Кибершторм - Мэтью Мэзер

– Может, просто засунем это внутрь и выведем трубу наружу?

Мои руки замерзли даже в плотных перчатках, и я уже устал высовываться из окна почти в ста футах над землей. Сколько я ни стряхивал снег, он все равно скапливался на лице и шее и таял, а холодные ручейки затекали под одежду.

– У нас нет времени варить швы и проверять их на прочность, – объяснил Чак.

Установить генератор рядом с гостиной оказалось сложнее, чем мы думали. Ситуацию усугублял тот факт, что Чак фактически работал одной рукой – вторая распухла и стала похожа на фиолетовый грейпфрут.

Тони пошел помогать жильцам со второго этажа, а Пэм вернулась в пункт Красного Креста. Лорен и Сьюзи повели детей играть в свободную спальню, и мы открыли окна. Квартира замерзала, ее заваливал тающий снег.

– Отравление угарным газом действительно приводит к тихой, спокойной смерти, – добавил Чак, – но у меня другие планы на Рождество.

– Ты доделал наконец? – простонал я.

– Осталось подсоединить кабели.

Он еще поковырялся, негромко ругаясь.

– Так, отпускай.

Облегченно вздохнув, я отпустил платформу из ДСП, на которую мы поставили генератор, и закрыл окно. Чак, стоящий рядом, ухмыльнулся мне и потянул здоровой рукой шнур стартера. Генератор икнул и заревел.

– Надеюсь, он там не замерзнет. – Чак закрыл окно, за которым висел генератор, оставив щелочку для кабелей.

В квартире не было балкона, и мы не хотели устанавливать генератор на пожарной лестнице, чтобы кто-нибудь не украл.

– Я больше боюсь, как бы его не залило, – заметил я. – Не уверен, что он рассчитан на работу под слоем тающего снега.

– Ну, посмотрим?

Чак отодрал от рулона несколько кусков изоленты и передал мне, чтобы я заклеил щель.

– Изолентой можно починить все, – рассмеялся он.

– Отлично. Дам тебе тысячу рулонов и отправлю ремонтировать электростанцию.

На этот раз рассмеялись мы оба.

Радио продолжало сообщать подробности о крушении поезда, усиливающемся буране и аварии в электросети. Вся Новая Англия оказалась парализована. Налетел еще один «Франкеншторм» – на этот раз мощный поток воздуха с северо-востока столкнулся с областью низкого давления, поднимающейся с юго-востока. Метеорологи предсказывали, что из-за него в Нью-Йорке выпадет три-четыре фута снега. Более пятнадцати миллионов людей остались без электричества, а многие из них еще и без пищи, тепла и доступа к службам спасения.

Информация о крушении поезда поступала самая противоречивая. Какие-то очевидцы утверждали, что военные прибыли на место почти мгновенно. СМИ сообщили о происшествии только через несколько часов, и поэтому пошли слухи о том, что армия пытается замолчать факт гибели поезда. Кроме того, ничего не сообщали о причинах катастрофы.

По мере того, как уточнялись масштабы бурана и расходились слухи об аварии на железной дороге, настроение в квартире из веселого превратилось в напряженное.

Я снял шапку и шарф, расстегнул одолженный у Чака пуховик и попытался вытряхнуть снег, попавший за шиворот. Перешагивая через коробки и мешки, Чак пошел к кухонной стойке, чтобы включить керосиновый обогреватель, а затем стал искать удлинители.

В дверь постучали.

На пороге стояла Пэм.

– Уже вернулась? – спросил я.

Услышав стук, в комнату вошли Лорен и Сьюзи.

– Пришлось уйти.

Пэм огляделась, словно загнанный зверь.

– Что с тобой? – спросила Лорен.

– Сегодня вышли только один врач и половина сестер. Мы делали все, что могли. Сначала люди спрашивали про птичий грипп, затем начали просить лекарства и требовать, чтобы мы их приютили. А потом сломался запасной генератор.

– Боже мой! – Лорен прижала ладонь ко рту. – И что было дальше?

– Мы пытались закрыть пункт, но не смогли – люди отказались уходить. Включилось аварийное освещение, но они запаниковали и стали хватать все, что попалось под руку. Я попробовала их остановить…

Пэм закрыла лицо руками и заплакала.

– Люди не готовы – потому что всегда считают, что проблемы решит кто-то другой. И обычно они правы… однако сейчас никто им не поможет.

Она была права.

Ньюйоркцы, как бы они ни зависели от инфраструктуры, почему-то считали себя непобедимыми. В моем родном городе, недалеко от Питтсбурга, электричество то и дело отключалось из-за грозы или даже из-за машины, которая врезалась в столб, а вот в Манхэттене перебои с электричеством казались немыслимыми. Типичный список вещей для экстремальной ситуации у жителя Нью-Йорка обычно включал в себя такие вещи, как вино, попкорн и мороженое, и во время катастроф самую большую опасность для нью-йоркцев часто представляла скука.

– Пэм, здесь тебе помогут, – успокоил ее Чак. – Садись, выпей чаю. Сейчас начнется шоу. – Он помахал в воздухе проводом удлинителя.

Лорен и Сьюзен обняли Пэм и, тихо переговариваясь, пошли на кухню нагреть воды на газовой плитке. Мы с Чаком продолжили подключать удлинители к генератору – собирались сделать освещение и посмотреть, что сейчас показывает CNN.

– В коридоре говорят, что там не только поезд сошел с рельсов, – шепнул мне Чак. – По слухам, в аэропорту Кеннеди разбился самолет, и это не единственный случай в стране.

– Кто это сказал? По радио такого не передавали. – Я немного помолчал. – Только Лорен не говори.

– Ее родные уехали еще до новостей о птичьем гриппе? – спросил Чак. Родители Лорен днем раньше собирались лететь на Гавайи.

– Они ничего нам не сообщили, – ответил я тихо и вдруг понял, что мы ничего и не могли от них услышать.

– Надеюсь, что GPS из строя не вышла, – сказал Чак. – В воздухе более пятисот тысяч людей, а без GPS над океаном пилотам придется лететь только по компасу.