Каста мимов - Саманта Шеннон

– Он собрался к Джексону.

– Зачем?

– Из-за депеши. – Я промокнула разбитые губы. – Хотел выяснить, кто ее отправил. А когда сообразил, что это моих рук дело, натравил на меня Проныру.

Ник поморщился:

– Этого следовало ожидать. Выходит, собрание отменяется?

– Да.

– Но к Джексу они все равно нагрянут?

– Я звонила ему, чтобы предупредить. В итоге меня позвали обратно в Севен-Дайлс. Я отказалась.

– Сильно лютовал из-за депеши?

– Самое удивительное, что нет. – Отняв тряпку от лица, я увидела, что она вся перепачкана кровью и грязью. – Но зато грозился назначить Надин подельницей.

– Все к тому и шло, sötnos. – Заметив мое недоумение, Ник со вздохом пояснил: – Надин метит на эту должность с первого дня, как ты исчезла. Постоянно болтается с Джексом, даже взяла на себя большую часть твоих обязанностей: собирает арендную плану, торгуется на подпольных аукционах в склепе Юдифи, ну и все в таком духе. Конечно, с твоим возвращением это кончится, но Надин явно будет не в восторге.

– Почему именно Надин, а не Зик или Дани? Они ведь фурии.

Ник только развел руками:

– Кто разберет, что творится в голове у Джексона Холла. Так или иначе, Надин станет подельницей лишь при условии, что ты ответишь категорическим отказом. Точно хочешь завязать?

– Да… Нет… Не знаю. – Я плюхнулась на кровать. – Не могу забыть его слова, что он превратит мою жизнь в ад, если не вернусь.

– С него станется. И прости-прощай Синдикат… Подумай хотя бы о деньгах. Мне все труднее выкраивать на плату за твое жилье – Сайен тщательно мониторит счета сотрудников, вот-вот начнутся вопросы. Да, Джексон не подарок, но платит всегда щедро.

– Ага. Мне он платит за то, что дразню Дидьена, Надин – за игру на скрипке, Зику – за то, что позволил сделать из себя лабораторную крысу. Полный идиотизм!

– Он главарь мимов, это его работа.

– Вся проблема в Гекторе, – объявила я, глядя в потолок. – Умри он, кто-нибудь другой смог бы возглавить Синдикат и объединить ясновидцев.

– Размечталась. Для этого нужно, чтобы темный владыка убрался вместе с подельницей. Не станет Гектора, Рот-до-Ушей займет его место, а она ничем не лучше. И потом, Гектору всего сорок, от голода он не страдает, поэтому к праотцам отправится ох как нескоро.

– Если только ему не помогут.

Ник отвернулся.

– Даже самым жестоким головорезам не выгодна революция, – глухо произнес он.

– Это потому, что Гектор всячески потворствует их жестокости, – отрезала я.

– Предлагаешь устроить революцию?

– А есть другие варианты?

– Допустим, мы сумеем устранить Рот-до-Ушей. И все равно Потусторонний совет не согласится выступить против Сайена, – мягко проговорил Ник. – Правящая верхушка Синдиката захватила власть при помощи убийств и шантажа, но никак не благодаря отваге. В данном случае убрать Гектора – не панацея. – Он налил салепа из фляжки. – На вот, выпей. Ты вся дрожишь.

Я покорно взяла чашку.

Ник опустился рядом со мной на кровать и, отхлебнув салепа, вдруг признался:

– После возвращения меня посещают странные образы. Возможно, все это ерунда, но некоторые очень настораживают…

– Что за образы? – перебила я.

– Пытка водой. – Ник сказал это так, словно видение преследовало его до сих пор. – В комнате с белыми стенами и синим кафельным полом. Мне и прежде доводилось видеть такое, но без деталей, а теперь… В пыточной висят деревянные часы. На циферблате вырезаны цветы, листья. Когда бьет полночь, появляется крохотная птичка и поет песенку из моего детства.

У меня лихорадочно забилось сердце. Дар оракулов – посылать образы, но иногда те сами являются им из эфира. Для Ника эти непонятные картинки служили нескончаемым источником тревог и радостей одновременно.

– Ты раньше видел такую штуковину?

– Да, у матери. Называется «часы с кукушкой».

Ник всегда избегал разговоров о своей семье.

– Думаешь, это касается тебя? – спросила я, пододвигаясь поближе.

– Судя по песенке, да. – Ник мрачнел на глазах. – Видения у меня с шести лет, но расшифровывать их я так и не научился. Даже если пытка предназначена не мне, правда все равно скоро всплывет. Можно мнить себя самым крутым смельчаком, но мы всего лишь люди, Пейдж. А люди ломают кости, пытаясь вырваться из водной доски.

– Хватит! Они не имеют права пытать тебя.

– Еще как имеют. – Он устало прикрыл глаза. – За годы работы на Сайен я спас от виселицы тридцать четыре ясновидца и двоих – от азотной асфиксии. Только это придавало мне сил, было смыслом жизни. Всегда нужен свой человек в стане врага, иначе не победить.

Меня всегда восхищала самоотверженность Ника. Джекс жутко злился, что его оракул пашет на Сайен в ущерб шайке, однако поделать ничего не мог – у доктора Найгарда был контракт с государством и благодаря этому свободные средства, чтобы по возможности выручать друзей.

– Но ты, sötnos, вполне можешь уехать, – продолжал Ник. – Через Атлантику тебя, конечно, никто не переправит, а вот на континент – запросто.

– А смысл? Обстановка там тоже неспокойная. И чем мне заниматься? Пойти работать в цирке уродов?

– Серьезно, Пейдж. Французский у тебя хороший, не пропадешь. Главное, будешь подальше от эпицентра событий. Или возвращайся в Ирландию. Туда они точно не сунутся.

У меня вырвался горький хохоток.

– Ирландия – табу для инквизиторов?! Ну насмешил.

– Хорошо, забыли про Ирландию, – согласился Ник. – На свете куча других мест.

– Куда бы я ни забралась, везде найдут.

– Кто? Сайен?

– Нет, рефаиты. – Уж Нашира так легко не отступится. – Всего пять человек пережили побег, но лишь у меня хватит духу совершить переворот.

– Значит, остаемся?

– Да. Мы останемся и изменим мир.

На его лице появилась вымученная улыбка. Оно и понятно – перспектива сражаться с Сайеном не внушает оптимизма.

– Пойду в закусочную, – сообщил Ник, поднимаясь. – Что хочешь на завтрак?

– На твое усмотрение.

– Ладно, только задвинь шторы. – Он натянул пальто и скрылся за дверью.

Я задернула плотные занавески.

Революция в Шиоле I удалась на славу. Главное – правильно выбрать время и цель, тогда даже самая безропотная и забитая масса восстанет и захочет заявить о себе.

Главари мимов безропотной и забитой массой точно не были. Заявить о себе им помогла деспотия и зверства Сайена. С налаженной инфраструктурой, с подручными бандитами, карманниками и вымогателями воротилы подпольного мира могут не беспокоиться о завтрашнем дне. Дело за малым – убедить их, что со свержением Сайена все станет еще лучше, но, пока жив Сенной Гектор, его подданные так и будут прозябать в праздности и разврате.