Невеста на удачу, или Попаданка против! - Ирмата Арьяр

Так, Тома-Тирра-Тайра, прекрати облизываться. Что упало, то пропало. Наверняка у него характер дурной. Вон как моего бесстрашного опекуна запугал! И невесты у парня таинственно мрут, да так, что и хоронить нечего. И своего секретаря он казнил…

И правильно сделала, что сбежала.

— Ну-ну, не стоит так расстраиваться, матушка Зим, — говорил тем временем граф. — Для вас ничего не изменилось. Вы будете жить здесь, как жили.

— Но зачем тебе этот особняк? Своего мало? — Старуха пришла в себя, отвела в сторону его руку с кубком и взглянула так строго, что даже у меня мурашки по спине пробежали.

Некромант пожал плечами и отошел, затем сел за стол, развернув кресло так, чтобы не выпускать нас из виду.

— Этот дом мне не нужен. Я хотел сделать свадебный подарок невесте.

— Но Тирра исчезла! И ты сам разорвал брачный договор. А теперь все-таки завершил сделку, зная, что дом проклят и людям здесь жить нельзя, пока не найден убийца ундины и не свершится месть?

— Да. Я знаю, что ни один водный маг не рискнет пробивать здесь новый родник и ни один архитектор не возьмется проводить водопровод. Но видишь ли, матушка Зим, я узнал, что барон Гинбис после сегодняшнего происшествия собрался продать особняк храму Темных Небес, а этого я допустить не мог. Если я могу законно перейти темнорясникам дорогу, я это сделаю. Их сделка назначена на завтра. Возможно, она давно планировалась, и утреннее происшествие в вашем саду имеет к ней непосредственное отношение.

— Ах, какой негодяй! Он об этом пожалеет! — прошипела колдунья, и я побоялась смотреть в ее исказившееся гневом лицо.

— Не рекомендую пока его трогать. — Граф прищурился, глядя на старуху, и та, к моему удивлению, разжала стиснутые кулаки.

— Ты что-то узнал, Дэйтар? — жадно подалась она вперед.

А некромант, наоборот, откинулся на спинку кресла, словно втайне желал оказаться подальше и от нас, и от этого разговора.

— Я уверен, что Ирвин вступил в сговор с темнорясниками, — сказал он. — Только у них есть сильные некроманты, неподотчетные гильдии магов, и им не нужно разрешение ковена на вызов.

— Но вызвать демона? Они же сами за такое на костер волокут.

Дэйтар презрительно скривил губы.

— Разве первый раз? Их сложно выследить, они очень аккуратны и не оставляют свидетелей. Но садовник Бер нашел место, где их адепт пробрался в сад. На кусте роз остался свежий клок мантии. А остаточная магия на несчастной ундине просто смердела темными рясами. Увы, наша гильдия отказалась зафиксировать след. Мол, слишком слаб и не может служить доказательством, а клок может быть подброшен. Эти трусы боятся связываться с храмом.

— Значит, концов не найти, и дом скоро умрет… — печально прошелестела старуха.

— Посмотрим, что запоют Гинбисы, когда за них всерьез возьмется мое ведомство. — Граф задумчиво повертел в руках магическое перо. — И о чем поведает демон, когда я до него доберусь.

Матушка Зим воспрянула духом, даже улыбнулась.

— Но как ты сумел заставить Ирвина продать дом, Ворон?

— Я представил ему доказательства незаконности его махинаций, с помощью которых он заполучил особняк, — криво усмехнулся некромант. — И пригрозил тюрьмой, если он не пойдет на сделку.

— То есть ты давно готовился?

— С тех пор, как узнал, кого король сосватал мне в жены. Я решил, что никакими драгоценностями вашу избалованную Тиррину не удивишь, а вот вернуть графине Барренс ее фамильное имущество было бы интереснее. В знак нашей старой… дружбы.

При этих словах его глаза сверкнули такой ненавистью, что мне стало понятно, как же на самом деле Дэйтар счастлив избавиться от невесты. Может, он сам и ундину убил, и демона вызвал? Все-таки правильно я сбежала.

— Ты еще не оставляешь надежды найти нашу девочку? — подалась вперед колдунья, пытливо заглядывая в его лицо.

— О свадьбе уже не может идти речи, матушка Зим, но я верну ее, если она еще жива. Как только узнаю имя демона, которому темнорясники пожертвовали Тиррину, и получу от гильдии разрешение на его вызов. Или… есть еще способ, на самый крайний случай.

— Сам полетишь? — прошептала колдунья сочувственно.

Граф сжал перо во внушительном кулаке так, что оно треснуло и чернила закапали на ковер.

— Если понадобится.

Заметив безобразное пятно, он щелкнул пальцами, и с его руки сорвалось голубоватое сияние, длинным языком лизнувшее ковер. Через миг ни следа чернил не осталось на длинном ворсе, да и воздух в кабинете посвежел. Какой замечательный моющий пылесос, восхитилась я. Думаю, в замке графа нет проблем с пылью и пятнами.

— Ну, хватит о неприятном. — Некромант уничтожил обломки пера и перевел взгляд на меня. — Представьте меня вашей спутнице. Вижу, девушка уже заскучала.

Матушка Зим повторила церемонию представления.

Граф внимательно рассматривал меня, скептическая складка губ стала глубже. Да и можно его понять. Кого он перед собой видел? Блеклую двадцатипятилетнюю мэйс в глухом сером платье, с красными от работы (на самом деле от аллергии на зелья) руками и печатью неудачницы на челе. И это в обществе, где девиц, не отмеченных магией, выдают замуж в пятнадцать, и только магиням позволяется учиться до совершеннолетия и полного раскрытия потенциала, а происходит это в двадцать один год.

Матушка Зим тем временем давила на жалость — рассказывала печальную историю сироты Тайры Вирт. И по всему выходило, что если граф не смилостивится и не пристроит сиротинку, то помру я тут же, не дойдя до порога.

Я непроизвольно поморщилась, и от графа не ускользнула моя гримаса. Он улыбнулся уголком рта.

— Не так и беспомощна ваша протеже, матушка Зим, если она добралась до столицы живой и невредимой из этих, как их…

— Из селения Счастливая Подкова. Это на северной границе королевства, у самых Рисских болот, — подсказала я.

Граф бросил взгляд на огромную, тонко прорисованную карту, занимавшую одну из стен кабинета.

— Слышал я об этой вспышке черного мора. Примите мои соболезнования. И что вы умеете, леди, кроме как ходить пешком на такие расстояния за какой-то месяц? — спросил он и нетерпеливо побарабанил длинными тонкими пальцами музыканта-некроманта по моему любимому ореховому столику.

Умен. Чертовски умен. В одном предложении расставить три ловушки! Спасибо папе-бизнесмену, который заставлял меня присутствовать на деловых переговорах под видом секретаря, а потом еще и учил меня анализировать чуть ли не каждую фразу акул-партнеров.

— Я не леди, ваше сиятельство, а дочь нетитулованного безземельного рыцаря, — занудно поправила я, проявив должную скромность и отсутствие тщеславия. — И добиралась я и пешком, и на телегах вместе с беженцами, и с обозами торговцев торфом, по-всякому выходило. И не месяц, а почти два с половиной. Мор начался в конце весны, когда снег сошел. У нас на севере он поздно тает. А умею я читать, писать, знаю счет…