Магистр - Николай Степанов

— Транспортная магия, что ли? — решил я продемонстрировать свою осведомленность.

— Почти, только вот посылка отправляется в совершенно другой, потусторонний мир. Кузюрбан и ваш друг Аргизол устроили мышеловку для красного воина. Маг-телохранитель стал кусочком сыра, а Миченгоский — стальной пружиной, которая и выбросила беспощадного убийцу далеко за пределы Долины.

— А почему вы думаете, что нас преследовал «мерцающий»?

— Один из последних воинов, которого одолел «мерцающий рыцарь», славился своей нерушимостью. Его так и звали — Обелиск. Сражаться с ним было равносильно единоборству со скалой — результат известен заранее.

Вот напасть на мою голову! Такой точно не отвяжется. И самое обидное, не в моих силах его остановить. Может, Кузюрбан, которого Гарпина Кузьмичом зовет, чего полезного присоветует.

— Ну да ладно, молодежь, вы отдыхайте с дороги. Мне еще надо сходить в пещеру Предсказаний. Может, там что-нибудь узнаю про твое путешествие в Тангор. — Орф встал и вышел из столовой.

— Где изволите отдыхать? — соблазнительно потянулась Сонька.

— Где угодно, но только в непосредственной близости от тебя.

— И насколько непосредственной должна быть эта близость?

— Гм, скажем так, чуть посвободнее, чем готовил нам Метрогил.

Как сейчас помню две игольчатые решетки, движущиеся навстречу друг другу, и нас с принцессой, прикованных к ним и медленно направляющихся для последних (по замыслу злодея) объятий. Если бы не белые черти, переименованные с моей легкой руки в бертов, из нас получился бы один большой бифштекс.

— Тогда пойдем, покажу тебе свой шалашик, — таинственно произнесла принцесса, и мы покинули столовую.

Шума и криков больше не было слышно, но во что превратились прихожая и гостиная! Сразу вспомнилась собственная квартира после нашествия шайки бандитов.

Поломанная мебель, разорванные шторы, осколки какой-то посуды и другой хлам равномерно распределились по всей площади пола, а среди этого разгрома в самом центре комнаты расположилась сладкая парочка, вызывающая умиление. Несмотря на занудный характер, Багет, похоже, знал, как обращаться с женщинами. Кристя лежала на боку, подогнув переднюю лапу, и периодически облизывала намотанного на нее ужастика, который в это время своим длинным хвостом чесал кошечку за ухом. Мурлыканье Кристи и блаженная физиономия ужастика недвусмысленно показывали — знакомство состоялось.

Мы с Сонькой тихо прошмыгнули мимо, стараясь не споткнуться о результаты знакомства балдеющего дуэта, хоть задача была не из простых.

— Надо же, а твой безногий знакомый не без достоинств. Кристя — своеобразная кошка: чтобы ей понравиться, простого обаяния мало.

— А думаешь, почему я его с собой взял? Что-то он во мне затронул, что-то неуловимое, околдовал, наверное.

— Может, Багет и не тот, кем мы его считаем, однако магии я в нем почти не ощущаю. Какие-нибудь мелочи ему по силам, но не настолько, чтобы дослужиться до седьмого уровня. Как он сумел? Непонятно.

— Сонька, у нас вечер встречи или дискуссия о пресмыкающихся? И где обещанный шалашик? Я его в упор не вижу.

— Плохо смотришь, милый. Вот этот кустарник и есть мой дом. — Она отодвинула ветки, открывая малозаметный проход внутрь.

Уютная круглая комнатка была образована тесно расположенными друг к другу тонкими прутиками растений. Все убранство составляли: небольшой столик, на котором лежали две книги, пара стульев, шкафчик и крохотная лежанка.

Перехватив мой взгляд, Сонька усмехнулась и сказала:

— Конечно, у меня не апартаменты, как у Эльруина, но, надеюсь, тебя это не останавливает?

Вот провокатор! Не знаю, существовала ли вообще в природе сила, способная сейчас остановить меня в проявлении чувств, которые с трудом удавалось сдерживать на протяжении нашего путешествия.

Магия нежности и музыка ласк захватили нас полностью, и маленькая комнатка стала казаться сказочным дворцом. Дворцом, где нет ничего лишнего, а только мы и наша любовь.

Разбудил противный громкий голос.

— Надо спешить, надо спешить! — каркала белая ворона, сидя на столе.

— Дайте мне что-нибудь тяжелое. В Сонном царстве поспать не дают, — возмутился я.

— Серж, одевайся. Скорее всего, отец уже вернулся, и его новости не терпят отлагательства.

Эх, все хорошее заканчивается, не успев толком начаться. Опять гонки.

Орф действительно принес нерадостные известия. По всем признакам выходило — если через неделю король двух королевств не вернется на трон, Долина имеет шансы кануть в реку Забвения.

— Есть информация и для тебя, зятек. В Тангор можно войти втроем, а выйти вчетвером, если двое из трех будут шерстяными с недостающей частью на голове. Решать эту шараду придется самому, поскольку твое дальнейшее пребывание в Сонном царстве несет угрозу моим подданным.

Все это было сказано прямо в прихожей Малиновой башни, где уже царил идеальный порядок.

— Так что давай, сынок, действуй. К нам в телесной оболочке пока не заходи, дочка сама тебя найдет, когда спать будешь.

— Не понял. Я что, могу спокойно зайти?

— В этой суматохе совсем забыл сказать. Помнишь автопортрет, который ты мечом нарисовал? Бывшие прямые ворота Черного призрака после твоих художеств теперь будут пропускать тебя до тех пор, пока вот эта роза, — указал он на мою прическу, — украшает голову. Цветочек этот древний, в Первой книге он упоминается как Слеза оборотня. Раньше оборотнями считали магов, способных перемещаться из реального мира в Сонное царство, не меняя при этом внешности: фактически они на время могли обращаться из существ одного мира в представителей другого.

— А что, были перемещения и с изменением внешности? — вмешался вдруг в разговор Багет, до этого прислушивавшийся к рассказу Орфа.

— Были и такие маги-недоучки, но их опыты представляли опасность прежде всего для них самих, поскольку изменениям подвергалась не только внешность, но и личность экспериментаторов. Сменив реальность, они просто забывали, кем были раньше.

— А… — снова попытался встрять в разговор ужик.

— Не понял, — встрепенулся Орф, — тебе кто позволил перебивать старших?

Червячок счел самым разумным промолчать и спрятаться у меня за спиной, а повелитель снов продолжил:

— Слеза оборотня и путевая картина являются для тебя входным билетом из любой точки Долины на третий этаж моей башни в течение часа после полуночи, только ущипни себя. В течение этого же часа ты можешь и вернуться, причем на то же место. А вот куда тебя занесет сейчас — не знаю, там увидишь. У нас тут утро, а в Долине как раз за полночь, даю тебе на сборы не больше пятнадцати минут.

— Я побегу наверх, поищу чего-нибудь полезного в дорогу, — сказала Сонька, направляясь к лестнице.