По следам прошлого - Ольга Савченя

— Как вода? — вопрос заставил вздрогнуть и, прикрыв грудь, резко повернуть голову к берегу.

Кейел с довольной улыбкой прыгал на берегу, стягивая наспех сапоги. Пошатнувшись на одной ноге, хотел что-то спросить, но впился в меня взглядом и замер. Улыбка медленно сползала с его лица. Я отвернулась, прижимая тыльную сторону ладони к разбитой губе. А уже через миг всплеснула вода. Кейел быстро добрался ко мне и остановился напротив.

— Зачем намочил одежду? — недовольно поинтересовалась я, глядя на мокрые штаны и рубашку, промокшую по грудь от быстрых шагов и высоких брызг.

Кейел молча сжимал кулаки. Воды мне было по пояс, и она, казалось, обмывала напряженные костяшки мужских рук.

— Смотри, вода из-за тебя помутнела.

И на это замечание он не ответил. Только сильнее кулаки сжал и выдохнул с шумом. А затем потянулся к моему лицу пальцами. Я уже не вздрагивала, только поежилась и глаза закрыла. Мозолистый палец мягко тронул подбородок, губы невесомо приласкали поцелуем ссадину на щеке.

— Что случилось, Асфи? — хриплый голос прозвучал тихо. С нежностью, способной мигом растопить любое затвердевшее сердце.

— Ветка. Тут полно веток.

Кейел отстранился и прикоснулся к покрасневшей коже на ребрах. Провел осторожно подушечкой пальца под моей рукой — завел за спину, где я себя осмотреть не могла.

— М-м, — протянула я, открывая глаза и сталкиваясь с пугающей злостью в зелено-карих глазах. И отговорка оборвалась недосказанной: — А потом камень, их тут тоже…

Злость была не та, какой он смотрел на меня в ночь разборок со Стрекозой. И не та, когда он ворвался в деревню Медвежья колыбель в поисках обидчиков Лери. Я сглотнула и едва не отшатнулась. Вольный?.. Страх покрыл тело ледяной корочкой; кожа покрылась мурашками. Я обхватила горло, стараясь вдохнуть и прогнать ужас. Отвела взгляд. Передо мной другой Кейел. Просто…

— Дарок нужен мне живым, — произнесла я, все же не сумев отогнать ощущение, что передо мной Вольный. — Слышишь, Кейел, не смей его трогать. К тому же его убийство доставит больше хлопот, чем пользы.

— Он не оставит тебя в покое, — выдохнул Кейел, обнимая меня.

Выходит, вариант с убийством он все-таки обдумывал? Я прижалась к его груди и закрыла глаза. Мысли о Дароке мигом вытеснила одна единственная: у нас с Кейелом остается все меньше и меньше времени побыть друг с другом.

— Хочешь проведем ночь на берегу? — спросила я.

Кейел долго молчал, а затем шумно выдохнул мне в макушку и ответил:

— Хочу.

Допоздна мы пробыли у реки. С трудом выдавленные первые вопросы о пустяках быстро переросли в трепотню. И уже вскоре я смеялась над шутками Кейела, отвечала на школьные вопросы о разных природных явлениях, которые в Фадрагосе объяснялись наличием духов. Айссия милостиво залечили ссадины, затянули царапины — и о недавней стычке с Дароком я вспомнила лишь тогда, когда мы с Кейелом вернулись к лагерю. И если в этот раз Дарок не трогал Кейела, то Кейел вдруг остановился перед сидящим васовергом и беззастенчиво спросил:

— Каким ядом можно отравить васоверга?

Дарок медленно перестал жевать мясо и поднял голову. Кейел скрестил руки на груди, шире распрямил плечи и нахмурился. Я замерла в трех шагах от мужчин; страх вызвал оцепенение.

Дарок проглотил мясо, отбросил недоеденную ножку зайцекрыла в кусты и поинтересовался:

— Убить меня хочешь, малец?

— Нет. Я просто любопытный. Елрех, может, ты знаешь? Я видел неподалеку куст рубиновой сладости. Мне любопытно, выживет ли васоверг, если съест ягоды без листка.

Бледность Елрех была заметна даже при свете костра. И Ромиар, помешанный на ней, отвлекся от подглядывания и прямо, с настороженностью посмотрел на Кейела. Я быстро нагнулась за миской, подошла к котелку и произнесла:

— Мы просто слышали, что у васовергов крепкие организмы. Викхартов ведь не один яд не берет, а как обстоят с этим дела у васовергов, мы не знаем, — пожав плечами, стала накладывать кашу.

— Я слышала, — заговорила Елрех, возвращаясь к еде, — что…

— Если хочешь убить меня за женщину, на которую претендуешь, то сделай это открыто, — перебил Дарок, обращаясь к Кейелу и скалясь. — Или у тебя девичьи методы?

— Он не это имел ввиду, — настояла я на своем. Приблизившись к Кейелу, всучила ему в руки первую миску и сразу же вернулась наполнять вторую. И застыла в еще большем страхе, когда услышала хриплый голос.

— Я хочу убить тебя, но не знаю, как это сделать. — Кейел стоял так же перед Дароком гордо, хоть и удерживал в руке миску с кашей. — За тебя будут мстить, будущий вождь, а я всего лишь человек.

— Признаешь свою слабость и смеешь стоять передо мной? — Дарок стал подниматься.

Я мигом наполнила миску, подошла к Кейелу и, заслоняя собой, заняла вторую его руку.

— Держи. Сейчас возьму одеяла и плащи. — Повернулась к костру и сообщила всем, стараясь игнорировать напряжение: — Мы проведем… пробудем всю Луну на берегу. Кейел призовет Мивенталь и попросит присматривать и тут и там.

Дарок, поморщившись и глядя Кейелу в глаза, сплюнул и снова уселся. Я несильно толкнула хмурого и упрямого парня, дождалась, когда он перестанет сверлить Дарока злобным взглядом и посмотрит на меня. Кивнула в сторону берега — только спустя несколько секунд Кейел все же отступил и нехотя направился к реке. Подхватив вещи, я последовала за ним.

Свет костра остался далеко позади. Луна разгоняла сумерки. От реки веяло прохладой, сыростью; высокая трава ластилась к ногам. Я догнала Кейела, идущего по тропе.

— Что это было?

Он молча ускорился. Я не отстала:

— Кейел, он мог убить тебя! И может! Ты хотя бы думал…

— А что я должен делать?! — резко развернувшись, громко спросил он. Я затормозила и отступила. Кейел, напротив, подошел еще ближе и склонился ко мне. Тяжелое дыхание слышалось в ночной тишине, глаза блестели из-под бровей. Наверное, если бы его руки не были заняты мисками, он бы вцепился в меня или сжал кулаки. Процедил мне в лицо: — Он зверь, Асфи. Хуже зверя! Васоверги все такие, но…

Замолчал и вскоре покачал головой, закрывая глаза.

— Что — но? Они и вправду живут по звериным законам. Зачем же ты тогда ждешь от Дарока чуда? Для чего угрожаешь ему?

— Асфи, ты была вся в крови, — шагнув на меня, прорычал Кейел. Я вынужденно попятилась. Кейел судорожно вздохнул и тряхнул головой. Что-то пробормотал под нос, а потом опустил плечи и тише сказал: — Прости меня. Я не понимаю, как это вышло. Увидел тебя с этим… — Мазнул плечом по щеке, но так и не смог произнести о синяке или ссадине. — А он там сидит и даже не думает о том, что сделал. А я… Прости, Асфи, я не сдержался. Просто не сдержался.

Качая головой сам попятился, а вскоре развернулся и продолжил путь. Я поспешила следом. Чувства разделились надвое, если не натрое… Страх за жизнь Кейела, злость на него, вызванная этим страхом, и безумная нежность в ответ за его беспокойство обо мне. Насколько же я ему небезразлична?