне элегантно: шерстяная кофта, мягкие брюки, прекрасные, расшитые бусами туфли на толстой кожаной подошве. Фраза «разодетая свинья» невольно мелькнула в голове Лорин прежде, чем она успела одуматься.

Странное создание облизало губы и перевело взгляд с Джейка на Лорин.

— Умный мальчишка, Лорин, — произнесло оно глубоким, низким голосом.

Лорин застыла, крик ужаса так и не сорвался с ее губ. К страху явственно примешивалось любопытство. Она смотрела на существо, спокойно расположившееся посреди комнаты, и пыталась понять, вспомнить, кто оно, нет, он… Да, точно, он…

— Эмбер? — прошептала она.

— А кто же еще! — И пока Лорин потрясенно молчала, он обвел преображенную ее трудами комнату усталым взглядом и покачал головой: — Ты поаккуратнее с этими штуками, Лорин. Отдача может быть бешеной. Ты что, забыла? И вообще, где ты шлялась столько времени? Почему не возвращалась?

Они сидели за запертыми дверями в перестроенной мансарде цветочной лавки «Маргаритки и георгины». Пятнадцать мужчин и женщин полукругом разместились на складных металлических стульях. Создатель ворот сидел частью в комнате, а частью в проеме зеркальных ворот, которые тянулись от пола до потолка на северной стене помещения, сияя мягким зеленоватым светом. Присутствующие держались за руки, словно участники какого-то древнего спиритического сеанса. Глаза у всех были плотно закрыты. И все светились тем же зеленым мерцанием. Они ждали, наблюдая за происходящим не зрением и не слухом — иными органами восприятия. Ждали уже давно — несколько часов. Время от времени кто-нибудь выходил в туалет. Сопровождающий это движение хореографический ритуал выглядел как попурри из мюзиклов.

В комнате, заставленной принадлежностями цветочной торговли — декоративной пеной, штабелями коробок с вазами, охапками обернутых в пластик шелковых цветов, — с единственным плоским бюро и единственным старым дубовым столом, приткнувшимся рядом с зеркалом, висела тяжелая тишина. Воздух набух усталостью, страхом и ожиданием.

Вдруг Эрик почувствовал блик — это быстро открылись и закрылись неучтенные ворота. У него успело возникнуть лишь слабое ощущение направления, но он разжал пальцы, выпустив руки товарищей, открыл глаза и мелом быстро нарисовал на полу стрелку. Оглядевшись, он заметил, что еще несколько ожидавших сентинелов отмечают свои впечатления.

— Довольно точно, — заметил Вилли.

— Не так сильно, как я ожидала, — отозвалась Джун Баг Тейт.

На лице Тома появилось виноватое выражение.

— Совсем не так, как в прошлый раз. Этот почти не чувствовался. А тогда… меня просто выбросило из зеркала начисто. Как даст по заднице! — Том покраснел и быстро извинился перед присутствующими женщинами: — Извините за выражение.

Джун, Джун Баг Тейт, дама за шестьдесят, курившая сигары с двенадцати лет, взглянула на четырех остальных женщин в полукруге, закатила глаза и объявила:

— Деточка, нам уже приходилось слышать слово «задница», у нас и самих она имеется, так что сделай милость, не извиняйся.

Ее сестра, Бет Эллен, мать Тома, покраснела и пробормотала:

— Можно подумать, я не учила тебя манерам.

А Луиза, еще одна из сестер Тейт, фыркнула и осуждающе поджала губы. Нэнсин хихикнула. Ну, да это ее обычная реакция. Дебора Бейзингсгейт тоже закатила глаза, но промолчала. Том вздохнул.

Эрик достал лист бумаги и принялся складывать все пеленги, полученные его людьми, а потом выводить среднее значение приблизительного вектора.

— Во-первых, нам нужно будет засечь его из другой точки, чтобы в следующий раз, когда возникнет блик, мы определили его положение. Во-вторых, необходимо определить дистанцию. Я навскидку не вспомню: кому, кроме меня и Вилли, удавалось определить расстояние до цели?

Тем, кто напомнил ему о своих успехах, он сказал:

— Значит, пока мы не выясним, что происходит, вы все в моем резерве наблюдателей. — Эрик подался вперед, вглядываясь в мрачные лица соратников. — Мы так и не знаем, с чем имеем дело. Не знаем, связано ли это с исчезновением Молли Мак-Колл. Напоминаю, мы готовимся не к тому, что враг задумает сделать, а к тому, что он в состоянии сделать. Если мы не знаем, кто наш враг, то должны учитывать все, что может предпринять любой враг, потому что самый худший вариант может оказаться как раз тем, с чем мы столкнемся. Помните это, а также и то, что на карту поставлена не только ваша жизнь, а значительно большее. В ваших руках судьбы всех, кого вы любите. Ошибись вы — они погибнут. Пока и если мы не обнаружим доказательств обратного, будем считать, что противник разыгрывает гамбит своей тайной операции. Нам повезло, мы сумели распознать признаки атаки на раннем этапе. Но сейчас противнику известно все, а нам — ничего. Значит, мы пребываем в состоянии войны. Постоянно помните об этом и ведите себя соответствующим образом.

Эрик встал. Остальные сентинелы тоже поднялись на ноги.

— У кого первая вахта? — спросил Дивер Дункан.

— Ты отдохнул? — отозвался Эрик.

Дивер зевнул, потянулся, расправил плечи. Пряди волос, аккуратно прикрывающие проплешину на макушке, напоминали огромного серого паука. Солидный живот колыхался, как тесто. В беспощадном свете единственной лампы без абажура мешки под глазами проступали особенно явственно. Усталый и измотанный, он выглядел на десять лет старше своих сорока с небольшим. Казалось, доведись ему проспать целую неделю, это было бы лишь шагом в правильном направлении. Тем не менее он кивнул:

— В общем, думаю, что смогу.

— Смотри сам.

— Я могу подежурить до двух. В три мне надо быть на работе. — Дивер держал в Кэт-Крике магазинчик компьютерных комплектующих и никак не мог подыскать надежного помощника, однако парень, который сейчас у него работал, выглядел довольно перспективно.

Эрик быстро заполнил пересмотренный график и сказал:

— Все отправляются по домам. Или на работу, кому — куда. Не отходите далеко от телефона. Первый, кто что-то услышит, сообщает остальным.