Тени возвращаются - Линн Флевеллинг

АЛЕК ПРОСНУЛСЯ С УЛЫБКОЙ НА ЛИЦЕ, утопая в лучах раннего солнца и придавленный рукой Серегила.

Серегил приоткрыл один глаз:

— Доброе утро.

— И тебе доброе. Пусти. Мне тяжело.

Серегил перекатился на спину и зевнул:

— Ну и аромат от нас! Пойдём-ка скорее в ванную.

Там их, разнежившихся в воде, и нашел Риагил и представил им своего молодого родственника Арина. Алек поспешно прикрылся губкой, насколько это было возможно, отчаянно при этом покраснев. Оба гедрийца лишь улыбнулись и деликатно отвели взгляды.

Серегил же сохранял совершенно непринужденный вид: этого сукина сына, как всегда, было трудно смутить.

— Я предлагаю ехать вдоль побережья, через Перевал Контрабандистов, — сказал Серегилу Арин. — Это самый короткий путь до Боктерсы, хотя есть риск того, что в дороге нас застанет ранний снег.

Серегил кивнул:

— Хорошо. Дайте нам время одеться и ждите во внутреннем дворе.

— Сначала завтрак, — сказал Риагил тоном, не допускающим возражений. — Ихали не простит мне, если не удастся проводить вас, как подобает. Мои извинения, Алек-и-Амаса, что побеспокоили вас.

Серегил сдерживался, пока они не остались снова одни, и тут же, смеясь, запустил в Алека полотенцем. Он поцокал языком:

— Так покраснеть! Что скажут люди? Особенно если увидят это несчастное пятнышко под твоим левым ухом.

Нахмурившись, Алек поднялся из ванны, нашел зеркальце среди банных принадлежностей и исследовал багровую метку — след страстного поцелуя.

— Ненавижу, когда ты делаешь так!

— Я же не напоминаю тебе, как ты…

— Замолчи! — рыкнул Алек, стараясь не рассмеяться, пока заворачивался в полотенце.

— Хорошо, что мы хоть не забыли на сей раз закрыть окна, — Серегил поднялся из ванны, вода струилась по его поджарому животу и бедрам, и падала большими каплями со вдруг ожившего свидетельства страсти между его ног. Он озадаченно глянул на себя, затем — на Алека.

— Поездка в Боктерсу немного откладывается.

Рассмеявшись, Алек запустил мокрой губкой ему в голову.

Арин-и-Арисей и небольшая группа торговцев лошадьми из Гедре присоединились к ним за завтраком, а хозяева приготовили вьючных лошадей, проездные письма и пакет для Азриель.

Они отправились на север по бесплодному скалистому побережью, держа путь по дороге, прозванной в Гедре и Боктерсе Перевалом Контрабандистов. Здесь не было ферм, только рассеянные рыбацкие деревушки, да несколько козьих пастбищ. На западе — насколько хватало глаз — подобные большим белым клыкам, вытянулись зубчатые вершины цепи Ашек.

Скаланские солдаты поначалу притихли, не зная как вести себя со своими неожиданными попутчиками, но торговцы-фейе быстро расположили их к себе, практикуясь в скаланском и переводя им непонятные слова.

Транеус ехал рядом с Алеком во главе небольшой колонны, и казалось, что даже он немного оттаял, рассмеявшись над какой-то длинной историей, которую Арин пытался поведать ему на ломаном скаланском.

Осень пока еще не достигла побережья. Деревья были покрыты пыльной листвой, и какие-то дикие цветы все еще украшали обочину. Воловьи упряжки, груженные фруктами и овощами, сырами и вяленым мясом грохотали мимо них, направляясь в сторону дальних рынков, перемежаясь со стадами гусей и овец, погоняемых детьми, улыбавшимися и махавшими руками.