Плюс на минус - Андрей Уланов

– Федьке спасибо скажешь. – Леночка пожала плечами. Ну и зачем тогда было спрашивать? – Когда будешь мимо кухни на выход маршировать.

Ах вот, значит, как!

Тяжело вздохнув – правда, вздох едва не перешел в отрыжку, – я положил недогрызенную кость на тарелку.

– Выгоняешь, значит.

– Выгоняю! – с вызовом подтвердила Леночка.

– А я-то надеялся, ты роль Бабы-яги до конца доиграешь.

– То есть? – не поняла она.

– Ну я же вроде как в сказку попал, – мотнув головой в сторону кухни, откуда продолжал доноситься звон посуды, криво усмехнулся я. – Как там у классика: домовые, лешие, души забубенные… А в сказках Баба-яга всегда Ивана-царевича кормит, поит, в баньке парит, спать укладывает, а потом еще на вопросы отвечает и меч-кладенец в котомку сует.

– Царевич из тебя, как из… – Леночка замялась, подыскивая достойный эпитет, – как из…

– Как из мышьяка приправа! – донеслось с кухни.

– И потом, – выставив перед собой руку, Леночка принялась загибать пальцы. – Я выспаться тебе дала, в ванну пустила, еду-питье поставила… программа-минимум налицо! Может, хватит с меня на сегодня добрых дел?!

– Лен, послушай…

– Короче, – блондинка сверкнула глазами, как изображающий коршуна воробей, – или ты выметаешься по-хорошему, или…

– Два слова сказать можно? – негромко спросил я.

– Два – можно. Но не три!

– Я не убивал того мужика.

– Это я уже слышала утром. Придумай что-нибудь поновее.

– Лена…

– Елена Викторовна!

– Лена-Елена… – Спокойно, Саня, только без нервов, злость сейчас тебе меньше всего нужна в качестве советчика. – Давай вместе подумаем.

– Давай не будем… вместе. Давай ты просто встанешь, оденешься и уйдешь!

Конструктивный диалог у нас определенно не налаживался.

– Блин, дай мне сказать… спокойно! – не выдержал я. – Два слова… если я не убивал… Ты мне не веришь, ладно, фиг с тобой, предположи просто: если не я, то кто?!

– Кто угодно, – фыркнула блондинка. – Любой из ролевиков… ну, практически любой, – поправилась она. – Или случайно оказавшийся в лесу маньяк. Или тролль. Или конь в пальто. Доволен?

– А что, тролли тоже реально существуют?

– Понятия не имею, – досадливо отмахнулась Леночка. – Может, и существуют где-нибудь в Скандинавии, откуда-то ведь легенды пошли. Но в наших архивах подобная разновидность нежити не фиксировалась.

– Кстати, – этот вопрос занозой сидел во мне со вчерашнего вечера, – почему нежитью занимается какая-то задрипанная госконтора с десятком сотрудников, а не КГБ или армия?!

– Э-э-э… очень не хочется тебя разочаровывать, но… потому что никому эта нежить на фиг не нужна. Уж слишком непредсказуема и капризна, чтобы на нее полагаться. – Голос у Леночки стал размеренный и чуток нудноватый – наверное, не раз уже это новичкам втирала. – Сотрудничать с людьми она соглашается, только если это приносит ей какую-то выгоду, упрашивать и приказывать бесполезно. Вспомни сказки и старинные заговоры: нежить можно обмануть, на время запереть, изгнать из дома или человека, но не убить. Так что доставить ей неприятности мы можем, но не такие серьезные, чтобы заставить повиноваться. А ждать нежить умеет, может даже через сто лет вернуться и отомстить – не обидчику, так потомкам. Вот и приходится договариваться полюбовно: мы вас не трогаем, а вы к нам не лезете.

– А исследовать ее на предмет получения… чего-нибудь?

– Тут тоже все не так просто. На данном этапе развития науки это невозможно. Ни один прибор не может определить природу их способностей и уж тем более воспроизвести. Это… стыдно признаться, магия. Она просто есть, и все. Человеческим – в смысле, известным нам – законам и силам она не подчиняется.

– Ну а как же колдуны всякие, ведьмы?

– Угу, ты еще шаманов вспомни, – презрительно предложила блондинка. – За все время изучения паранормальных явлений не было выявлено ни одного достоверного случая магических способностей у человека. Даже в 90-е годы, расцвет всяких там экстрасенсов вроде Кашпировского. Гипноз – да, порча – туда-сюда, зависит от объекта, предвидение – сколько угодно, но это совсем другое, односторонняя связь: повлиять на события ты никак не можешь. Так что до магии мы пока не доросли, инопланетные технологии и то более перспективны.

Ё-моё-о-о…

– Что, и ЭТИ, – я ткнул пальцем в потолок, – тоже существуют?

– Понятия не имею, – с той же брезгливой интонацией повторила Леночка. Разговор, и раньше не шибко дружеский, заметно ей надоел. – По крайней мере, меня к ним с инспекцией посадочных площадок и замером тарелочных выхлопов не посылали. Но мало ли у нас в стране задрипанных контор…

– И кто в госверхушке вас финансирует?

– Ну… много кто. Тот же КГБ, экологи, церковь…

– Чего?!

– А ты представляешь, что начнется, если люди узнают: лешие есть и водяные, и домовые, и черт знает что еще, – но при этом чхали они на этот достойный институт? Куча народу в язычество ударится, как после перестройки – в православие.

– Ясно, – убито кивнул я, хотя на самом деле все стало лишь намного запутанней.

– Ты поел? – агрессивно напомнила блондинка.

Учитывая, что на тарелке остались лишь кости, вопрос был то ли риторический, то ли издевательский.

– Угу.

– Тогда одевайся, забирай свой рюкзак и выметайся! – решительно скомандовала фифа.

– Ну и куда я ночью пойду?

– А вот это, – на миг голос Леночки дрогнул, но затем вновь набрал стали в обертоны, – не мои проблемы! Куда хочешь, туда и вали. Хоть обратно в Россию!

– Ну хорошо. – Встав, я прошлепал в ванную… и тут же из нее вылетел. – Эй, а вещички-то мои где?

– В стирке, – донеслось из-за кухонной двери.

– Чё-о? – Я ошарашенно уставился на стиральную машину, ласково помигивающую мне числом 53. Пока я возвращал отвисшую челюсть на место, число сменилось на 52.

– Федь, в самом деле, ты чего? – удивленно спросила Леночка. – Нашел на кого порошок переводить.

– По привычке, – опустив мордочку, смущенно пробормотал домовой.

– Эй, а карманы…

– Кошелек на подоконнике, мобилка заряжается, – Федька махнул лапкой в сторону табуретки у стены. – Она там чего-то странное мигает…

– Она мигает, что я сим-карточку сломал, – сказал я. – Чтобы не сигналила кому не надо. Надо будет другую где-нить раздобыть…

– А-а, – пискнул домовой и, развернувшись к хозяйке, затараторил: – Лен, да ты не волнуйся, оно сейчас постирается, а я утюжком за десять минут просушу…