Танцы на осколках - Дарья Вознесенская

— Ставлю на то, что Хайме уложит кучеряшку уже этой ночью, — голоса парней, расположившихся на крыльце, заставили меня снова повернуться в сторону уезжающей кареты.

— А я уверен, что ему еще придется побороться, — спокойно ответил второй.

— А я бы не прочь был получить ту, высокую… — мечтательно заявил третий.

И каждого…. каждого мне захотелось уничтожить!

Да что происходит-то?

— Чтобы уложить кого бы то ни было, — протянул поучительно и лениво, — надо иметь хоть какую поверхность. Вряд ли они это сделают, гуляя по городу…

Парни — третьекурсники, похоже — переглянулись, а потом один выдал, как великую тайну:

— Говорят, повезли в лучшую ресторацию. Этим простолюдинкам много не надо — что они видели в своих эроимских лавках?

Спокойно.

Я сумею сдержаться…

Кивнул, едва ли не зевая, а потом спокойно спустился с крыльца и отправился переодеваться. Но перед этим заглянул к Роша:

— Не хочешь наведаться в город?

Маленький и уютный городок неподалеку от Академии Иллюзий избежал участи быть лишь обслуживающим придатком благодаря важной особенности — на самом его краю находилась огромная речная пристань, к которой подходили корабли, идущие в сторону столицы, чьи капитаны не желали платить огромные пошлины за использование гавани Алмейрина.

Потому здесь было множество заведений самого разного толка, борделей, постоялых дворов, а также торговых контор. Впрочем, последние мало интересовали студентов.

Большинство хотело просто вырваться из защищенных стен заведения, где мы должны были жить почти пять лет, и развлечься. Именно развлечься, а не ехать в Алмейрин, чтобы исполнять свою роль части аристократического рода и магически одаренных наследников.

Балы.

Семейные встречи.

Помолвки. Свадьбы.

Соискание на должности.

Дворцовые интриги.

Многим из нас предстояло пройти этим путем, потому в годы учебы все старались не только и не столько получить новые знания и возможности, но и максимальное удовольствие.

Впрочем, я и в дальнейшем не собирался отказываться от него. Или идти навязанным путем. Окружающие считали, что мой отец как-то слишком мягко относится к моим решениям и слишком много позволяет, но они не знали одного — на меня невозможно было надавить. Я с легкостью пользовался всем тем, что получил при рождении, но даже если бы мне отказали в этом… завеса, да плевать.

Опасность, женщины и вино стоили мелочь.

О моих обстоятельствах знали лишь мои близкие друзья… нет, не о том, что произошло с моей матерью, хотя Эва-Каталина, скорее всего, догадывалась. А о том, что мне и в самом деле плевать, пусть даже весь двор повернется ко мне задом.

Прочие же считали меня наглецом, которому неведомы правила и которого, наверняка, ничего хорошего не ждет, несмотря на фамилию. Впрочем, это не мешало парням искать моего расположения и втайне завидовать, а девицам — рассчитывать на то, что я вдруг исправлюсь и займу «правильное» место.

С такими было интересно играть…

Хотя сейчас у меня возникало ощущение, что играют со мной.

Одна из лучших рестораций была переполнена — и не только студентами. Но отыскать взглядом компанию, в которой оказалась Тали и её подруга, было не сложно. Хайме явно озаботился столиком заранее, чтобы пустить осколки в глаза девушкам, потому они сидели на возвышении чуть ли не в центре зала — нам же с рыжим пришлось удовольствоваться боковым столом.

Роша, несмотря на все свои страдания по Милагреш, с интересом осматривался вокруг, надеясь подцепить кого — может не ради постели, но хоть ради компании — мой же взгляд то и дело возвращался к брюнетке.

Её волосы, закрепленные какими-то мудреными женскими украшениями, частично вырвались на свободу, что делало ее лицо еще более очаровательным, а вино, которое щедро подливал Хайме, добавил румянца и блеска в глазах.

Я видел это даже издалека. Как и то, что ублюдок то и дело берет её за руку, поглаживает пальцы и наклоняется к уху, чтобы прошептать что-нибудь интимное.

Сомнительное удовольствие сидеть здесь и смотреть на них, вместо того, чтобы веселиться. Я вообще не понимал, зачем это делаю. С какой завесы пристально слежу, чтобы ей ничего не подлили и никак не обидели? Она неуживчива, явно неопытна, не заинтересована во мне и уедет в свой Эроим через оборот.

Может именно это меня и привлекает? Получить то, что не дается так просто в руки, научить её не только бегать на полигоне, а потом забыть и не иметь никаких проблем с преследованием, потому что её просто не будет в стране?

Последняя мысль что-то царапнула внутри, но я отмахнулся.

— Прячься, — вдруг рассмеялся Роша, — Фелисия со своими подружками прибыла.

— Кто? — я вздрогнул, очнувшись, и посмотрел на рыжего, который снова рассмеялся.

— Мигель, ну ты хотя бы имена запоминай тех, с кем спал. Твоя последняя блондиночка.

Я поморщился.

Фелисия была моей ошибкой.

Обычно я выбирал тех, кто относился с такой же легкостью к взаимному удовлетворению, что и я. Но эта лишь притворялась развратницей, потом вдруг решила, что раз мы провели вместе несколько ночей, то она может заявить на меня права. Дальше — хуже. Она постоянно искала меня, появлялась, якобы неожиданно, в тех же местах, куда я приходил, и присылала мне надушенные записки с приглашением зайти к ней в комнату.

И это только раздражало.

Зато очень веселило моих друзей.

Я понадеялся, что она появилась здесь вовсе не ради меня — ну не наняла же она кого-то следить за мной. И вовсе не обрадовался, что эта Фелисия с похожими на нее подружками вдруг направилась к столу Хайме. Более того, его пятерка чуть потеснилась, и они уселись все вместе.

Не надо было сидеть рядом с ними, чтобы заметить, как напряглась и нахмурилась Тали. Она что-то сказала вновь прибывшим с непонятным выражением лица, но дальше я не видел — несколько подавальщиц принесли им блюда и кувшины с вином и заслонили всю картину.

— За кем ты так пристально присматриваешь? — с любопытством осмотрелся Роша.

— Эроимки, — сказал нехотя. Не то что бы я не доверял другу, но… здесь другое. Я и сам не мог понять, что пытаюсь сделать. Уложить её под себя? Если бы все было так просто, то мы с рыжим вдоволь бы позубоскалили на эту тему.

— Та, которая Ливия — просто мечта, — Роша причмокнул, — мне кажется она ведет какой-то отбор — и парни разве что в очередь не выстраиваются, чтобы в нем поучаствовать. Если бы не моя репутация сердцееда, я бы тоже к ней подошел…

— Репутация или Милагреш? — подначил я друга.

Улыбка сползла с его лица, и он вздохнул.