Хочу просто выжить! - Элеонора Лазарева

остановился. Лес был лесом, только теперь не легким леском, в каком они жили, а темным, более похожим на земную тайгу. Ветер шумел в кронах мощных еловых деревьев, и птичьего щебета не было слышно. Он оглянулся назад и понял, что перешел какую-то границу: там за спиной остался их привычный мир, солнечный, родной. Но здесь он уже не слышал его голоса, будто эта преграда еще отрезала и все звуки с той стороны. Он испугался, что не сможет вернуться, останется здесь и повернулся, чтобы пройти обратно, и у него получилось. Облегченно выдохнув, он присел в траву и понял, что томится от жажды. Выпив воды, смочил волосы и загляделся на свой мир, который был также светел и спокоен: летали бабочки, цвиркали насекомые, прыгали по кустам воробьи, чирикая на все лады. Небо было чистым с небольшими облачками, и солнце дарило тепло и ласку.

— И куда меня занесло? — думал Алексей, кусая травинку и оглядывая темную сторону за пленкой, — Интересно. Может там какой-то другой мир? Надо подумать и решить, что делать.

Он прилег в траву и прикрыл глаза. Полежав немного, вскочил и решительно направился в ту сторону. Остановился и, набрав воздуха в грудь, будто собираясь нырять, прошел на другую сторону. И тут же потерялись прежние звуки. Теперь перед ним было новое и странное пространство. Слегка поежившись, он вновь набрал воздуха и сделал один шаг, затем второй и третий. Остановился, оглянулся, понял, что сможет вернуться и не простит себе, если не пройдет дальше. Срубив большую лапу ели, воткнул её у границы перехода, как веху на возвращение, и осторожно двинулся вперед, делая небольшие зарубки на деревьях.

— Там было холодно и влажно. Пахло павшей листвой и грибами. Всё также, как и в нашем лесу, — продолжал Алексей свой рассказ, внимательно слушавшей Вере, — Я даже нашел парочку боровиков, но не стал брать, решил на обратном пути прихватить. Рядом на дереве даже две зарубки сделал, чтобы не потерять, — усмехнулся он.

Дальше двигался уже более спокойным, поняв, что пока ему нечего бояться. Пройдя еще с километр, присел отдохнуть под раскидистым деревом с толстым стволом. Решил перекусить. И только развернул твою снедь, как услышал приближающийся треск — кто-то ломился сквозь кусты и прямо на него. Вскочил и приготовился к атаке, сжимая в руках топор. В этот момент подумал, что надо было заготовить заостренную палку на всякий такой случай.

— Но мы всегда умны задними мыслями. И был прав, прямо на меня вышел, кто бы ты думала? — посмотрел он в её настороженные глаза.

— Кто? — выдохнула она.

— Медведь! — радостно выкрикнул парень, ударяя ладонью по столешнице.

— Ой! — вскрикнула девушка, — А ты?

— А я, — он замолчал, похлопал ресницами, — Конечно побежал! Да еще как!

— А медведь?

— А медведь за мной! — припечатал он еще раз по столу рукой, будто утверждая случившееся.

— И дальше? — выдохнула она.

— А потом я свалился в яму, — скукожился он и помрачнел.

Вера ахнула и погладила его руке:

— Но как же ты выбрался?

— А вот дальше уже сказка, — ухмыльнулся он и прихлебнул чай.

Когда Алексей очутился в яме, в которую скатился кубарем, то огляделся и понял, что вылезти оттуда будет сложно, тем более, что в пылу страха и бега он потерял свой топор. Правда, на поясе висела финка, которой он и воспользовался, уже потом, когда лесной хозяин ушел. До этого он ходил вокруг и ревел, заглядывая вниз, но достать его не мог.

— Яма меня и спасла, потому что против него у меня не было ни сноровки, ни сил. Больно большим был, зверюга, — покачал головой Алексей.

Просидев там достаточно долго, решил выбираться и начал рубить ступени финкой, но они постоянно осыпались, и было видно, что основной состав земли — песок.

— Вот поэтому-то и были в основном там высокие сосны да ели, — продолжил свой рассказ Алексей, — чтобы держать корнями пласты земли. Как в Прибалтике. Я там был, на взморье еще по молодости. Как-то рванули туда всей институтской группой. Видел эту красоту: синее море с синим небом, белый песок и зеленые деревья.

Он замолчал, будто вспоминал прошлое и слегка улыбался.

— Ну, и что дальше? — затеребила его Вера, — Выбрался?

— То-то и оно, что не смог, — продолжил он, — ногИ некуда было поставить. Осыпалось всё.

Так он просидел до самых потёмок. Ночь упала сразу и очень холодная. Костерок даже не мог запалить, так как не нашел подходящих камней, а свои не брал. Не знал же, что останется ночевать и при том — где! Устроившись у стенки, решил дождаться утра и подумать заодно.

Проснулся от странного шевеления рядом у самых ног и попытался осмотреться, но было темно, и он еле разглядел длинное тело, похожее на толстую веревку. Он подтянул ноги к груди, весь подобрался и затих. Чувствовал, что здесь что-то страшное и злобное. Потом вдруг вспыхнул свет, и он зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел перед собой лицо мужчины с желтыми глазами и с вертикальным зрачком. Оно качалось перед ним, раскрывая рот с острыми клыками и раздвоенным языком. С этих самых клыков стекала слюна, и было просто жутко.

— Это создание было ужасным, как страшое видение во время мистического сна, — воскликнул Алексей, и Вера от неожиданности прижала руки к груди.

Она поняла, чтО это было за лицо, и ахнула, закрывшись ладонями.

Алексей не обратил внимание на реакцию девушки, не остановился.

— А дальше всё было, как в ужасном сне. Это оказался полу змей полу человек, то есть торс мужчины, а от бедер змея, скорее даже анаконда, так как тело было толстым и длинным. Я сначала подумал, что мне снится, но потом, когда тот заговорил, понял, что всё правда. Да и его речь сразу и не понял, сплошное шипение.

— И о чем он …шипел? — осторожно спросила Вера, боясь услышать о себе.

— Да о том, чтобы я сюда не совался, что тут его царство и что в следующий раз он не будет так миролюбив, как сейчас.

Алексей задумался, а девушка обмирала от страха. Она поняла, что не сможет ему сейчас рассказать об этом змее, что случай упущен и теперь бы выглядел странно и подозрительно. Она решила повременить с откровенностью и еще раз провести разведку. Теперь, после рассказа Алексей, она поняла, что всё, что с ней происходило вовсе не сон, что всё было на самом деле, и она вовремя оттуда вырвалась.

— И как было потом? — еле вымолвила она, взволнованно глядя