Век святого Скиминока - Андрей Белянин

Черти оторопело замерли. Зубастые вилы подрагивали в трех шагах от наших крещеных душ. Люцифер недовольно завозился на троне и сбивчиво предложил:

– Ну, ты это… в смысле… сдавайся, Скиминок.

– Ха, не уловивши бела лебедя да кушаешь?! Решил поделить мишкину шкурку, а я еще вон какой живой!

– Да он просто сумасшедший… – буркнул Владыка.

Вместо ответа я выпучил глаза и крутнулся на месте, издав длинный переливчатый вопль. Нападающие отшатнулись… Судя по всему, они убедились в правильности диагноза.

– Ладно, уговорили. Конечно, настоящие ландграфы умирают, но не сдаются… Позволим одну маленькую поблажку в честь знакомства. Итак, какие перспективы нас ждут в этом случае?

– О! Совсем другое дело! За то, что ты сдашься, мы милостиво одарим тебя легкой смертью. Потом мумифицируем, положим в стеклянный гроб и поставим в красном мавзолее. Обещаю каждый час менять почетный караул. Из твоего сына будет воспитан величайший царь и властелин. Он подчинит себе все Срединное королевство и окраинные княжества, его руку признает Темная Сторона и Запущенные Земли, ему покорятся племена варваров, Голубые Гиены и Валькирии моря. Здесь, в Аду, он будет моим верным вассалом и ставленником. Он возродит новую династию, и имя лорда Скиминока Обновленного будет вызывать больший ужас, чем Ризенкампф, Гнойленберг…

– Гитлер, Сталин, Муссолини, Мао Цзэдун, Пиночет… – едва сдерживаясь, продолжил я, а маленький «Обновленный», хлюпнув носом, покрепче прижался к Луне.

– Твоя подружка будет жить до тех пор, пока хоть кого-нибудь из нас будет интересовать как женщина, – гаденько улыбнулся Люцифер. – Уверен, что мы ей понравимся. Такие милашки – наша слабость…

– Это заметно по наличию и размеру рогов! – презрительно фыркнула беглая монахиня. Владыка Ада густо покраснел, а прочие черти начали ревниво тыкать друг друга, сравнивая качество рогов, а промежуточными зуботычинами уточняя, кто и кому их наставил. Постепенно все воззрились на Люцифера… Под подозрительными взглядами своего же народа Всемогущий, Ужасный и Всепоглощающий окончательно смутился, но крыть было нечем – его рога весом, размером и оригинальностью формы переплевывали все остальные. Когда в рядах чертей раздалось первое неуверенное хихиканье, я понял, что нам хана! Не простивший прилюдного позора Владыка Ада вскочил с трона, гулко стукнул себя кулаком в грудь и заорал:

– Всем молчать!

Под потолком заметались молнии, стены слегка задрожали, а ехидствующие черти быстро вспомнили, кто хозяин в доме! Дисциплина была восстановлена.

– Взять негодяев! Ландграфа – казнить, девушку – мне, мальчишку – сдать воспитателям. Твое последнее желание, Скиминок?

– Ого! – искренне поразился я. – Уже третий раз посещаю ваш гостеприимный мир с дружескими визитами – никто! ни разу! не вспомнил о благородной традиции последнего желания… Я просто сражен вашим великодушием! Обычно «последнее желание» мне приходилось выпрашивать с ножом у горла и руками, связанными за спиной. Хотя… нет, вру! Когда меня казнили в Вошнахаузе, один монах полюбопытствовал, чего я хочу перед смертью… Но ведь не выполнил, гад!

– А чего ты хотел? – заинтересовался Владыка.

– Угадайте… – схитрил я.

Не мешает иногда потянуть время, особенно если вас непременно хотят торжественно казнить. Дельный совет, воспользуйтесь… Луна первой уловила мою военную хитрость и начала для затравки:

– Поцелуй красивой женщины?

– Нет.

– Сто миллионов порций мороженого? – внес свою лепту Иван.

– Нет.

– Власть над миром? – не выдержал Люцифер, а за ним и все черти, побросав оружие, включились в жаркие дебаты, выдвигая самые разнообразные версии:

– Бочку с вином?

– Пирог с вареньем?

– Мешок с золотом?

– Смерть от старости?

– Кастратку без зубов?

– Дикую морскую валькирию?

– «Голубого» демона из подземного мира?

– Посвящение в ранг гроссмейстера Ложи?

– Пива?

– С раками?

– Нет, нет и нет!

Когда спустя довольно долгое время все наигрались, Владыка Ада соизволил вспомнить, из-за чего, собственно, весь сыр-бор. Народ поднапрягся, зубчатые вилы вновь уставились нам в грудь.

– Так что ты пожелал такого, чего не смогла выполнить даже святая инквизиция?

– Спаренный пулемет, – признался я.

– Тьфу! И только-то… – раздраженно сплюнул Люцифер. – Это барахло не из нашего мира, но если очень уж надо, то его можно выкрасть, как твоего сына. Просто у нас он не будет стрелять. Хотя… кто его знает? Помнится, у Ризенкампфа еще как стреляли. Но мы ценим твой юмор. Взять его!

– Снова – здорово… Папа, да сколько же времени они будут тебя брать?!

– Уже недолго, – успокоил я возмущенного ребенка. – Главное – не отпускай от себя тетю Луну, она пропадет без охраны. Эй, Люци! Я готов. Можно произносить последнее желание?

– Проси.

– Все, чего хочу, или есть ограничения?

– Есть некоторые… – подумав, решил Владыка. – Ты не можешь просить пощады, смерти любого из здесь присутствующих, иноземного оружия, волшебных палочек, помощи извне, освобождения своих друзей… ну вроде и все.

– Я могу попросить встречи с одним старым знакомым?

– Надеюсь, не какой-нибудь легендарный герой?

– Нет… не думаю, чтобы его так называли.

– Будь по-твоему. Властью, данной мне Адом, Четырьмя Стихиями, Всем Подземным Миром, Неугасимыми Огнями Преисподней и прародителем нашим Черным Козлом, пусть исполнится предсмертная воля тринадцатого ландграфа и появится…

– Екарный бабай! – торопливо выкрикнул я.

– Ой, папа…

– Боже мой, кто это? – Тонкие пальцы Луны так сжали мое плечо, что я тихо взвыл. Наемница, мягко говоря, не труслива. Довести ее до такой степени перепуга – надо постараться… Наиболее впечатлительные черти гулко падали в обморок, ритмичный костяной стук затылков о гранитный пол разбавлял нависшую тишину в зале. Бледный Люцифер вжался в спинку кресла и лихорадочно хватал пастью воздух, словно пузатый карась, выброшенный на бережок. Я вас уверяю – опав с морды, побледнел даже козел, на котором сидел Владыка. В этом мире любая хмельная бредятина могла стать вопиющей реальностью. На чем и играют хитрые ландграфы… Екарный бабай оказался бодрым старичком с азиатскими чертами лица, двухметрового роста, совершенно голый, с таким… мужским достоинством… Узкие глазки округлились от восхищения – дед увидел, какое огромное количество мужчин собрано здесь в его честь.

– О, Аллах акбар! Вай дод! Цигель, цигель, ай лю-лю! Гюльчатай! – С этими словами бабай схватил ближайшего черта, в мгновенье ока сорвал с него черные эротичные доспехи и, упоенно прищелкивая языком, опытно развернул беднягу спиной.