Кровная месть - Ульрике Швайкерт

Луна уже исчезла за вершинами Твелв-Бенз, и волки бок о бок направились в долину. Чем ниже они спускались, тем осторожнее им нужно было быть. Почва стала черной, влажной и скользкой, и им все время приходилось обходить скрытую в осоке трясину, в которой так легко можно было утонуть.

«Тебе не нужно идти со мной. Уже поздно. Мы можем расстаться здесь», — послала Ани свою мысль.

Большой серый волк затряс головой.

«Меня не волнует время. Я провожу тебя, как всегда, до рудника. А если бы ты не была такой упрямой, то я провел бы тебя до самых ворот замка».

Она с укором посмотрела на своего спутника.

«Мы уже обсуждали это. Ты же знаешь, что может произойти. Оборотень и вампирша? Мне кажется, что не стоит бросать вызов нашим кланам!»

Он остановился и лизнул ее в нос.

«Неужели ты думаешь, что я боюсь?»

В ответ Ани издала звуки, похожие на печальный смех.

«Это скорее я должна спросить себя, боюсь ли я за тебя, мой дикий воин, и за тех, кто сегодня является моей семьей. Если ты меня любишь, давай попрощаемся и возвращайся в горы».

«К себе подобным». — Это прозвучало грустно.

«Да, к себе подобным».

Она остановилась, потом немного отошла в сторону и исчезла в туманном облаке, которое было так хорошо знакомо ему. Когда из тумана вышла молодая женщина, ее спутник тоже сбросил волчье обличье. Кожа Ани мерцала белизной, волосы были гладкими и шелковистыми, а одежда была без единого пятнышка, в то время как по виду Перегрина сразу можно было определить, что он провел ночь на болотах. Его впалые щеки были испачканы грязью, во всклокоченных волосах застряли сухие листья, одежда порвалась в некоторых местах.

— И что ты нашла в таком создании, как я, — со вздохом сказал Перегрин, заметив ее любящий взгляд.

— Даже не представляю, — с лукавой улыбкой ответила Ани. Она подошла ближе, притянула его к себе и поцеловала. — Возможно, я сошла с ума или мечтаю об освобождении, или же мне просто нравится чувство опасности.

— Все может быть. Будь осторожна, моя прекрасная Ани, и до следующей встречи, ведь что мне делать на этой земле без тебя?

Но, к удивлению Перегрина, она отвернулась и, казалось, совсем не слушала его.

— Что случилось?

— Тихо! Разве ты не чувствуешь? Идут люди!

Перегрин пожал плечами.

— Да, ну и что? Это рабочие с рудника. Наверное, сегодня они хотят начать еще до рассвета. Под землей же все равно темно, и они работают при свете ламп.

Но Ани решительно покачала головой.

— Нет, это не рабочие с рудника. Я их знаю. В окнах их хижин еще темно. Они спят. Принюхайся. След ведет к заброшенной хижине на той стороне под деревьями.

— Сейчас у тебя более острое обоняние. Но что нам с того, что эта хижина больше не заброшена?

Тем не менее Перегрин последовал за Ани. Они осторожно пробрались сквозь дерн и кусты, не издавая ни звука. Наконец впереди показалась хижина, словно пригнувшись стоявшая под ветками одного из старых деревьев, которые пока еще не пали под ударами топоров и не стали строительным материалом для королевского флота Англии.

— Смотри, — прошептала Ани и показала на окно, завешенное куском плотной ткани, через которую пробивался красноватый свет.

— Да, это люди. Но волнует ли нас их судьба? Тебе лучше проследить за тем, чтобы вовремя вернуться в замок. Солнце уже близко.

— Ты видишь знак на пороге? Я знаю его! Как давно я его не видела, — сказала Ани, и ее голос прозвучал мечтательно и словно издалека.

Но Перегрин не слушал ее. Он пристально смотрел на тропинку, ведущую с холма к хижине.

— Я чую запах маленьких братьев. Странно, что они осмеливаются близко подходить к людям в такое время.

Ани огляделась по сторонам. Внезапно Перегрин схватил ее и притянул к себе.

— Быстрее, пойдем отсюда. Там идет еще один человек. Я знаю это, хоть и не слышу.

На его лице появилась растерянность. Ани в замешательстве оглядывалась. Она слышала волков, но что это за человек, которого чувствуешь, но при этом можешь воспринимать только смутные очертания?

— Вы должны сейчас же оставить это место. — Голос прозвучал совсем близко. Он был добрым и ласковым.

Потом из-за кустов к ним вышла женщина. Ветки зашуршали, когда вслед за ней появились два серых волка и сели рядом с ней на землю. Ани и Перегрин безмолвно уставились на нее.

— Мне жаль, если древняя магия смутила вас. Я предпочитаю путешествовать незаметно, как днем, так и ночью, — добавила женщина, и от улыбки ее обветрившееся лицо покрылось множеством морщин.

— Тара, что ты здесь делаешь? — удивилась Ани.

— Я все время путешествую, по горам и болотам, на север и снова назад, с тех пор как я впервые взяла в руки свой друидский посох. Но это я должна спросить, что вас свело здесь вместе. — Она посмотрела на Ани, потом на Перегрина, который все еще обнимал подругу за талию, и вздохнула. — Нет, я не буду спрашивать. Иногда лучше не знать.

— Но ты же никому не расскажешь об этом? — испуганно проговорила Ани.

— Если я чего-то не знаю, то не смогу и рассказать об этом. Сегодня ночью я бродила лишь по одиноким болотам.

Ани улыбнулась друидке.

— Я благодарю тебя, Тара. Ты направляешься в Онанэйр? Я могу сопроводить тебя.

Тара кивнула.

— Да, мне нужно в замок. Заодно я нанесу визит Гарету. Но я уже стара и не так быстро хожу. А ты стремительна, как ветер горных вершин. Поспеши, тебе пора возвращаться домой!

Ани приложила руку к груди и поклонилась.

— Тогда до встречи сегодня вечером.

Она еще раз пожала руку Перегрину и исчезла. Быстро и бесшумно, словно тень облака, которая скользит по земле во время бури.

Друидка повернулась к Перегрину.

— Тебе тоже нужно поспешить. Наступило время, когда охотники возвращаются в свои пещеры. И они не должны заметить твоего отсутствия, верно?

— А ты? Что ты здесь делаешь? Наша встреча не случайна. Неужели ты преследовала нас?

Он недоверчиво посмотрел на Тару, нахмурив брови.

Старая женщина подняла руки.

— Преследовала вас? Конечно, нет. Наша встреча была неожиданной, но пришла я в это место не случайно, это ты правильно подметил.

Она сделала два шага по направлению к хижине.

— И почему только сегодня ночью все интересуются этой убогой хижиной и такими же убогими людьми в ней? — угрюмо спросил Перегрин.

Тара повернулась и задумчиво посмотрела на него.

— Знаешь, в подобных убогих лачугах подчас решаются судьбы целых стран. Ани увидела знак на пороге?