Солнце полуночи - Стефани Майер

Мне было интересно встретиться с ней. Я ожидал, что если разгадаю ее мысли, то смогу услышать и мысли Беллы, как это не получилось с ее отцом, но опять ошибся. Тайна сознания Беллы была уникальна!

У Рене был странный рассудок, неглубокий и волнительный. Она как ребенок, целиком отдавалась эмоции, а через некоторое время полностью переключалась на другую.

Сначала она чувствовала себя со мной неловко. Как и остальные люди, она отметила мою физическую привлекательность, но ее больше волновало, что подразумевается под словом «друг», которым я ей представился при знакомстве. Она хотела бы знать больше, но стеснялась спросить, так что ей оставалось полагаться на свои домыслы.

Как и просила Элис, я вел себя безупречно, ничего лишнего. В меру дружелюбия и расположенности к общению. Но она зорко и изучающе следила за мной: как я поправляю подушки у головы Беллы, как я не отходил от нее почти круглосуточно, а спал в палате сидя в кресле. Замечая эти и другие мелочи, она решила для себя, что я люблю ее дочь. Вот от кого Белле досталась проницательность!

Элис, как и обещала, навестила Беллу еще раз перед отлетом в Форкс. Она была бесконечно рада познакомиться с Рене. Да и той Элис весьма приглянулась!

- Какая очаровательная и добрая девушка, - думала мама Беллы, - Никогда не встречала человека, от которого буквально разлетаются положительные флюиды!

Но визит сестры был коротким, и у меня в который раз возникло смутное ощущение, что она хочет что-то от меня утаить. Перед уходом, она серьезно посмотрела на меня и опять показала, как Белла вышла из комы!

- Это видится все яснее, Эдвард! Передавай ей от меня привет и пожелание скорейшего выздоровления.

И она вышла, сославшись, что ей пора на самолет.

Через несколько часов после Рене прибыл Чарли, рейс в Сиэтле отложили на полчаса, и он очень переживал из-за задержки. Рене в это время отправилась домой, переодеться и созвониться с Филом, так что в палате я был один.

Услышав волнения Чарли еще у стойки регистрации, я поспешил уйти из палаты. Подумал, что ему лучше сначала увидеть дочь, а потом вернусь я, чтобы выслушать все, что он обо мне думает. Но я не отправился далеко и подслушивал его размышления, когда он был у Беллы.

Его мысли отражали смесь эмоций – тревогу за дочь, небольшую радость, что самое страшное уже позади, злость на меня. А еще он очень страдал, что не удержал Беллу дома:

- Надо было запереть ее в комнате, и она была бы цела, - думал он.

Но слышать такие четкие мысли от Чарли было редкостью. Все остальные напоминали клубок спутанных ниток, обрываясь на полуслове одной и начинаясь с середины второй.

Дав Чарли десять минут, я вернулся в комнату. Если честно, я ожидал худшего. Видимо, Элис четко объяснила ему, что так же, как я был виновен в отъезде Беллы, настолько же я стремился исправить свою ошибку и вернуть ее в Форкс. А Карлайл и вовсе оказался спасителем и оказал Белле первую помощь. Все сложилось не так уж плохо.

Чарли разговаривал со мной, но очень сдержанно. Расспросил о состоянии Беллы и о том, какие прогнозы дают врачи, и я ему рассказал, что она очень скоро выйдет из комы. Хотя это были не слова медиков, а Элис, но факт должен был остаться фактом.

Скоро вернулась и мать Беллы.

- Чарли, - воскликнула Рене, заходя в палату, - Как я рада тебя видеть!

- Здравствуй, Рене, ты выглядишь просто очаровательно, - поприветствовал он ее, но я видел, что ему неловко со своей бывшей женой.

А потом Рене обняла его и заплакала:

- Чарли, это так ужасно, я так испугалась за Беллу!

- Да, знаю, это всех нас испугало. Самое страшное уже прошло, - утешал он ее, похлопывая по спине.

Через некоторое время Рене даже любезно предложила Чарли остановиться у нее, чтобы он не тратил деньги на гостиницу. И он согласился, хотя долго отказывался, ссылаясь, что не хочет причинять ей лишних беспокойств.

Прошло полтора дня. Отец и мать Беллы навестили ее по нескольку раз, они бы с радостью оставались здесь на все время, но правилами это было запрещено. Я же без угрызений совести нарушал их. Но не пойман - не вор, а персоналу поймать меня было невозможно.

Зато Рене оставалась ночевать в больнице, сославшись, что хочет быть ближе к дочери, но на самом беле боялась оставаться дома, хотя там с ней и находился Чарли.

Карлайл тоже приходил в больницу несколько раз:

- Все идет просто отлично, - успокаивал он меня, просматривая динамику показателей Беллы в один из визитов. – Она очень быстро восстанавливается. Осложнений не возникло!

- Я рад это слышать, - кивнул я.

Отец, глядя на меня, отметил, что мое лицо не выражает радости. Но ничего не сказал, и отправился в гостиницу, обещав вернуться завтра к обеду, когда, по словам Элис, Белла должна была очнуться.

Карлайл был прав, меня кое-что беспокоило.

За последний день, что Рене провела в больнице, я не раз улавливал в ее мыслях желание забрать Беллу к себе, в Тампу. Она думала, что если бы ранее предупредила дочь, что Фила ждет выгодный контракт, то этого несчастного случая можно было бы избежать.

- Если бы я раньше на неделю забрала малышку к себе, она не лежала бы сейчас в больнице, - переживала она, а мне было трудно слышать ее метания.

Боль от осознания, что любимая может уехать, растекалась по всему телу. И я не был готов оставить ее; я не желал этого, не хотел снова оставаться один на один с самим собой в пустом и бесцельном мире. Но мне НАДО было поступить правильно и честно по отношению к ней, она заслуживает большего, чем самовлюбленный вампир, ежечасно подвергающий ее жизнь опасности и едва ее не убивший.

Главное – узнать реакцию Беллы на слова матери. И ждать этого осталось недолго, всего пару часов до пробуждения, как видела сестра.

Если она с восторгом согласиться - она же так давно мечтала жить с мамой - то мне не найдется места в залитом солнце городе. Я вернусь в вечно хмурый Форкс один. От этой мысли в груди снова появилась ноющая боль.

Если же Белла откажется и вернется к отцу, то она поступится своим желанием жить с мамой и тогда больно будет ей. Видит Бог, сейчас я меньше всего на свете хотел причинять ей новые страдания.

Сердце подсказывало, что она не согласится на переезд, ведь она столько раз говорила, что любит меня. Расставание убьет ее!

Разум возразил:

- Если останется, шанс выжить будет еще меньше!

Там, в другом городе, после смены обстановки, ей может показаться, что нашей встречи не было совсем, что это был жуткий кошмар о вампирах, который закончился. Память сотрет последние воспоминания, и она сможет жить человеческой жизнью.

Даже если она откажется, я должен дать ей понять, что вдали от Форкса и меня ей будет лучше. Я поговорю с ней и объясню свои чувства. Если она поймет и уедет, значит, так тому и быть.