Соня. Улыбка Бога - Майя Марук

Соня

Признаться, в первые несколько часов, идея взять на работу подростка казалась мне слегка не разумной. Даже, возникла мысль применить мальчишку для помощи в хозяйстве, а не в работе с клиентами. Подросток, по понятным причинам, ничего не понимал ни в лекарственных настойках, ни в косметических средствах. А я, ничего не смыслила в процессе обучения персонала.

К счастью, Гай был счастливым обладателем хорошей памяти. Мальчишка быстро запоминал названия средств, их предназначение, стоимость. А еще, мальчишка умел считать и немного читать. Уже через три часа он вполне освоился с товаром и смог рассчитать нескольких клиентов без моей помощи. К вечеру, даже смогла спрятаться в своем небольшом кабинете, чтобы осмотреть пациента.

Кузнец, имени которого выговорить у меня никогда не получится, привел свою дочь. Девочка лет восьми, решила примерить на себя профессию отца. Ночью, тайком от родителей, малышка влезла в кузницу и получила несколько серьезных ожогов. Лицо, руки и живот девочки были покрыты мерзкими, вонючими волдырями. Кожа сильно повреждена. Кровь сочилась сквозь импровизированные бинты. Пришлось сильно помучиться, чтобы уговорить малышку дать себя осмотреть.

— Почему раньше не пришли?

— Так не знал. — Пожал плечами мужик. — Наги дорогие. Травница каких-то тряпок с травой намотала. Сказала лежать. Никуда не выводить.

Тряпки и трава действительно были. Вот только, толку от них не было. А у меня не было в наличии нужного опыта и выдержки. Ребенок нервничал и плакал, когда я пыталась снять лоскуты ткани, имитирующие бинты. Отец злобно сверкал глазами. Но, предпринимать каких-то решительных действий не спешил.

— Сначала, я сниму повязки и постараюсь осторожно убрать грязь. — Начала комментировать свои действия, надеясь, что это хоть как-то успокоит родителя. — Я дам тебе сонную траву, чтобы не было больно. — В глазах девочки плескался ужас. Она несколько минут думала, стоит ли соглашаться, на подобное предложение. А потом кивнула.

Как только малышка уснула, дела пошли веселее. Я по — прежнему старалась работать максимально осторожно. Но, уже не боялась причинить ребенку боль. Один мой знакомый хирург говорил, что по-настоящему хорошо работает тот врач, который относится к своему пациенту, как к куску мяса. Тогда, его слова мне показались неописуемой дикостью. А вот сейчас, я посмотрела на ситуацию с совершенно другой стороны.

— Я закрыл все. Ставни, двери. Не понимаю, как она туда вошла. — Мужчина шумно выдохнул и опустился на пол.

— Ее нужно будет регулярно приводить на перевязки. — Успокаивать отца не входило в мои планы.

Я вообще не любила вникать в чужие проблемы. Зачастую, чужие эмоции и переживания причиняли мне больше боли, чем реальные жизненные трудности. Поэтому, моментов откровения я всегда старалась избегать.

— Бинты самому не трогать. Ничего не пытаться делать. — Мужчина замолчал и внимательно посмотрел на аппликатор, с помощью которого я обрабатывала ожоги.

К счастью, несколько дней назад, Рина умудрилась обжечься о кухонную печь. Пришлось экстренно изобретать средство от ожогов. Накануне ночью я его немного усилила. И сейчас надеялась, что процесс восстановления тканей пойдет веселее.

— Я дам настойку. Чтобы снять боль. Пять капель. Больше нельзя. — Кузнец начал интенсивно кивать в знак согласия. — Попробуете дать больше, или чаще чем через десять оборотов, она его не сможет пить.

— Понял. Она не помрет? — Он с надеждой посмотрел на спящего ребенка. — Старуха травница сказала…

— Не помрет. Будешь делать все, как сказала, не помрет. Читать умеешь?

К моему удивлению, минимальным образованием в Рамони могли похвастаться не многие. Не многие люди. Кузнец не стал исключением. Специально для таких клиентов пришлось создать артефакт, работающий по принципу диктофона. Маленький деревянный кубик, с простеньким заклинанием мог воспроизвести только несколько предложений. Для рекомендаций по лечению этого было более чем достаточно. После выздоровления деревяшка чернела и превращалась в мусор. Конечно, можно было сделать что-то более надежное и долгоиграющее. Но, для этого нужны специальные кристаллы. Удовольствие не дешевое. Вряд ли, кто-то из моих клиентов сможет себе это позволить.

— Вот, — протянула мужчине мешочек с лекарством и кубик, — возьмите. Она проспит до утра. Когда проснется, покормите, дадите лекарство и приведете девочку на осмотр.

Кузнец кивнул, достал из кармана худой, холщовый кошелек, протянул мне и стыдливо отвел в сторону глаза.

— Больше нет. Я потом, нагу доспехи закончу и сразу все верну.

Смотреть, как по-мальчишески заливается краской этот взрослый мужик, было забавно. В этот момент он напомнил мальчишку переростка. А еще, вспомнился Радир, который помог нам бежать из Дакира, и Забр, и старуха Рафи.

— Убери кошель. — Кузнец нахмурил лоб. — Бери дочь. И приходи завтра. Я за экстренную помощь денег не беру.

К счастью, мужчина оказался немногословен. Схватил девочку, и почти бегом покинул помещение.

— Ты почему денег не взяла? — Гай смешно упер руки в бока. Видимо, такое расточительство было ему не совсем понятно.

— Как-нибудь потом объясню. — Ответ мальчишке не понравился. Но лезть с расспросами он явно побоялся. — Останешься на меня работать?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ Гай утвердительно кивнул. В отличие от своего младшего брата, который широко улыбался во все четыре зуба, подросток отчаянно пытался казаться спокойным. Но по лицу было понятно, что это был самый счастливый день в его жизни. Наивный, еще не понимал, с чем ему придется здесь столкнуться.

— Отлично. И попроси завтра мать прийти. Я буду ждать ее к двенадцатому обороту. — Гай явно хотел узнать, зачем мне понадобилась его мать. Но не успел.

Дверь распахнулась. Мальчишки слегка побледнели. На пороге стоял Шаян. В этот раз наг был обут.

Хаш

О городке, раскинувшемся не далеко от столицы, Хаш так ни разу и не вспомнил. Наг накинул на себя плотный плащ и слегка уменьшился в размерах, чтобы слиться с толпой. Впрочем, последнее было лишним. Все внимание горожан было приковано к Шаяну. В отличие от Хаша, капитан свою личину скрыть не пытался. Правда, не далеко от города, перешел в двуногую форму. Видимо, чтобы помещаться на узких улочках.