Мой очаровательный медведь - Анастасия Максименко

Бернар еще раз втянул носом воздух и помрачнел, а плотно сжатые губы пренебрежительно скривились в ухмылке, заставляя мое сердце стукнуться о ребра и рухнуть куда-то вниз.

И мне пришлось признать, что это неожиданное презрение больно ударило по нервам. Но отстраненная извечная маска на лице, к моему облегчению, так и не дрогнула, выдавая ненужные чувства.

Не знаю, что заставило этого альфа-самца так стремительно поменять ко мне отношение, но это его проблемы, не мои.

Не мои же?

В одно мгновенье стало как-то холодно. И я неосознанно обхватила руками плечи, мысленно скривившись от этой досадной слабости.

Единственное, что я себе могла позволить и позволяла в этот момент ― вскинуть подбородок и сухо выдавить:

— Доброе утро, мистер Бьорн. Директора в кабинете, вас проводить?

Бьорн, хмыкнув, шагнул ближе, и я едва подавила в себе желание откатиться на стуле куда-нибудь подальше. Желательно в другую страну. А еще лучше, в другую вселенную. Где не будет Его Самцовости и запаха вереска.

Хотя, пожалуй, вереск можно и оставить.

Но то, что этот наглец сделал дальше, просто вызвало не только бурю негодования, а даже не знаю, смятения и капельку… радости?

О, боги Шмагипта. Похороните меня под плинтусом. Ибо это не я.

Он в один шаг оказался возле меня и резко наклонился. Я не успела отшатнуться, только привстала. Но Бьорн мягко надавил на плечо, заставляя рухнуть обратно, тихо приказал:

— Сидеть!

И не успела я возмутиться: «Я ему что, собака какая-нибудь, чтобы мне команды давать?!», как он склонился ближе, касаясь моей мочки уха губами, вызывая этим нехитрым действом сладкие мурашки по всему телу и болезненную вспышку внизу живота, уже мягче прошептал:

— Не стоит тратить силы, Леночка. Они тебе еще понадобятся.

Сглотнув, вскинула глаза, встречаясь с потемневшими до состояния чертовой темной карамели глазами мужчины.

Лучше бы я этого не делала.

От этого пронизывающего горящего взгляда мои трусики повлажнели. А мозг вяло мяукнул:

«А что, собственно, происходит, хозяйка?»

Если бы я сама знала.

Блин, никогда такого раньше не было. Или это мне такие мужики доставались?!

«Влипла!» — тихо взвыло нутро мигающей красной лампочкой и сиреной.

Мотнув головой, намотала на кулак остатки своей рассыпанной, как песок, гордости, негромко, но четко проговорила:

— Я вам не домашняя собачка, чтобы мне приказывать, что делать. Это первое. Второе. Мое имя — Лена. Никак иначе. Запомните это, мистер Бьорн. Третье. Провожать гостей, — я сделала упор на гостей, скривившись в улыбке от мрачнеющего с каждым моим словом лица мужчины. — До дверей директорского кабинета, моя работа. Чем я и собиралась заняться.

И не знаю, какой демон меня укусил, но я, подавшись вперед, едва не касаясь своим носом носа мужчина, заметила, как его зрачки расширились, а затем резко сузились и немного вытянулись. Совсем чуть-чуть, чтобы обратить на этот момент должное внимание, да и не до этого мне было. Шепнула:

— Мои силы всегда при мне, мистер Бьорн.

Мужчина тяжело сглотнул, отчего его кадык дернулся и, резко выпрямившись, поправил лацканы удлиненного пиджака, сухо произнес:

— Очень на это надеюсь, Лена, — его губы дрогнули в подобии улыбки. — Очень на это надеюсь. Дверь я и сам могу найти. Благодарю.

Мистер Самец, развернувшись, шагнул к закрытым дверям кабинета Котиковой, тихо пробормотал:

— Но по поводу приказов, и не только их, ты ошиблась. Я научу тебя слушаться, девочка.

Бернар уже скрылся за дверями кабинета, а я так и сидела, растерянно хлопая ресницами и хватая ртом потяжелевший воздух.

Последнюю фразу, он сказал тихо. Так тихо, что, наверное, и рядом стоявший человек не услышал. Но!

Я услышала.

И сейчас в моей голове вертелся один занимательный и очень своевременный вопрос:

«Какого хрена?»