Мрачно темнеющий свет - Джессика Клусс

– Чародеи не могут делать… этого, – выдохнула Мария.

Мы подождали минутку, пока Мария промыла мой порез водой и перевязала. Затем один за другим вступили в Страну чудес.

Жухлая трава, поросшая сорняками, теперь была густой, по колено, красивого изумрудного цвета. Всюду – растения, каких я и не видела никогда. На одном кусте я заметила цветы с остроконечными лепестками серо-голубого и фиолетового цветов, что-то мне напоминающие. Цветущие бутоны насыщенно-розового оттенка открывались и закрывались, пока мы проходили. Взглянув повнимательнее, можно было заметить крошечные глазки, выглядывающие из глубины цветка. Необычайно.

– Посмотрите на дом, – удивленно сказал Блэквуд.

Приземистый, покрытый мхом коттедж исчез. На его месте стоял элегантный особняк в стиле Тюдоров. С остроконечной крышей, витражными окнами и аркой-входом. Одна сторона дома была покрыта разросшимся плющом. Крышу украшали флюгеры в виде гигантских китов, борющихся кальмаров и, самое удивительное, – обезглавленного мужчины, жонглирующего собственной головой. Дом был настолько пропитан колдовством, что оно ощущались физически. И это было чистое колдовство.

Как у Древних.

Я прошла вверх по тропинке. Зайти в дом было не так-то легко: дверью из толстого металла оранжевого цвета давно не пользовались, и она недовольно завизжала, когда ребята с силой попытались ее толкнуть. Я осторожно поискала взглядом… хоть что-нибудь.

– А теперь вместе, – сказала я, убедившись в том, что они не справляются. – Но я не совсем уверена, что там.

– Если нам повезет, то это будет просто какая-нибудь… черная плесень, – сказала Мария, раскачиваясь на пятках. Она была чувствительна к опасности, как кошка.

– И это удача? – проворчал Магнус, когда дверь наконец распахнулась.

Нас встретил поток спертого воздуха, как будто дом выдохнул. Поморщившись, я выжидала. Ничто не вылетело, чтобы атаковать нас, и мы вошли внутрь. Я зашла первая, вздрогнув, когда моего лица коснулась паутина… и тут же остановилась как вкопанная, Магнус даже врезался в меня.

Холл был огромный, высотой по меньшей мере в четыре этажа. То, что мы видели снаружи, не могло вместить… это.

Колдуны.

Прямо рядом с дверью в железные подсвечники в форме кулаков были вставлены оплывшие свечи. Я зажгла их, и каждый из нас взял по одной. Деревянный пол громко поскрипывал, когда мы прошли вглубь. С обеих сторон тянулись длинные столы, на которых стояли какие-то непонятные предметы. Мои глаза заслезились – в помещении действительно пахло плесенью, но еще и чем-то тошнотворно сладким, как подгоревший торт.

Когда глаза привыкли к полумраку я разглядела стеклянные ящики, покрытые толстым слоем пыли. Стерев грязь с одного из них, я обнаружила крошечное высохшее существо. Выпученные, как у стрекозы, глаза слепо смотрели на мир, из открытого рта свисал длинный клык, крылья, напоминающие крылья летучей мыши, были расправлены, будто существо летит. Оно уместилось бы у меня на ладони, но я бы точно не захотела брать такое в руки.

Существо выглядело как Древний, только очень маленький.

– Посмотри на эту чертову штуковину, – прошептал Магнус.

На стене над нашими головами висел огромный череп, размером, наверное, с большую собаку. Из пасти выступали три изогнутых клыка. Такого монстра никому не захотелось бы разозлить. Блэквуд тихо присвистнул и указал на потолок. Там висела набитая шкура змеевидного животного. Кажется, это была мурена, только с какой-то кошачьей мордой. По всей длине ее «украшали» серебряные и голубые черепа.

Склянки с желтой жидкостью содержали в себе замаринованные сердца, глазные яблоки и прочие органы. К настенным металлическим дискам были прикручены головы монстров с рогами и шипами. Я заметила на столе миску со змеиными черепами, а рядом с ней – поднос, ощетинившийся обрезанными когтями.

Значит, Ральф Стрэнджвейс не просто приручал Древних, он на них охотился.

– Давайте поступим по-умному, – Блэквуд переложил свечу из одной руки в другую, и пламя заколебалось. – Записывайте все, что вы видите. Когда мы пройдем всю комнату, продолжим исследовать остальной дом.

Да, остальной дом. В торце нас ожидали две закрытые деревянные двери, украшенные резьбой. На той, что слева, были единороги и сатиры с козлиными копытами, скачущие среди цветов и деревьев. Мария распахнула дверь, и за ней открылась обеденная зала с деревянным столом, резными стульями и полом из сланца. Ничего особенного.

Резьба на двери справа была менее безобидной. Деревья без листьев, наверху – большие грозные тучи. Дьяволы с острыми рогами танцевали вокруг молодой полураздетой женщины, которая открыла рот в немом крике.

Очаровательно…

Мария рывком открыла дверь и исчезла в совершенно темном коридоре. Что, черт побери, она задумала? Мальчики были слишком загипнотизированы Древними, чтобы обратить внимание, но я решила остановить ее.

– Мария, куда ты пошла? – позвала я, но дальше порога не двинулась. Темнота казалась кошмарной. Я отпрянула, как будто она могла меня укусить.

– Тут может быть больше чудес, – прокричала Мария издали. Огонь ее свечи исчез за поворотом. – Я хочу посмотреть, куда этот коридор ведет.

– Подожди нас!

Но она не ответила. Я уже собралась погнаться за ней, прогнав страх, когда Блэквуд позвал меня:

– Иди посмотри на это.

Казалось, он был охвачен благоговением. Да к черту. Мария была ведьмой, и у нее был топор. Если ей понадобится помощь, думаю, она позовет.

Магнус и Блэквуд стояли перед портретом Ральфа Стрэнджвейса. У него были та же борода, как и на картине из сундука Микельмаса, те же маленькие темные глаза и тот же крючковатый нос. Рядом с ним было нарисовано некое существо. Насекомоподобное, как то, что мы видели под стеклянным колпаком, только достаточно большое, чтобы сидеть у ног Стрэнджвейса и доходить ему до талии. Из спины существа вырывались стрекозиные крылья. Создание было ярко-голубым.

– Похоже, что это написал Гольбейн^[4], – сказал Блэквуд, когда наконец обрел голос.

– Художник при дворе короля Генриха Восьмого написал это? – пораженно спросил Магнус.

Он начал вырезать портрет из рамы.

– Что ты делаешь? – Блэквуд пришел в ужас.

– Может быть, Уайтчёрч захочет на это посмотреть. – Магнус свернул картину в трубочку и засунул ее в свой мешок. Он приподнял бровь: – Не знал, что ты такой любитель искусства, Блэки.

– Не ссорьтесь, – сказала я, прежде чем они начали отпускать по-настоящему саркастичные замечания. – Мы должны пойти за Марией. Она…

Пронзительный крик разорвал тишину, эхом отражаясь от открытого дверного проема.