Рой никогда не спит - Джейкоб Грей

– Крамб может сколько угодно придерживаться своего мнения, – сказала миссис Стрикхэм.

– То есть она не сражалась в Темное Лето? – спросил Кар.

Миссис Стрикхэм вздохнула.

– Это долгая история, – сказала она. – Наверное, Феликс Квакер мог бы рассказать вам больше. Говорящих-с-мухами презирали веками. Как вы понимаете, в те времена люди были другие. В кругу Бестий была своего рода иерархия, и на Мушиных всегда смотрели свысока. Думаю, что началось все из-за суеверий, из-за того, что мухи… они питаются тем, что сгнило, поедают трупы. Но даже во времена моего отца никто не знался с их родом.

– Я слышал, что они уехали из Блэкстоуна еще до моего рождения, – подал голос водитель.

Кар огляделся в поисках животных, которыми повелевал бы этот человек, но, казалось, в машине никого, кроме них, нет.

– И все-таки Повелительница Мух действительно существует или нет? – нетерпеливо поинтересовалась Лидия.

– Я не знаю, – ответила миссис Стрикхэм. – Я точно никогда ее не встречала. Но говорят, что Говорящие-с-мухами всегда женщины. Если нет наследницы женского пола, дар ни к кому не переходит. Говорящего-с-мухами никогда не было.

– В детстве моя мама пугала нас Мушиной Бестией, чтобы мы угомонились, – сказал водитель. – Она говорила, что они способны проникнуть в комнату, если в ней есть отверстие, в которое может пролезть хотя бы одна муха. Мы с сестрой закрывали на ночь замочную скважину в спальне на случай, если Повелительница Мух придет за нами.

Кар молчал, ему стало не по себе. Квакер тоже боялся женщины: «Она следит за нами, даже сейчас…»

– Есть какие-нибудь известия о твоей сестре, Чен? – спросила миссис Стрикхэм.

Кару показалось, что она намеренно перевела разговор на другую тему.

Водитель покачал головой.

– Никаких, – сказал он.

– Разве в зоопарке нам не помешают люди? – спросила Селина.

– Нет, – сказала миссис Стрикхэм. – Он закрылся на прошлой неделе. Всех животных перевезли в другие города.

– Ну вот, – вздохнула Лидия. – Теперь у меня даже нет надежды туда попасть.

– Там не было ничего особенного, – заметила Селина. – Просто развлечение для маленьких детей.

Кар почувствовал, как Лидия напряглась.

– И сколько же тебе лет в таком случае? – спросила она, не глядя на Селину.

– Пятнадцать, – ответила та. – А тебе?

Лидия не ответила.

Стало накрапывать. Чен проехал по нескольким узким переулкам, чтобы не попасть в пробку, и остановил машину у заднего входа в Блэкстоунский зоопарк. Здесь висели таблички, оповещавшие, что теперь эта территория принадлежит «Футура Девелопментс». На одной из них уже сидели вороны Кара.

Миссис Стрикхэм вышла из машины, раскрыла зонтик, подошла к воротам парка и, чуть приоткрыв створку, поманила к себе остальных. Чен накинул на голову капюшон и тоже вышел из машины.

– Это место многое значит для Бестий, – сказала миссис Стрикхэм. – Во времена Темного Лета мы собирались здесь по ночам, до тех пор пока об этом не узнал Сеятель Мрака и не устроил засаду. Многие добрые Бестии погибли. Отец Мадлен, Говорящий-с-белками. Тогда она и получила свой дар. Сильвия, Говорившая-с-медведями.

– И мой отец, – тихо произнес Чен.

Так вот почему он не хотел приходить сюда.

Миссис Стрикхэм провела их по мощеной дорожке мимо пустого прудика, бетонные стенки которого украшали полустершиеся рисунки пингвинов с рыбой в клюве. Кар заметил, что за ними по пятам тихо крадутся две лисы, возникшие будто из ниоткуда.

Побледневшая Селина шла молча, мокрые от дождя волосы липли к коже. Должно быть, ей было не по себе после всего услышанного.

Миссис Стрикхэм остановилась у двери с табличкой «Посторонним вход запрещен». Открыв дверь, она провела их через пустую комнату. За двойными дверями оказался оформленный искусственной галькой бассейн с очень грязной дождевой водой, в которой плавал мусор. В воздухе стоял запах тухлой рыбы. Кар понял, что они очутились в старом вольере для пингвинов.

Крамб ждал их, угнездившись под тентом, но помимо него в зале было много других людей – кого-то Кар помнил с похорон Эмили, других видел впервые. Он весь затрепетал от восторга: ему никогда еще не приходилось видеть стольких Бестий одновременно. Но по мере того как он вглядывался в лица, радость таяла. Неужели это все? Они были не похожи на армию времен Темного Лета, которую он себе представлял. Вокруг летали птицы, некоторые сидели на краю бассейна, было здесь и несколько собак разных пород. По полу, высунув черный язык, скользнула чешуйчатая ящерка. Двое мужчин – на вид обоим было лет по шестьдесят – сердечно обнялись. У их ног кролик обнюхивал черепаху, спрятавшуюся под панцирь.

Крамб подбежал к ним и обнял Пипа. Поверх его плеча он посмотрел на Кара:

– Я не могу запретить тебе слоняться где ни попадя, но не следовало втягивать в это Пипа.

Пип вырвался из объятий:

– Не ругай Кара – я сам пошел за ним.

Крамб, похоже, хотел сказать что-то еще, но тут раздался голос Раклена:

– И по какому случаю мы все здесь?

– Да, в чем дело? – поинтересовалась женщина, у которой на плече сидела ящерица. – Сюда опасно приходить. Это привлекает внимание.

Послышалось еще несколько недовольных голосов, но миссис Стрикхэм подняла руки, и все умолкли. Кар заметил, как два черных существа спикировали вниз. Чен распахнул куртку, и они, попискивая, уселись вниз головой у него за пазухой. Летучие мыши! Чен ухмыльнулся и застегнул куртку.

– Наши враги вновь заявили о себе, – сказала миссис Стрикхэм. – Прошлой ночью Говорящий-с-мотыльками и Крысиная Бестия напали на нашего друга Кара.

Взгляды всех присутствующих устремились к нему.

Кар прокашлялся. Он чувствовал, как горят щеки под их выжидающими взглядами. Многие из этих людей могли сражаться бок о бок с его родителями в Темное Лето. Другие лишились своих родителей во время войны. Он чувствовал, что камень в кармане налился неимоверной тяжестью.

«Этот жребий ты должен нести в одиночку…»

– Кар? – окликнул его Крамб. – Просто расскажи нам, что произошло.

Так он и поступил. Глядя преимущественно в пол, он рассказал им, как они с другом решили пойти порыться в мусорных ящиках, рассказал про лодку, про нападение. Рассказал про крыс и мотыльков.

Но он ничего не сказал им о камне.

Кар твердил себе, что не лжет – он просто отбирает информацию, которой может поделиться. Когда он закончил, он решился поднять взгляд, и хотя большинство ему поверили, в некоторых глазах читалось недоумение.

– Я, наверное, был бы уже мертв, если бы не Пип и его мыши, – добавил Кар. – Они спасли мне жизнь.