Хошен императора - Мелина Боярова

Я отвела взгляд, не зная, что ответить. На помолвку я действительно согласилась и поклялась, что выйду за Артемия замуж. Но замешаны ли тут чувства?

– Вань, я дала слово, и этого достаточно. Остальное тебя не касается. Ты позвал, чтобы спросить об этом?

– Значит, не любишь, – пришел к выводу Иван. – Иначе сказала бы, правда?

– Я не собираюсь обсуждать личную жизнь! – ответила резче, чем следовало. – У меня не так много времени. Так, что ты хотел?

– Соскучился, – парень виновато улыбнулся и настойчиво притянул к себе, заключая в кольцо рук, – и переживал за тебя. Я бы так хотел быть рядом, когда вы с Данияром уничтожили Шумского. Места себе не находил. Пару раз приезжал в гости, но вас с Алимом не было дома. Рад, что ты отомстила, и хотел сказать, что можешь на меня рассчитывать. Всегда и во всем. Пожалуйста, не отталкивай! – коснулся рукой моего лица, легонько приподнимая его вверх и вынуждая смотреть в глаза.

Попав в плен голубых омутов, от волнения облизала губы. Нужно ведь прекратить эти непонятные отношения с Иваном, не давать надежду, не позволять обнимать себя и уж тем более –  целовать. Сработало какое-то притяжение, в котором Ванька крепко стиснул меня в объятиях и впился в губы жадным поцелуем.

– Нет! – как бы ни кружилась голова и велико было желание поддаться эмоциям, но я отстранила парня. – Не надо. У меня есть жених, и мы не должны вот так встречаться. Я… я люблю Артемия и выйду за него замуж! – сказала, что должна, и стиснула кулаки, впиваясь ногтями в кожу.

– Я не верю, – дрогнувшим голосом произнес Иван. – Ты говоришь неправду, и я это чувствую.

– Убеждать не собираюсь, твое право – верить или не верить, – пожала плечами. – Пожалуй, не стоит нам больше встречаться. Это неуважение к Артемию и лишний повод для сплетен. Прощай, – развернулась, чтобы уйти.

– Нина! – парень перехватил меня за руку. – Подожди, прошу! Я, как всегда, все испортил, – понурился, но тут же вскинул обиженный взгляд. – Конечно, кто я такой, чтобы соперничать с великими князьями, что увиваются вокруг тебя? Ты вряд ли выйдешь замуж за простолюдина. Я не смею сделать тебе предложение, зная, что получу отказ.

– Откуда тебе знать? Впрочем, это уже не имеет значения. Прости, что перебила. Продолжай.

– Не имеет, – скрипнув зубами, повторил за мной Ванька. – Но ты ведь осознаешь, на что себя обрекаешь? Твой жених однажды станет главой рода и впустит в себя холод. Неужели серьезно хочешь связать жизнь с тем, кому будешь безразлична? А как же золотое правило Забелиных, что браки заключаются только по любви? Я докажу, что достоин тебя не меньше, чем Стужев. Надо только немного подождать. Пожалуйста, Нина, дай мне шанс! Я ведь лю…

– Не надо, не произноси этого вслух! – подалась вперед и оборвала Ивана на полуслове, прикрыв его рот пальцами. – Я не могу тебя обнадеживать. Хочу сохранить хотя бы видимость дружбы, если это еще возможно.

– Вот как? Боишься узнать правду? Или не желаешь признать, что я тебе тоже не безразличен? Пусть я не обладаю даром, но чувствую это здесь, – накрыл рукой мою похолодевшую ладонь, согрел ее дыханием, а после переместил к себе на грудь под бушлат, который носил нараспашку. Сквозь тонкую шерсть кителя я ощутила, как заполошно бьется сердце парня. Оно, как и мое, готово выпрыгнуть из грудной клетки. – Думаешь, я не понимаю, почему ты согласилась? Тебя же вынудили это сделать! Ты стала главой рода, а значит, скоро император свяжет тебя клятвой служения. Не на это ли намекал Бельский, утверждая, что будешь с ним днем и ночью?

– Как бы там ни было, но я приняла предложение Стужева. – Высвободила руку, при этом стараясь держаться как можно равнодушнее. – Прошу уважать мой выбор и впредь не компрометировать, пользуясь дружеским расположением.

– Я не отступлю! – упрямо пробурчал Ванька. – И докажу, что достоин тебя не меньше, чем ледышка. Ты – мое единственное счастье. Что мне сделать, чтобы заслужить твою любовь?

– Послушай, – я вздохнула. Как же тяжело что-то объяснять этому упрямцу. Еще вляпается куда-нибудь по-глупости, а я буду корить себя, что вовремя не остановила. – Не нужно никому и ничего доказывать. Обстоятельства так сложились, что не было иного выбора. При заключении союза чувства брались в расчет в последнюю очередь. Но при этом Артемий меня любит, и я его по-своему тоже люблю. При других обстоятельствах у нас с тобой могло бы что-то получится. Только ведь я никогда не нарушу собственного слова.

– Я запомню, –  обиженно поджал губы парень. – И все равно не отступлю!

Закатив глаза вверх, я покачала головой. Бесполезно что-либо доказывать Ивану, если он что-то вбил себе в голову. В прошлом с таким же рвением винил меня в гибели Пелагеи, рычал и огрызался по каждому поводу. Неужели, подростковая ненависть переродилась в настоящие чувства? Думала, в жизни так не бывает. Помнится, тогда меня задевало отношение мальчишки. Я делала вид, что мне все равно. И теперь делаю, не желая дарить напрасных надежд. Вот только себе врать бесполезно. Как бы Ванька не отбрыкивался, но он давно стал частью семьи и занял особенное место в моем сердце.

– Сожалею, что так получилось и мы не в силах ничего изменить. Мне и правда пора идти, еще кучу домашних заданий выполнять.

Развернувшись, медленно побрела по заснеженной тропинке к жилым корпусам. Ванька нагнал меня спустя минуту, и пристроился рядом, молчаливо провожая до общежития.  Все эти признания настолько выбили из колеи, что я абсолютно не следила за окружающей обстановкой. Тем неожиданней стал удар воздушным тараном, сбивший меня с ног и опрокинувший в сугроб. Повреждений, кроме ушибов, не было. На такие мелочи я давно не обращала внимания. Родовой щит вспыхнул с запозданием в доли секунды, и только поэтому атака удалась. Ромкины артефакты смягчили последствия. Плюс перстень Стужевых покрылся изморозью, показывая, что также поучаствовал в отражении атаки. Однако расслабляться не следовало. Рефлексы, вбитые на уровне подсознания, заставили немедленно подскочить и вильнуть в сторону от второго плетения.

Ванька! – прикипела взглядом к парню, которого первое заклинание задело краем. Этой малости хватило, чтобы зашвырнуть его в припорошенные снегом кусты.

Поисковую сеть раскинула мгновенно. Слава Богу, Иван не пострадал. Жаль нападавших не разглядеть за темным пятном и не определить их количество. А врагов явно больше одного, если только не имею дело с магами-дуалистами. Первые два плетения принадлежали школе воздуха, а ледяная корка, покрывающая щит снаружи, имела отношение к стихии воды или льда. За каких-то пару ударов сердца, пока я осматривалась, поверх щита вырос ледяной купол. Судя по фиолетовым всполохам, снежная масса норовила продавить защиту, расплющить меня или похоронить под своим покровом.

Ну, и зачем тратить силы на сдерживание атаки? Тропой прыгнула к Ваньке, и уже вместе с ним переместилась на безопасное расстояние. Покидать место схватки не спешила. Следовало разобраться, кто это у нас такой смелый, что вздумал творить беззаконие на территории академии.