Академия Стихий. Испытание Огня - Наталья Жильцова

— А где тут книги по магии Огня? — спросила я.

Водник тяжело вздохнул и махнул рукой, мол, идем… пьянь. Ну, я и пошла.

В результате, книги выбирали вместе. Вернее, Дорс, как более подкованный в таких вопросах товарищ, выбирал, а я просто перебирала. И радовалась! Но ровно до тех пор, пока мне в руки не попала книга по боевым заклинаниям, которую блондин отнял.

Почему? А вот освой, Дашенька, сперва всякую фигню бытовую, а потом еще раз в библиотеку сходим.

Нормально?

Но поспорить не получилось. И не потому, что не хотелось, причина была куда банальнее: у меня, судя по всему, процесс похмелья начался. Голова стала тяжелой, и боль в висках появилась. А еще тело как будто ватное стало, и силы уменьшались с каждой минутой. Так что уходила я из библиотеки, цепляясь за Дорса обеими руками.

И, одновременно, хихикала! Просто вспомнилось, как он заявился ко мне на чердак, обряженный в красную мантию с глубокими-глубокими карманами, в которых много чего вкусного поместилось. Так вот, в этой, синей мантии, карманы тоже контрабандистские оказались. По крайней мере, три тонкие книги, которые мы сперли, влезли в один из них без проблем.

Увы, повод погрустить тоже нашелся — уходили мы, как обычно, ножками. А мне ножками вот вообще уже не хотелось, никак. Но на мой робкий вопрос «а почему не порталом», водник ответил со вздохом:

— Слишком рискованно. Ты же знаешь, использовать магию вне специальных аудиторий запрещено.

— У-у, а сюда ты не пешком пришел.

— Выбора не было, — буркнул Дорс.

Стыдно? Нет, не стало. Стало совсем сонно! И где-то на задворках сознания мелькнула мысль: блин, только бы повезло, только бы нас не застукали. А следом вторая: я не дойду до общаги, вот просто не дойду, и все.

Как ни странно, водник меня понял, причем без слов, и на произвол судьбы не бросил. Он перехватил за талию и повел к башне Огня, исполняя роль ни то кавалера, ни то вешалки.

Мы пересекли небольшой зал и, пройдя мимо огней-стражей, двинулись вверх по лестнице. Представив, что нам подниматься на самый верх, я не выдержала и застонала.

— А нечего было незнакомое зелье пить, — укорил Дорс.

— Зяба тебе все рассказал, да?

— Угу, — буркнул водник.

Бли-ин…

— Дорс, это секрет, — поспешила сообщить я. — Очень большой.

— Да я понял.

Ну вот, он понял. А я кое-чего до сих пор понять не могу.

— Как думаешь, почему Глун так поступил? Почему дал мне это зелье?

Король вражеского факультета, и мой подельник по совместительству, ответил не сразу.

— Ты важный свидетель, Дашка, — тихо, задумчиво произнес он. — Вероятно, дело именно в этом. Возможно, он хотел тебя задобрить, подкупить.

Меня довод «синего» не впечатлил совершенно. Но, несмотря на неадекватное состояние, я все-таки сумела прикусить язык. И даже кивнула, вроде как соглашаясь.

Вот только сама… нет, не верила. Глун четко дал понять, что в защите не нуждается, и ни словечком про показания не обмолвился. То есть на мои показания ему плевать. Следовательно, подкуп свидетеля исключен.

Блин! Но в чем же тогда смысл этой гуманитарной помощи? Где, черт возьми, логика?

Я нахмурилась и тряхнула головой. Нет, об этом я подумаю как-нибудь в другой раз. Например, завтра. Ибо даже подброшенная ядовитым аристократом головоломка не в состоянии победить навалившуюся сонливость.

Глаза слипались, тело норовило перетечь в самое расслабленное состояние. И стремящийся к Морфею разум даже не отреагировал на внезапно раздавшийся звук торопливых шагов.

Кто-то спускался навстречу, причем настолько быстро, что спрятаться не было никакой возможности.

И мы, разумеется, встретились. Причем у меня создалось впечатление, что для него, для Эмиля фон Глуна, наша встреча неожиданностью не стала. Куратор просто немного притормозил и окатил презрением сперва Дорса, потом меня, а после вновь на водника глянул.

— Как это понимать?

— Эм… — отозвался Дорс. — Эм…

Явление куратора всколыхнуло в груди не самые лучшие чувства. Тут же вспомнилась наш последний разговор, и угрозы, и все-все! Но магическое похмелье эмоции притупило. Еще в памяти всплыло обещание, данное мне Глуном: «Ты не трогаешь меня, я не трогаю тебя». Так вот — я куратора не трогала! Следовательно…

— Мы гуляли, — сонно сообщила я. — У нас… у нас…

И тут исполняющий обязанности декана ка-ак рявкнет:

— Комендантский час у вас!

Стало жутко. Так жутко, что даже усталость слетела. А вот «похмелье» магическое никуда, увы, не делось.

— Лорд Глун, мы… — снова взял слово Дорс, но был прерван.

— Вы нарушили приказ ректора!

Черт. Вот это самое поганое, когда из-за тебя, из-за твоего косяка, кому-то влетает. Ненавижу такие моменты.

Я вывернулась из рук водника и смело шагнула навстречу взбешенному преподу.

— Это все я, лорд Глун. Дорс ни при чем.

Говорят, удача любит смелых. Так вот, я теперь точно знаю — врут! Если бы удача в самом деле смелых любила, я бы не пошатнулась! Тем более так сильно. И не икнула бы! Тем более так громко. А самое жуткое, что все это в каком-то шаге от куратора нашего курса произошло!

Мужчину, который и так, мягко говоря, не в настроении был, буквально перекосило. И если раньше он тактично делал вид, будто не замечает, как я одета, и в каком состоянии нахожусь, то теперь…

— Ты! — прошипел лорд Глун. — Что ты себе позволяешь?!

И уже не мне, Дорсу:

— Чтобы я тебя здесь больше не видел, понял? Иначе вылетишь из академии раньше, чем она! — Последнее слово сопровождалось кивком в мою сторону.

Я в этот момент попыталась отступить подальше, чтобы высказаться в защиту Дорса с более безопасного расстояния, но меня поймали. Просто ухватили за руку и дернули на себя.

Мерзость этого момента заключалась в том, что я была совершенно не готова к такому повороту. Ну и… реакции после некоторых событий очень заторможенными были. В итоге, я натурально споткнулась, и точно бы грохнулась, если бы Глун не поймал.

Но он поймал, а я ожидаемо залилась краской, но не от смущения, от досады. Блин, это же надо было так лохануться!

— Все, — рыкнул куратор. Но снова не мне, а Дорсу. — Свободен!

Меня же ухватили поперек туловища — ну вроде как за талию, но в данном случае именно поперек туловища — и потащили наверх.

Я сопротивлялась, только Глуну на сопротивление было плевать. В какой-то момент начало казаться: еще немного, и он уподобится пещерному человеку — в смысле, жахнет кулаком по голове, на плечо кинет, и все, привет. Но… аристократ все-таки.